Я - хищная. Пророчица (СИ) - Ангел Ксения - Страница 63

Он что серьезно сейчас все расскажет? О хельзе и о том, как я туда пошла? Почувствовала, как краска заливает лицо, а в душе рождается паника. Чего боялась? Что они осудят меня? Сочтут безрассудной?

– Племя атли ничего не угрожает, – глухо произнес Филипп и замолчал.

– Недавно у нас побывал умерший, – бодро сказал Глеб.

Я убью его! Как только выйдем из палаты, придушу собственными руками. Я послала в его сторону мощный ментальный сигнал. Надеялась, что следующие слова застрянут у него в горле. Но Глеб, вероятно, умел отгораживаться от всяких вмешательств, или ему было все равно, потому что он продолжил:

– Его звал Ингвар, и он искал какую-то девушку. – Толкнул меня в бок. – Не припомнишь, как ее звали?

– Лея, – хрипло ответила я.

Влад улыбнулся.

– И он ее нашел.

Филипп подозрительно взглянул на меня, но допытываться не стал. Я тоже не торопилась объяснять. Если Владу хочется, пусть сам рассказывает. Глеб посмеивался рядом, а Влад, казалось, и не думал продолжать – смотрел пристально, словно ждал чего-то.

А потом зазвонил телефон. Зазвонил у Лары, она вздрогнула и протянула его Владу.

– Я сообщила ей сразу же, – сказала смущенно. – Она с ума сходила в своем Лондоне.

Он кивнул и взял трубку.

– Привет, – произнес с какой-то особой нежностью, и у меня в груди шевельнулась ревность. Здравствуй, проклятие, я скучала по тебе целых две недели!

Влад долго слушал и виновато улыбался, а затем тихо сказал:

– Уже все хорошо, Дашка. Слышишь, ну не плачь... Я приеду скоро. Кстати, где вы сейчас?

Поддавшись непонятному порыву, я вышла в коридор, присела в кресло и взяла в руки журнал.

Жизнь продолжается. Влад только пришел в себя, а ему уже звонят женщины. И чему я удивляюсь? Решила, что он изменится, станет другим? Признаться, надежда была, ведь из-за этого он чуть не погиб. Но, наверное, пословица правду говорит – горбатого могила исправит.

– У тебя такое лицо, будто ты проглотила лимон целиком. – Глеб присел рядом и посмотрел перед собой.

– Люблю лимоны, – безразлично ответила я.

– Даша – его подруга детства, так что ты ревнуешь зря.

– И вовсе я не ревную!

Даже для меня прозвучало неубедительно, а Глеб всегда просекал фальшь.

– Ага, конечно! Потому и убежала.

– Не потому. Я просто... Думала, у него в хельзе своя жизнь, жена. Он попрощался со мной, а теперь вернулся как ни в чем ни бывало. Зачем?

Глеб пожал плечами.

– У меня несколько вариантов. Первый – ему там стало скучно. Второй – решил, что прислуживать не так уж и хорошо. Третий – пришел тебя мучить и дальше. И да, еще один: Вермунд дошел до конца, и теперь ему нужна кровь пророчицы.

Я покачала головой.

– Не верю...

– Потом будет поздно думать, Полевая.

Атли покинули палату Влада, Лара подошла к нам и сказала холодно:

– Влад просил тебя зайти.

Видеть его не хотелось, но я должна была задать нужные вопросы, выяснить то, над чем думала две долгих недели. И уснуть, наконец, спокойно.

В палате стало значительно меньше места с тех пор, как я была здесь в последний раз, и дело вовсе не в пространстве, которое ни капли не уменьшилось.

Я вошла, прикрыла за собой дверь, шагнула еще раз и остановилась в нерешительности. Да-да, с его пробуждением вернулось все: и нерешительность, и слабость, и некая доля покорности. Уж не знаю, чем она была вызвана: то ли тем, что Влад – вождь атли, то ли моей необъективностью.

– Вот почему Макаров никогда не станет хорошим вождем, – сказал он и похлопал по одеялу. – Присядь.

– Мне и здесь хорошо, – нахмурилась я. – И на чем основано твое утверждение? Филипп не потерял ни одного из нас.

Я лукавила, так как в глубине души соглашалась с Владом, но его излишняя самоуверенность раздражала.

– Правда? – Светлая бровь слегка приподнялась. – А как же маленькая безрассудная пророчица, которая чуть не погибла в хельзе?

– Он не потерял и ее. Вот же она стоит.

Он вздохнул. Посмотрел обреченно.

– Не рада, что я вернулся?

– Я же ходила за тобой, забыл?

Чем дольше я находилась рядом с Владом, тем больше злилась. На него, на себя, на весь мир. На непонятные опасности. На хельзу. На маму. Даже на Вестара, который, как и Влад, говорил загадками. На новый день, который поставил подножку, и вот я снова лежу на земле и хватаю губами воздух.

Надоело!

– Тогда почему еще не обняла меня?

Я опустила глаза.

– Ты злишься? Расстроена?

А разве незаметно? Ты оставил меня, остался там. Я столько пережила, а ты...

Услышала, как зашуршало одеяло и скрипнула кровать.

– Что ты делаешь? Совсем обалдел?!

Секунды хватило, чтобы оказаться рядом. Прикосновение словно током ударило, ладонь скользнула по волосам, а дыхание захлебнулось в поцелуе.

Когда тебя тянет к кому-то магнитом, сложно сопротивляться. Так сложно, что даже мышцы болят. А потом отпускаешь себя на волю и тонешь в эйфории. Запретный плод сладок – не на этом ли основано проклятие?

Еще несколько минут не могла отдышаться, просто лежала рядом и слушала, как стучит его сердце под больничным покрывалом. Его пальцы перебирали мои волосы, рождая запретное, ненужное желание принадлежать. Я не могла поверить, что это происходит на самом деле, а не один из привычных снов.

Мне бы проснуться...

– Никогда не ходи с незнакомцами, Полина, – очень серьезно сказал Влад. – Даже чтобы найти меня. Даже если я буду в опасности.

– В такой опасности, которая грозит мне?

Влад напрягся. На секунду, еле заметно. А потом вновь расслабился, будто ничего и не было.

– Разве не поняла? Это была уловка, чтобы ты осталась в хельзе.

Я приподнялась, пристально вгляделась в бесстрастное лицо. Не врет? Или врет и хорошо скрывает? В любом случае, Влад не признается, если ему не выгодно. Нужно выяснять другим способом, но каким, я еще не придумала.

Села на кровати, отодвинулась. Он смотрел в глаза, словно мог прочесть мысли. Но мысли расплескались от неожиданного известия, туманных объяснений и внезапного порыва.

– Почему ты вернулся? Бросил Ингу?

– Она храпит, – пошутил он. – К тому же хельза надоела мне до жути.

– Вот как? Значит, оставить племя, уйти, а потом вернуться – это так просто?

Злость снова начала закипать во мне. Я старалась ее подавить, но это оказалось сложнее, чем казалось.

– Бросить? – удивился Влад. – Если ты забыла, в меня стреляли.

– Да, твоя любовница, – сжав кулаки, парировала я. – Или думал, я не узнаю?

– Это Глеб тебе сказал?

– Не имеет значения.

– Юлиана не была моей любовницей.

– А я, конечно же, должна поверить, потому что ты мне никогда не врал.

Влад поморщился и устало откинулся на подушку. Я тут же почувствовала себя виноватой. Он только пришел в себя, а я наседаю, в то время как ему сейчас нужен отдых и покой. Погладила его по руке.

– Извини...

– Ты не должна верить мне как мужчине, – не глядя в глаза, мрачно сказал он. – Но как вождю – обязана. И ты должна обещать...

– Никогда не ходить с незнакомцами в хельзу, – закончила я за него и улыбнулась.

– Не смешно! – резко произнес Влад, и я притихла. – Тебя могли убить. Не поняла еще, что если бы не Вестар... – Он покачал головой. – Я не помнил тебя, не понимал, что делаю.

– Ты не врал на счет опасности? – тихо спросила я. – Ты действительно выдумал это?

– Зачем мне врать?

Я пожала плечами.

– Я быстро восстановлюсь, а потом мне нужно уехать. Обещаешь не влипнуть в историю, пока не вернусь?

– Уехать? – встрепенулась я. – Куда?

– Скорее всего, в Штаты, но еще не уверен. Ненадолго. Да и Макарову нужно дать время опомниться. Пусть еще немного поиграет в вождя.

Я опустила глаза, разгладила покрывало. Вопрос так и крутился на языке, поэтому спросила:

– Это связано с Дашей, которая тебе звонила?

Влад задорно рассмеялся, и я нахмурилась. Черт меня дернул спросить! Только теперь поняла, как глупо поступила. Наверняка, от этого вопроса его и без того огромное самомнение раздуется до невиданных пределов.