Лепрозорий (СИ) - Вайа Ариса - Страница 3

Позади сухо кашлянули, и генерал обернулся. Перед ним стоял врач Люции, единственный, кто с самого начала вел этот эксперимент — подавал идеи, создавал все новые и новые наркотики для бесконечных опытов. От него все так же несло эфиром и до мерзкого — лекарствами от лепры.

— Докладывайте, — равнодушно бросил ему Лион.

— Да нечего, генерал, — старик замялся, пожевал губами, подбирая слова, — мы все здорово провинились перед леди Изабель. Если бы я только знал, что она решит бежать…

— Она сбегала от кошек сотни раз, вряд ли вы и ваши медбраты представляли для нее серьезную угрозу, — грубо оборвал того генерал.

Врач поправил хлипкие очечки, обиженно хмыкнул, но спорить побоялся. В конце концов, зачем? Он прекрасно понимал, что ему удалось удержать Люциферу целых одиннадцать лет, чего не снилось ни одному коту! Это была его гордость, добыча старой хищной птицы, и он не хотел делиться с ястребом даже на словах. Но тот ждал ответов.

— Она долго готовилась, у нас много всего пропало, мы и не сразу заметили. Стандартные аптечки исчезли, в них ничего особенного — бутираль, бинты, перекись, обезболивающее и по мелочи. Еще антибиотики, но совсем немного, гентамицин и пенициллин в основном. От лепры много всего взяла — и инъекции, и порошок. Очень много, таких запасов на несколько десятков лет хватит.

Генерал прижал кулак к губам, обдумывая слова врача. Судя по тому, что ей нужны антибиотики и средства для заживления ран — она собиралась играть серьезно и делать большие ставки. Лепра никогда не мучила ее слишком сильно — огромное количество лекарства ей просто ни к чему. Но Конфитеор дорого стоит, и нет в империи никого, кто бы не болел лепрой. Люция использует его как взятку, вместо денег, в качестве благодарности. Ни одна живая душа ее не предаст, а значит — предателем империи и ее союзником может оказаться любой. Да те же врачи, которым удалось под шумок, созданные ею, умыкнуть немного для себя. Всего-то и нужно было сделать вид, что ее нет. А действительно ли последний раз патрульные видели ее пару часов назад?

— А вот наркотик не забрала.

— Что? — Лион мотнул головой, возвращаясь к разговору.

— Говорю, спорынью не взяла, товарищ генерал! — врач поправил очки.

Лион усмехнулся, но вслух озвучивать свое предположение не стал — Люцифера просто голову им морочила, с кошками ведь сработало. А может, ей хватило силы воли отказаться, что тоже было на нее похоже. Он наркотика всяко проще отказаться, чем от Конфитеора. А ей это удавалось.

Навстречу по склону бодрым шагом поднималась глава Охотниц. Лучшая ищейка империи. Как всегда, в штатской форме — темно-зеленых штанах, высоких кожаных ботинках и древесного цвета куртке. От других охотниц ее всегда отличал только нож на поясе — извитый, обоюдоострый, не режущий, а разрывающий кожу и плоть. Никому в империи, кроме нее, нельзя было обладать таким клинком.

Бескрылая Алиса походила на ящерицу — внешностью и манерами, но особенно — чайными глазами с жуткими зрачками. У висков были прикрыты волосами полупрозрачные чешуйки, когтистые руки спрятаны в перчатки, и только синий раздвоенный язык скользил по губам, а глаза азартно блестели, предвкушая охоту.

Алиса вежливо кивнула и, не вмешиваясь в разговор, пошла рядом.

— Мы снизили количество спорыньи, но добавили кое-что другое, — увидев, что генерала не интересуют подробности, врач гордо добавил, но уже обращаясь к Охотнице. — С этого никто не слезет, я вас уверяю! Привыкание колоссальное! Без него начинаются панические атаки и приступы истерии. В такие моменты она абсолютно уязвима. Вот, — и он сунул в ладонь ящерицы инъекционный шприц. — Дайте ей это, и она вернется. На коленях приползет!

Лиона передернуло. А Охотница только повертела подарок. В точно таких же она получала лекарства для своих подчиненных. Но это явно было не оно.

— Алиса, — позвал Лион, задумчиво поправляя запонки-крылья на манжетах рубашки, — что на втором посту?

— Ангелы не нашли маршала Люциферу, — та одним движением сунула шприц в потайной карман куртки и вытянулась по струнке.

Значит, уже ушла.

— Наркотик у тебя, из последнего поста Люция могла уйти только в лес. Так как это твоя вотчина, ты ее и ищи. К вечеру отчитаешься перед Советом, — он искоса глянул на нее, отмечая, как Алиса выросла. Это была уже не маленькая девочка, бледнеющая от одного только имени — Люцифера. И не девушка, не смевшая даже перечить маршалу. Она выросла из своих страхов. А значит, лучше всех подходила на роль охотницы за головой Люции.

— Как прикажете, генерал, — бойко отчеканила та. — Мои девочки уже в лесу, — и отдав честь, бросилась по склону.

Как всегда, предвосхищая любой приказ.

#2. Секреты хранят только мертвые

В этом мире неверном не будь дураком:

Полагаться не вздумай на тех, кто кругом,

Трезвым оком взгляни на ближайшего друга —

Друг, возможно, окажется злейшим врагом.

Ариный лес всегда был полон звуков даже ночью. Осенняя листва шелестела, сыпались переспелые дикие яблоки. Нельзя было и пары метров пройти, чтобы не услышать писк загнанной серой мыши или рык раззадоренного боем волка. Но сейчас лес утонул в тишине, как в вязком киселе. Алиса сняла с пояса нож и насторожилась. Ухнула сова и, захлопав крыльями, исчезла.

Охотница осмотрелась. Лагерь был все еще пуст, значит, задание никто до сих пор не выполнил. Ночной костер давно потух, у одного из серых шатров рыжая листва была особенно примята — решали боем, кто главнее — лучницы или несколько мечниц, присланных на подмогу. Алиса высунула синий язык, ступила в центр импровизированного полигона. Кровью не пахло — решили быстро и, скорее всего, только разговорами. Меж деревьев вела тропа, по которой ушли мечницы. Хмыкнув, Алиса направилась к веревочной лестнице, ведущей на пост лучниц. Придется опять читать лекции и объяснять, что все Охотницы равны и обязаны быть друг другу товарищами. Для драки есть полигоны, а здесь все гораздо серьезнее.

— Тц! — шикнула Алиса, забравшись на деревянные подмостки. Они сеткой уходили в безмолвный лес, петляли меж деревьев и едва заметно покачивались. Охотница прищурилась, разглядывая лиловые метки вдоль мостиков лучниц. Крохотные кристаллы сияли, указывая дорогу, и Алиса бросилась по ним.

Но чем дальше она уходила в медный лес, тем тише он становился. А ведь она не отдавала приказа отогнать зверей и птиц — слишком долго и хлопотно. Животные ушли сами, чего-то здорово испугавшись.

Звуки словно исчезли. Только скрипел расшатанный мостик и стальные петли веревочных поручней. Ни листочка не упало с дерева, ни яблока. Тишина опутала туманом все вокруг. Алиса сглотнула. Коснулась пальцами последней оставленной метки и замерла, вглядываясь в лес. Девочки так торопились, что не нашли и минуты, чтобы повесить следующий лиловый кристалл на ветку?

— Тц! — Алиса поморщилась и направилась к другому дереву и развилке мостиков.

Жуткие мысли заполняли голову, а руки так и чесались. Она проверила оружие — меч легко вынимался, перевязь клинков плотно лежала на поясе, метательные ножи в кожаных наручах выщелкивались от одного прикосновения. Хотела проверить спрятанный в сапоге кинжал, но осеклась. Охотницы торопились, значит, загоняли Люцию в ловушку, на поляну, где всегда отрабатывали задания.

— Черт! Черт! Черт!

И она бросилась со всех ног по мосткам, выглядывая внизу едва различимые тропинки мечниц, боясь увидеть распростертое тело.

Развернулась у дряхлого дуба и едва не слетела. Чертыхнулась, вставая. Мостик накренился и, скрипнув, качнул неподвижную лучницу, та висела вниз головой, зацепившись лодыжкой. Алиса, держась за веревку и проверяя ногой прочность деревяшек, подошла к телу. Лезвие скальпеля вошло в горло несчастной до середины рукояти. "Люция метнула", — догадалась Алиса. Лучница упала, зацепившись лодыжкой за веревки, и повисла. Наклонившись, глава Охотниц расстегнула ремешок сапога на голени мертвой девушки, и та рухнула наземь.