Навсегда ты (ЛП) - Роуз Стефани - Страница 39

Лукас притянул меня ближе к себе и потер мою спину.

— Успокойся. Ей просто нужно знать, чтобы быть подготовленной, — прошептал Лукас мне на ухо, пытаясь успокоить меня, но это не сработало. Я была вне себя от злости и одновременно напугана.

Лицо Робин ничего не выражало, она полностью погрузилась в работу.

— Кто-нибудь видел вас вместе? Были ли вы когда-нибудь в общественных местах?

— Нет, мы были в его квартире одну ночь, и я вернулась домой рано утром следующего дня. Когда я вернулась домой, Марк паковал вещи в Чикаго. Мы поссорились, и я его выгнала. Через два дня позвонила тебе с просьбой составить документы на развод, — я скрестила руки и спрятала их, чтобы никто не увидел, как они тряслись. Мой желудок скрутило, когда я поняла, что карма может быть еще той сукой.

— Я не думаю, что будет трудно доказать, что ваш брак испортился задолго до этого момента. И Марк никогда не связывался с Беллой за все время, что отсутствовал? Никогда не посылал вам хоть каких-нибудь алиментов?

— Ничего. Он не спрашивал о Белле до той ночи, когда подписал документы, и даже тогда я сказала ему, что он может видеться с ней, но ему нужно быть последовательным. Я даже не настаивала на алиментах. Не знаю, что заставило его так поступить.

— Я знаю, — сказал раздраженно Лукас, качая головой.

— Ты знаешь? — спросили одновременно мы с Робин.

— Матери Марка не понравился тот факт, что у нас с тобой все серьезно, и ей действительно не понравилось, как мы сблизились с Беллой, а она могла это видеть, когда мы забирали Беллу от них. Она злится, что ее сын не может наладить отношения со своей дочерью, она пытается силой заставить его и убедиться, что не останется за бортом, когда у нас появится собственная семья, — я отметила, что Лукас сказал «когда», а не «если», и даже в тяжелом положении это согрело мое сердце.

— Теперь, задумываясь об этом, похоже, ты прав. Он почти не разговаривал с Беллой в эти выходные и по-прежнему не проявлял никакого интереса, даже несмотря на сильное желание его матери. Иисус, это разочаровывает! Мы не можем ни доказать это, ни остановить? — я с мольбой посмотрела на Робин, у которой в глазах сквозило сочувствие.

— Прямо сейчас мой тебе совет: позволь Белле и дальше посещать их, не пытайся бороться с ними. Она должна быть там каждый уик-энд, который вы запланировали. А еще — и это очень важно — не спорь с Марком или его матерью. Если возникают какие-то проблемы, сразу же звони мне, и я позабочусь обо всем вместе с его адвокатом. Я знаю, что ближайшие несколько недель будут очень тяжелыми, но если за всем этим действительно стоит мать Марка, то все довольно быстро закончится. А я, в свою очередь, немного покопаюсь и посмотрю, смогу ли ускорить этот процесс.

Когда Робин повернула ко мне голову, то на ее лице застыло печальное выражение.

— Что касается переезда Лукаса, я не имею ничего против, но если у него есть квартира, то он должен придержать ее в случае, если кто-то будет проверять. Мы же не хотим давать им оружие, которое они затем смогут использовать против нас.

Я кивнула, отдавая себя полностью под опеку подруги, которая, как я молилась, была умной, как я всегда думала о ней.

После того, как Белла легла спать, я решила принять долгий душ. Мою шею скрутило от напряжения, а глаз дергался. Робин просила меня не волноваться, и Лукас был настроен оптимистично, по крайней мере, рядом со мной, и старался изо всех сил успокоить меня. Но ни одному из них не удалось заставить меня почувствовать себя лучше. Я попыталась успокоить себя тем, что Белла будет посещать их только каждые вторые выходные. Хотя мне и хотелось повыдергивать все волосы с головы Джинни за то, что она заставила нас пройти через это, но я все же понимала, что она будет заботиться о Белле, и это немного меня успокоило.

Я стояла под душем с закрытыми глазами, позволяя горячей воде стекать по моей шее, что давало мне чувство облегчения. В течение последних двух дней я жила на одном адреналине. Марк, наконец, подписал документы на развод, появление Николь, разрыв с Лукасом, его переезд, и теперь подготовка к битве за опекунство. После всех этих потрясений, мое тело чувствовало себя избитым и усталым.

А также я не могла избавиться от ощущения, что в этом была и моя вина. Я с радостью отдала Беллу на все выходные, чтобы иметь возможность наслаждаться временем, проведенным наедине со своим парнем. Это дало ей ложное чувство, будто она может заявлять права на мою дочь и указывать мне, как жить.

Я все еще стояла с закрытыми глазами, чувствуя, как мои мышцы постепенно расслабляются от пара и горячей воды. Вдруг кто-то отодвинул занавеску для душа, заставляя меня подпрыгнуть.

— Это всего лишь я, — Лукас зашел в душ и обнял меня.

Я даже не слышала, как открылась дверь ванной.

— Извини, малыш. Я немного не в себе от всего этого. У меня болит шея, и начинает дергаться глаз. Эти несколько дней были слишком изнурительными, — я положила голову на грудь Лукаса, когда он начал массировать мои плечи.

— Никто не отнимет у нас Беллу. Обе мои девочки останутся со мной, так что ни о чем не беспокойся, — руки Лукаса перешли от массирования моих плеч к шее, прямо там, где был узел. Я застонала, насколько это было замечательное чувство.

— Хотела бы я быть настолько уверенной, как ты, — Лукас поцеловал меня в лоб, одновременно его руки скользнули вниз к пояснице, притягивая меня ближе к себе.

— Доверься мне. У нас все будет хорошо, — Лукас отстранился и пальцем поднял мой подбородок. Его песчано-каштановые волосы выглядели почти черными, когда намокли. Мои глаза сосредоточились на воде, которая стекала по его шее, вниз на грудь, пресс, и капала на его ярко выраженную эрекцию. Лукас поймал мой взгляд и улыбнулся. — А чего ты ожидала? Моя сексуальная подруга голая и мокрая, скорее всего, везде, — он притянул меня ближе к себе и всосал мою нижнюю губу.

— Мы даже не можем официально съехаться. Боже, Лукас, я просто ненавижу это...

— Стоп, — он приложил палец к моим губам. — Марк не сможет никогда и ничего у нас отобрать или снова встать между нами. Официально это или нет, но я останусь здесь и никуда не собираюсь уезжать. А может, мне стоит снова это доказать? — Лукас обрушил на меня свои губы, и я застонала ему в рот, пока он подчинял себе мой язык.

— Возможно.

Он улыбнулся напротив моих губ.

Лукас проложил след из поцелуев вдоль моей шеи, спустился на грудь и зажал соски своими пальцами. Я закусила губу, чтобы не крикнуть и не разбудить Беллу.

Лукас пососал мочку моего уха и тихо прошептал:

— Расставь свои ножки для меня.

Одновременно его рука скользнула между моих ног. Он начал пальцами выводить круги на клиторе, заставляя мою голову откинуться назад. Я захныкала, когда он погрузил два пальца внутрь и начал медленно двигать ими снова и снова, пока я не смогла больше вытерпеть. Я попыталась насадить свои бедра на руку, заставляя его действовать быстрее, но вместо этого он закрыл мне рот, чтобы заглушить мои крики. Моя голова закружилась, вся нижняя половина тела начала пульсировать, я провела ногтями вниз по спине Лукаса, пытаясь удержать себя, чтобы не упасть.

— Я мог бы смотреть, как ты кончаешь, целый день, — Лукас посмотрел на меня голодными глазами. Подарив мне хитрую улыбку, он поднял меня и прижал к стене душа. — Держись крепче.

Я обняла Лукаса за шею, когда он вошел в меня. Чем глубже он входил, тем быстрее был его темп. Я закрыла глаза и отгородилась от всего мира, когда он добрался до моей чувствительной точки.

— Я так тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю. Каждая часть моего тела принадлежит тебе.

Лукас застонал и стал врезаться в меня с еще большей силой. Я достигла оргазма во второй раз, а когда Лукас отправился вслед за мной, его оргазм был настолько сильным, что он весь дрожал. Потом он нежно опустил меня на кафельный пол и прислонился к моему лбу, пока у нас не нормализовалось дыхание.