Суровые ведьмины будни (СИ) - Бульба Наталья Владимировна - Страница 65

Я не верила, что причины нет. Демоны слишком последовательны во всем, в том числе и в любви, и в ненависти.

Страх отступал, сдавая позиции любопытству. И я, уже не таясь, рассматривала чеканное лицо. Резкие черты, словно вырванные резцом гениального скульптора из толщи камня, дерзкий разлет бровей, властный тяжелый взгляд и четкий очерк неожиданно чувственных губ. Умеют ли они улыбаться?

Уголки губ чуть заметно дрогнули, словно отвечая на невысказанный вопрос, и Киран решительно снял кольчугу и поддоспешную рубаху, небрежным броском отправив их к плащу. А на белоснежной ткани туники расползалось кровавое пятно.

Кася тут же метнулась ко входу, что-то тихо приказала часовым и через несколько минут перед нами парил котелок горячей воды и лежали рулончики небеленого полотна - местный аналог бинтов.

- У вас открылись раны. Надо обработать и перевязать. Снимите рубаху, - тон королевы был непререкаем.

Киран усмехнулся, но послушно потянул тунику через голову.

Да, постаралась моя подружка. Отомстила за себя, любимую. Сквозное ранение. Слишком широкое входное отверстие, словно она орудовала фламбергом, а не изящной Искрой. Человек с такой раной бы не выжил. Да и демону, невзирая на их фантастическую регенерацию, несладко приходится. Впрочем, такого ритуала, как для Туси, для него никто не проводил.

- Помогите мне, - бросила Кассандра через плечо, опускаясь возле раненого на колени. И я на автопилоте (сказывались дни, проведенные в лазарете) примостилась рядом, привычно стирая кровь влажной тряпицей и даже не задумываясь, для кого я это делаю. Тсерва что-то шептала, почти касаясь кожи напряженными ладонями. Наверное, заговор, по крайней мере, кровь остановилась. Но королева довольной не выглядела. Держа в руках бинт, она хмуро смотрела на раны, словно это могло заставить их исчезнуть.

- Большего я сделать не могу. Здесь нужен настоящий целитель, маг Жизни. У нас такого нет. Хотя...

Она стремительно обернулась, уставившись на нас взглядом инквизитора.

- Шаманка сказала "Дар Жизни". У кого из вас?

Сдала. Как есть, сдала. С потрохами. Хорошо, хоть про Дар Крови промолчала...

- У меня, - неохотно отозвалась я.

В конце концов, клятвы Гиппократа я не давала, как и клятвы всепрощения.

- Сможешь вылечить? - Кася буквально буравила меня взглядом. Да, крепко девку зацепило...

Прежде чем ответить, я посмотрела на подругу и наставницу. Обходиться без слов мы давно научились. Она не настаивала, но рекомендовала мне это сделать. Где логика?! Он нас и раненый на раз догнал, а если я его вылечу - нас и полдня форы не спасут. Но... я ей доверяла и потому согласно кивнула:

- Попробую. За результат не ручаюсь, опыта мало.

- Не волнуйтесь, леди. Я благодарен уже за вашу попытку.

Так, это что? Наш крокодил сказал доброе слово? Умеет, значит. Только не всегда хочет. Ничего, научим...

- Не спешите с благодарностью, милорд, - я не могла назвать его Повелителем, хоть и понимала, что не стоит дерзить хозяину на его территории, - возможно, ничего не получится.

- Но вы хотя бы пытаетесь, - возразил Киран, внимательно глядя на меня.

- Но не могу гарантировать результата, - в тон ему ответила я и скомандовала, определившись, наконец, как разместить пациента: - Ложитесь на левый бок. Кася, еще пару подушек под голову. Нет, руку держите перед грудью, иначе она будет мне мешать. Расслабьтесь, доверьтесь мне...

Со сквозными ранениями мне еще не доводилось сталкиваться, и я понятия не имела, как начитать сращивание - из глубины тела? С выходного отверстия? С входного? Кто бы подсказал...

Пришлось делать то, что подсказывала интуиция...

Сколько прошло времени - не знаю. Может быть час, а может два. Я не ощущала времени в зыбкой полуяви, лишь в какой-то момент линии Силы поблекли, сообщая, что их можно отпустить. Дело сделано.

И я потеряла сознание.

Пришла в себя и тут же захотела вернуться обратно. В шатре царил форменный бедлам. Кажется, только Туся сохраняла относительное спокойствие. Кася орала, требуя шаманку и лекаря, Киран то тряс мою бездыханную тушку, то хлопал по щекам, подвергая нешуточной опасности целостность моего жевательного аппарата. За стеной бесновались драгурихи, норовя прорваться вовнутрь, ругались часовые, уворачиваясь от копыт. Короче говоря, все были при деле, кроме меня, изображавшей лишь декорацию на этом празднике жизни.

Заметив, что я открыла глаза, Туся гаркнула, призывая к порядку, и все дружно угомонились. Даже Снежка застыла, уже наполовину всунувшись в шатер. А через секунду и вовсе исчезла за пологом.

- Как ты? - подруга склонилась надо мной, пытливо вглядываясь в лицо.

- Жить буду, - проворчала я, пытаясь сесть прямо, - кусаться и дерзить тоже.

- Верю, - ухмыльнулась она, - уже хамишь.

Приятно все-таки чувствовать себя героиней. Бережно приподняли, соорудили настоящее лежбище из подушек, аккуратно прислонив к опорному столбу шатра, на серебряном подносе подали полную тарелку и бокал вина. Киран лично перебазировал столик и все сидушки поближе ко мне. Выглядел он уже лучше и двигался свободнее. На месте раны остались лишь тонкие нити шрамов, вынуждая задать себе вопрос, пока еще риторический: а откуда такие умения? Альвиан ничего подобного мне не показывал.

Впрочем, как все риторические вопросы, этот тоже мог подождать с ответом. Организм настоятельно требовал пищи, сигнализируя об этом самым однозначным способом. И плюнув на все правила приличия, я поспешила отдать должное содержимому своей тарелки, не дожидаясь, пока присутствующие присоединятся ко мне.

Присутствующие же с умиленными улыбками наблюдали за мной. Не спеша расселись, с церемонными экивоками определились, кому наливать. Победил Киран, как единственный мужчина в нашем курятнике.

Налили, чокнулись.

У каждого на морде написана разная степень задумчивости, в зависимости от понимания ситуации. Точнее у Кассандры - вообще никаких дум, кроме жажды активной деятельности по обольщению одного отдельно взятого демона. У меня - тоже не густо. А вот двое оставшихся собутыльников радовали глаз глубокой и основательной погруженностью в размышления.

- Благодарю тебя, - вдруг произнес ночной, обращаясь к моей наставнице.

- За что? - неподдельно удивилась Туся, отнимая бокал от губ и ожидающе глядя на демона.

- За то, что узнала и привела ко мне моего сына. Я не знал о его существовании и ничем не мог помочь. А если бы узнал Азаир - не сносить бы мальчику головы. - Киран говорил совершенно серьезно, чуть грустно, без тени былой иронии в голосе.

- Он знает, - перебила его наставница, - и это он сообщил Маркусу, кто его отец.

- Знает? - Буре эмоций, оживившей совершенный камень лица, можно было лишь удивиться, - И не убил его?

- Нет, как видишь, - тон Туси был издевательски спокоен, - лишь назначил моим телохранителем.

- Что почти одно и то же, - съязвила я, протягивая стакан, - Наливайте!

После очередного чока я решила, что могу прояснить некоторые, не дающие мне покоя моменты.

- Когда ты узнал, что Маркус - твой сын? - на "ты" я перешла самым естественным образом, даже не заметив этого.

- Увы, слишком поздно. - Киран вновь выглядел отстраненным и задумчивым, и... чуть виноватым, - лишь когда его кровь смешалась с моей.

Описание этой сцены я помнила. Маркус, принявший на себя первый удар катара, предназначавшийся моей подруге, ее контратака и... в результате то, что мы сейчас имеем: два тяжелораненых, доверительно беседующих о том, как они друг друга едва не убили.

- А в крепости я вновь ощутил его присутствие. Это ведь он разрушил Северную башню?

- Он, - кивнула Туся, - способный мальчик. Почему де'Харн тебе ничего не сказал? Ведь он сразу понял, кто такой Маркус.

- Де'Харн был моим единственным реальным преемником. До его появления.

- Все как всегда, - философски резюмировала Кася. Она на время оставила свои попытки соблазнить Ночного, очевидно, поняв, что пока животрепещущая беседа не закончится, на его внимание рассчитывать ей не приходится.