Глупышка (ЛП) - Майлз Синди - Страница 24

Бракс: Поднимай свою задницу с кровати, Солнышко. Сегодня ведь первый день занятий!

Покачав головой, закусила нижнюю губу и улыбнулась своей догадливости.

Я: Уже встала, умник. Я ведь ранняя пташка. Во сколько у тебя первая пара?

Бракс: Умник, да? Ты очень смешная. Жаворонок, говоришь? Ты ведь дома обычно в это время коров доишь? Занятия в 8.00, а у тебя?

Я: И у меня. Возможно, увидимся.

Бракс: Если только я не увижу тебя раньше.

Я: Очень смешно. Пока.

Бракс: До скорого.

Бракс Дженкинс – просто аномалия. Несмотря на то, что он выглядел так, как будто зарежет тебя в темном переулке и ограбит, не моргнув и глазом, он относился ко мне с добротой и уважением. Он смешной, сексуальный и знает об этом, но Бракс не ведет себя по-идиотски, как брат Тессы, он может сколько угодно говорить, что флирт – это часть его очарования, однако сложно говорить о нем по-другому, когда он в упор задает вопросы. «Как ты думаешь, почему я не поцеловал тебя?» Вот именно об этом я изо всех сил старалась не думать. Ведь Тесса уже предупреждала меня, что его очарование в первую очередь нацелено на снятие моих трусиков. Этим он так вплотную занялся? Была ли я слишком наивной, чтобы купиться на это? У меня даже голова заболела от всех этих «а что, если». Он кажется таким искренним, настоящим, но в то же время болваном, который задает вопросы в лоб. А вдруг это все только для того, чтобы добиться своего? Сейчас я меньше всего хочу влюбиться в татуированного плохого парня-бейсболиста, получив после разбитое сердце. Господи, я ненавижу сомнения. Ненавижу себя за то, что становлюсь слишком подозрительной.

Хочу ли я на самом деле снова пройти через весь этот ад? С парнем?

Ну уж нет, не в этот раз. Я буду относиться к Браксу Дженкинсу как к другу, несмотря на то, что сердце предательски делает сальто при одной мысли о нем.

К тому времени, как “секундочка” Тессы закончилась, и она наконец вышла из ванны, я уже надела мягкие, старые, выцветшие джинсы, мою любимую футболку с космическим принтом и кеды All Stars. Встряхнув волосами, быстренько причесала их расческой с широкими зубьями, затем заплела косу, почистила зубы и умылась. И вуаля, я была готова идти.

– Господи, я завидую тебе, – сказала Тесса, глядя на мое отражение в зеркале.

Я вытерла губы полотенцем для рук, повесила его и удивленно посмотрела на Тессу:

– Почему?

Она показала на меня пальцем:

– Ты надела старую, потрепанную футболку, дырявые джинсы, но выглядишь великолепно, – она нахмурилась и свела брови вместе. – Никакого макияжа, совершенно неприхотлива, – Тесса потерла подбородок. – Наверное, мне тоже стоит попробовать такой образ.

Я покачала головой и взяла рюкзак:

– Эта футболка вовсе не потрепанная, Тесс, – я посмотрела на нее. – Она классическая, самая обыкновенная, но ни в коем разе не потрепанная. – Я взглянула на футболку: моя мама сохранила ее с подросткового возраста 80-х годов. Оригинальная черная футболка с принтом из фильма “Внеземной” со светящимся логотипом соединяющихся пальцев. Футболка мне ооочень нравилась.

Тесса улыбнулась:

– Не важно, причудливая ты моя, пошли уже.

Вместе мы пересекли внутренний дворик, Тесса болтала без умолку, а я медленно пережевывала ложку арахисового масла, которую успела схватить перед выходом. Когда мы вошли в павильон, к Тессе тут же подошли две девушки:

– Девчонки, это Оливия, моя соседка по комнате. Лив, это Марси и Келли, – они по очереди обнялись. – Мы с девчонками вместе сюда приехали. – Марси была даже выше меня, с практически черными, идеально подстриженными волосами и широкими, полными губами. Келли была одного роста с Тессой, изящная блондинка с каре, которое очень ей шло. У Келли были огромные, голубые глаза. Обе девушки улыбнулись мне и поздоровались, странно посмотрев на мою ложку с арахисовым маслом. Тесса помахала мне рукой:

– Увидимся позже! – И они ушли, обнявшись и громко смеясь. Смех Тессы был громче других, и от этого я сама улыбнулась, направляясь в сторону здания Фостера на мою первую пару в университете – гуманитарную художественную литературу.

Несмотря на столь ранний час, жизнь в кампусе так и кипела, вокруг было полно студентов, которые были похожи на большой муравейник. Я продолжала поедать арахисовое масло и лавировала среди сонной толпы. Вдруг запахло свежескошенной травой, и я тут же сделала глубокий вдох, вспомнив о доме. Запах был чистым и свежим. Да и вообще сегодня утром какой-то особенный воздух. Возможно, пахнет осенью? Или это я чувствовала себя по-другому? В любом случае, меня охватило приятное возбуждение, и я быстро побежала по кирпичным ступенькам главного входа Фостера, перепрыгивая через одну. Внутри я стала проталкиваться сквозь толпу в поисках лекционного зала номер 31 и, найдя его, нырнула внутрь.

Уинстон был не таким уж и большим, поэтому лекционный зал был обычной комнатой, а не конференц-залом. По мне, так это еще лучше. Огромная доска занимала всю стену позади профессорского подиума. Я заметила только трех студентов, сидевших в разных частях комнаты и рассматривающих материал, лежащий на каждой парте.

– Арахисовое масло на ложке – это чертовски мило, Солнышко, – теплое дыхание Бракса защекотало мою шею, когда он пригнулся и прошептал это мне на ухо. Я подскочила и посмотрела на него. У него были ясные глаза с огоньками озорства. Фиолетовый цвет вокруг его фингала превратился в бледно-лавандовый.

– У тебя тоже здесь лекция? – спросила я удивленно.

Улыбка тут же озарила необычное лицо Бракса. Он взял меня за локоть. От него вкусно пахло, видимо, недавно принял душ, волосы были еще влажными. Он был одет в черную майку и джинсы, я ощутила волнение и беспокойство одновременно.

– Странно, да? – сказал он и посмотрел на мои ноги. – Сегодня без сапог?

Я сузила глаза:

– Ты знаешь… – улыбка тут же растянула его прекрасные губы, от которых я не могла отвести взгляд. Прочистив горло, сказала:

– Мне неудобно здесь ходить в сапогах, Бракс.

– Но ты была в них, когда мы с тобой познакомились.

Я пожала плечами:

– Все правильно, в тот день я убирала стойло от навоза перед отъездом.

Он заулыбался еще шире, показав свои белые, ровные зубы, повел меня на последний ряд в конце комнаты и, стянув с моего плеча рюкзак, нагнулся и прошептал в самое ухо, практически касаясь его губами:

– Давай здесь сядем, Чудачка.

От его шепота у меня перехватило дыхание. Мой взгляд скользнул по блондинке, когда мы проходили мимо нее, она была полностью сосредоточена на Браксе, ее глаза расширились и остекленели, и я не могла ее винить за это.

Из-за того, что он шел прямо за мной, мои нервы натянулись и трещали по швам. В том месте, где он касался моей руки, я чувствовала тепло, которое начало распространяться по всему телу. Осознание того, что Бракс находится в непосредственной близости и того, что из-за него мне трудно дышать, заставило мою кожу покраснеть. Боже Всемогущий, что со мной не так? Наконец мы сели рядом, и он забросил мой рюкзак на спинку стула, затем сделал то же самое со своим рюкзаком, наклонился ко мне и спросил:

– Так ты что, научно-фантастический ботан, пожирающий арахисовое масло?

У него был низкий, дразнящий голос с хрипотцой, и мне это нравилось. Я пожала плечами, улыбнулась и глянула на него, сосредоточив все свое внимание на учебной программе, которая лежала у меня на столе, затем лизнула ложку и сказала:

– Истина где-то рядом.

Смех Бракса шел прямиком из живота, и я могу сказать, что это настоящий смех. Смех, который вдохновляет других оставить свои дела и присоединиться. Я посмотрела на него, его глаза были сосредоточены на мне, Бракс покачал головой и перестал смеяться, но в глазах все еще плясали смешинки, затем он посерьезнел и сказал:

– Ты не такая как все.

Я не была уверена, как правильно отреагировать на его замечание, да и вообще не знала, как на это ответить, поэтому промолчала и слизала остатки арахисового масла с ложки. Да, я не такая как все. Я всегда такой была, и мне никогда это не мешало. Идти по переполненному коридору с ложкой арахисового масла для меня вполне нормально. Не такая как все? Как кто, вот что интересно.