Я - хищная. Пророчица (СИ) - Ангел Ксения - Страница 85

Потому что выход есть всегда.

Глава 33. Возвращение и выбор

До улицы Достоевского я доехала меньше, чем за десять минут. Еще когда находилась в маршрутке, город накрыло ливневой волной, и я с удовольствием смотрела, как бегут по тротуарам люди, прикрываясь от дождя кто чем может: в ход пошли газеты, пакеты, даже портфели степенных, одетых в строгие костюмы мужчин. Некоторые из прохожих – наверное, самые расторопные или те, кто с утра заглянул на сайт «Гисметио» – раскрыли разноцветные зонты, чем вызвали зависть у вмиг промокших насквозь и не таких предприимчивых сородичей.

Я же радовалась – хоть что-то в этом мире существует исключительно для меня. Ну, в этот момент точно.

Двери маршрутки открылись, и я шагнула в дождь. Одежда мгновенно промокла и прилипла к телу, по волосам побежали теплые ласковые струи, подобно мягким локонам обрамили лицо, капли повисли на ресницах. Жила завибрировала, наполняясь кеном – защитник делился со мной, обволакивал, успокаивал нервы.

Не все потеряно. Никогда нельзя сдаваться!

Я нырнула в подъезд, предварительно отряхнувшись под крыльцом. Почувствовала, что озябла, и мысленно отругала себя за беспечность. Но потом махнула рукой. Выпью у Глеба горячего чаю, согреюсь. Мне просто нужно было это – ощутить единение с защитником, понять, что я никуда не уйду. Даже если придется пожертвовать спокойствием и частью себя самой. Это и мое племя тоже, и я не позволю Владу лишить меня его. Он и так слишком много у меня забрал.

– Совсем сдурела! – Глеб встретил ворчанием, как всегда. Я лишь улыбнулась и прошмыгнула в квартиру. Разулась на пороге, нырнула в ванную, стянула мокрую одежду и встала под горячий душ.

Я привыкла к квартире и ощущала себя тут, как дома. Завернувшись в серый махровый халат, почувствовала себя лучше.

– Есть хочу, – заявила безапелляционно, прошлепала на кухню и открыла холодильник. Да уж, выбор невелик: заплесневелый сыр, колбаса сомнительной свежести и яблоки.

Ну, хоть что-то. Я вымыла два под краном и одно протянула Глебу. Он хмурился у окна, смотрел исподлобья, но яблоко взял.

– Не нужно ко мне ходить, – проворчал мой друг. – Рано или поздно Макаров прознает о том, что ты видишься с отреченным.

– Филипп знает, – безразлично сказала я, села на стул и поджала под себя ноги. Да уж, с выпирающим животом это не так-то просто оказалось.

– Как... знает? – Глеб присел рядом и положил яблоко на стол. Глаз с меня не сводил – смотрел встревоженно и даже испуганно.

– Пытался шантажировать меня, но я его послала. – Я жадно вгрызлась в румяный красный бок фрукта и глубоко вздохнула. – Филипп не самая большая наша проблема. Я была у Влада.

– Ты... – Глеб со свистом выдохнул. Встал. Прошелся по кухне. Его лицо сначала побелело, а потом пошло багровыми пятнами. Я даже испугалась. Синие глаза сверкнули смесью гнева и страха. – Больная вообще?!

– Влад – охотник, – спокойно произнесла я. – Ритуал сделал его таким. Он приходил ко мне ночью, а потом я звонила Андрею. Он сказал, Влад просил за тебя Первозданных.

– Фига се!

Мой друг снова опустился на стул, втупившись взглядом в истертую столешницу. Провел руками по волосам, но они снова беспорядочно рассыпались в стороны, а одна прядь-хулиганка упала ему на лоб.

– Я была у него только что. Мы говорили... – Я замялась и сглотнула жгучий ком. – Говорили обо всем.

– На кой черт ему это понадобилось? – с чувством спросил Глеб. – Суперсила – это сущность охотника? Так они иногда слабее наших бывают? Ты ж вон прищучила двоих.

При упоминании о Мишеле на глаза навернулись слезы. Гормональное. Всю беременность постоянно хочется реветь. Или все же это связано с недавними событиями?

– Думаю, Владу нужны были знания Первозданных, ведь только охотники могут с ними встречаться.

– И для этого он чуть тебя не угробил? Ради знакомства с древними охотниками? Да он просто обаяшка!

– После того, как решит проблемы с Альриком, Влад вернется в атли вместе с тобой. Ты же знаешь, судить его не будут – он был в своем праве... разрушить проклятие.

Глеб все понял – ему не нужно было ничего объяснять. Взял меня за руку и очень серьезно спросил:

– Уйдешь?

Я покачала головой.

– Как я могу? Скоро родится ребенок. И как бы я не ненавидела Влада, он прав – защитница из меня ужасная. Дочери лучше оставаться в племени, а я не смогу ее оставить... – Я всхлипнула, ругая себя за то, что снова развела. – Я слишком много потеряла.

Глеб сжал мою руку.

– Это хорошо, что он вернется. – Недобро улыбнулся. – Моя кровь дает мне право...

– На что? – испуганно выдохнула я, хотя уже знала ответ.

– Я вызову его. Вызову, одолею. И убью.

– А если нет? Ты об этом подумал? – выкрикнула я. – Если у тебя не выйдет?

– Это личное, – твердо ответил Глеб. – И должно закончиться, наконец.

Я не смогла отговорить его, как ни старалась.

Поединок – это даже звучало страшно, а уж если представить. Они всегда заканчивались смертью. Мало кто признавал собственную слабость, а не признать означало умереть.

Если Глеб проиграет... Нет, даже думать об этом было страшно.

Всю ночь я не могла сомкнуть глаз. Сидела в кресле у окна и слушала, как он размеренно дышит во сне.

Я осталась на ночь – забила на правила и законы. Все равно одежда вымокла, да и дома меня не особо-то ждали. Почему-то я была уверена, что Филипп не станет наказывать меня. Об утреннем инциденте заставила себя забыть, хотя где-то в глубине души зародилась обида за Риту. Она любила Филиппа. А он ее нет.

Хотя... Мои понятия о браке и любви сильно отличались от понятий остальных хищных. Как смешно, наверное, выглядели для Влада мои притязания на моногамию.

И зачем я об этом думаю?

Серая тоска, как туманом, заволокла воздух. Дышать стало тяжело, и я вышла на балкон. Умытый ливнем город спал. Изредка по дороге проезжали машины, а в некоторых окнах дома напротив горел свет.

Стало до ужаса обидно, что все это произошло со мной. Не могла влюбиться в кого-то не настолько безумного? Например, в Матвея. Ведь живут же хищные с людьми, заводят семьи, детей. Так нет же, угораздило! А теперь я вынуждена буду жить с этим до конца своих дней.

Хотя что от меня зависело? Проклятие ведь... Неутешительно. И неизбежно.

На меня Владу, по сути, плевать. Если я уйду, меня заменит Каролина. Атли не лишатся пророчицы. Но оставить дочь... Эта фраза царапнула в груди, причиняя реальную – не придуманную боль. Нет, не смогу. Лишиться второго ребенка из-за него – это уже даже не ирония судьбы, не рок. Чистой воды издевательство. Но как существовать в атли, ежесекундно вспоминая, что Влад сделал? Даже сейчас, находясь далеко, изменив сущность, он влиял на мою жизнь. И как это изменить, я не знала. Может, позволить Глебу попробовать? Малодушная мысль заполнила надеждой, но я не дала ей разрастись. Пока Влад сильнее, Глеб не победит. А значит, умрет.

Из квартиры я выскользнула с рассветом. Натянула все еще влажную одежду, погладила спящего друга по волосам и отправилась прочь.

Неделю не могла прийти в себя. Ходила по дому, как сомнамбула, пугала народ. Все никак не получалось свести воедино все, что узнала. Да и сомневалась, стоит ли.

Пока однажды меня не остановил Кирилл.

Лекарь атли всегда отличался особой тактичностью. В чужие дела не лез, советами не напрягал. А еще именно он вытащил меня, когда я одной ногой была в хельзе. Ну, или в другой жизни, если верить Владу. И именно благодаря Кириллу, через три месяца у меня должна родиться дочь.

– Ты ужасно выглядишь, Полина, – сказал он честно.

– Я ужасно себя чувствую, – призналась я. Посмотрела на него пытливо. – Ты знал, что Влад вернется в племя?

Кирилл вздохнул. Нехорошо так, с паузой. Отвечать после этого, в принципе, не надо было.

– И почему мне никто ничего не говорит? – с досадой спросила я.

– Я знал, как ты отреагируешь. Но, послушай, он вернет Глеба. Возможно, ты...