Щит и меч «майора Зорича» - Терещенко Анатолий Степанович - Страница 75

И он победил!

Потом он опять честно и смело скажет:

«Предали вы нас, продали!

Но уже если этому и суждено было случиться, то зачем же так дешево! Всего за 19 млрд марок. Да и те, наверное, были разворованы. И ваши офицеры Группы советских войск в Германии (ГСВГ) так и не получили у себя дома жилья.

Бросив все, на много миллиардов различного имущества и годами разработанную инфраструктуру, советские войска выводились в чистое поле.

Скоротечный, но хорошо организованный уход войск скорее напоминал заранее спланированное бегство.

Зато свое обещание Западу о быстром выводе советских войск ваше правительство выполнило…»

В этих словах сама Правда, горькая Правда о наших продажных политиканах тех лет!

Маркус Вольф ушел из жизни во сне в ночь на 9 ноября 2006 года — ушел несломленным и непобежденным, оставаясь верным другом советского и российского народов.

В одном из номеров газеты «Патриот» автор этих слов опубликовал тогда на эту тему колючую, но справедливую статью «Нас проводили или выгнали?». Она полностью сегодня стыкуется с заявлением немецкого генерала Вольфа.

Подобные инициативы Берии напугали Хрущева и Маленкова, ставших инициаторами задержания Берии на заседании Президиума СМ СССР.

В его аресте активное участие приняли военные — маршал Советского Союза Жуков и генерал-полковник Москаленко — командующий МВО.

Жукова потом Хрущев «отблагодарит» — снятием с должности министра обороны СССР, а Москаленко сделает маршалом и поставит его заместителем МО вместо Рокоссовского, который не поддался уговорам нового вождя написать пасквиль на Сталина.

По официальной версии, поздним вечером того же дня Берия был тайно вывезен на гарнизонную гауптвахту, а на следующий день переведен в бункер штаба Московского военного округа. По другой версии, его застрелили при аресте в собственной квартире.

Вечером 26 июня были арестованы сын Берии Серго вместе с беременной женой и двумя малолетними детьми. Жену Берии задержали в начале июля. В заключении она и её сын находились до декабря 1954 года.

12 сентября 1953 года было принято постановление ЦК КПСС о выселении родственников Берии с территории Грузии.

Следствие началось 29 июня 1953 года.

18 декабря 1953 года Специальное судебное присутствие Верховного Суда СССР под председательством маршала Советского Союза И. Конева разбирало дело на Л. Берию, В. Меркулова, В. Деканозова, Б. Кобулова, П. Мешика, С. Гоглидзе и Л. Влодзимирского.

Вердикт вынесли быстро, 23 декабря — всем расстрел с конфискацией имущества. В тот же день в 19.50 приговор якобы был приведен в исполнение комендантом Специального судебного присутствия генерал-полковником П. Батицким в присутствии генерала армии К. Москаленко и генерального прокурора СССР Р. Руденко.

Тело казненного Берии было кремировано, а прах развеян мощным вентилятором. Это официальная версия, но бытует и другая — Берия был убит при его задержании в собственном доме. Её авторы — сын Лаврентия Павловича, внук и ряд журналистов и историков. Думается, великий судья — Время всех рассудит!

Вот так закончилась жизнь этого героя и антигероя в «одном стакане».

Слово Святогорову:

«Кончина Сталина вызвала страх и растерянность, в первую очередь в правящей элите. Люди старшего поколения помнят, как Молотов, Маленков, Каганович и Берия в первые же дни после смерти Сталина из-за страха потерять власть объединили под своим руководством по нескольку министерств и ведомств…

И теперь мне как бывшему сотруднику органов госбезопасности хочется сказать: нам тогда очень не повезло с нашими высокими руководителями. Помню, пелись дифирамбы и восхваления в адрес Ягоды, ежедневно звучавшие по радио и в прессе, и вдруг. Открываю "Правду" и читаю заголовок крупными буквами: "Кровавый пес Ягода!"

Не успели мы оправиться от шока и смириться с критикой омерзительных "ежовых рукавиц" и государственным террором Ежова, объявленного очередным "врагом народа", как пришла череда новых руководителей с аналогичной судьбой. Появились Меркулов, Абакумов, Кобулов и другие, разделившие участь Ягоды и Ежова в России, а на Украине — Мешик, Мильштейн и им подобные».

Со слов Зорича, его встреча с Берией состоялась при таких обстоятельствах.

В начале июня 1953 года в Берлин пожаловал важный гость — один из ближайших соратников Берии генерал-лейтенант Амаяк Захарович Кобулов, заместитель начальника Контрольной инспекции при МВД СССР. Он был родным братом Богдана Захаровича Кобулова — заместителя Берии. Их обоих расстреляли по приказанию Никиты Хрущева с разницей где-то в один год.

Московский чиновник из МВД собрал сотрудников разведывательных подразделений в том самом зале, в котором был подписан акт о капитуляции фашистской Германии. Он выступил с короткой информационной речью, сутью которой являлось приглашение Берией в Москву сотрудников госбезопасности.

В Москве остановились в гостинице. Соседом по номеру оказался бывший сотрудник охраны Сталина. Звали его Михаилом. Он уже несколько лет работал в разведывательном подразделении. Был жаркий солнечный день. Из окна отеля хорошо просматривалась улица. Мальчишки играли в модную для того времени игру — городки.

Александру тоже нравилась эта игра.

И вдруг Михаил с грустью вспомнил:

«— И я играл в городки на даче Сталина. Вообще, Сталин любил играть в городки, и на всех его дачах были разбиты городошные площадки. В Сочи площадка была расположена на пригорке — выше дачи. Сталин на той площадке любил играть с Кировым и Буденным. Это была своего рода зарядка или разминка. И одновременно проверка: не притупился ли глаз, не ослабли ли мышцы в руке?

— А как Сталин играл? — спросил Александр у Михаила.

— Играл мягко и метко. Силу точно направлял в биту.

— А Киров?

— Сергей Миронович играл хорошо. Бил сильно, редко когда мазал. Всегда был крайне сосредоточен.

— Наш главный кавалерист, наверное, их двоих переигрывал?

— Не скажу. Удар у него был пушечный. Буденный бил так, что бита, как копьё, втыкалась в ограждение. Но, несмотря на такие удары, часто промахивался и тогда сердился. Рука у него была просто железная.

— Натренировал саблей за войны.

— Наверное…».

Слово Святогорову:

«И вот в десятых числах июня все мы, включенные в группу приглашенных, оказались в доме № 2 на Лубянке. Нас провели в кабинет Берии. За огромным полированным столом сидит Лаврентий Берия, организатор и руководитель мощнейшей в мире разведки, возможный преемник Иосифа Сталина.

Лаврентий Павлович называет нас поименно и задает по нескольку вопросов. Меня он почему-то спросил, откуда я знаю иностранные языки. Я объяснил, как это получилось…

Потом был подробнейший инструктаж о наших дальнейших задачах за границей — в Германии.

Учитывая то, что меня многое связывало с Чехословакией, Берия послал меня снова именно в эту страну.

Так я снова оказался в длительной служебной командировке в милом моему сердцу государстве по велению Берии, но уже к тому времени. отстраненному от власти. Всё это случилось в считанные дни.

Из столицы я вернулся тогда в Берлин, сдал дела и выехал снова в Москву в распоряжение отдела кадров. Через пару дней мне вручили необходимые документы для отъезда в Прагу. При этом кадровики шепнули, что шеф (Берия) арестован, но пока об этом нигде не объявлено.

Не могу забыть ощущения, которые я испытывал, прохаживаясь по улицам Москвы. Заходя в любой магазин, видел там портреты вождей. Среди них был, конечно, и портрет Берии. Наблюдаю за москвичами, озабоченно спешащими по своим делам и не ведающими, что этот портрет уже "доживает" свои последние минуты.»

По пути в Чехословакию Александр Пантелеймонович остановился в Киеве, где жила его семья. Потом зашел в свое ведомство и обнаружил большую тревогу своих начальников.

Оказалось, что министр МВД УССР Павел Яковлевич Мешик и его первый заместитель Соломон Рафаилович Мильштейн срочно вызваны в Москву. Домой, в Киев, они больше не вернулись. Их постигла участь московских коллег.