Измена (СИ) - Романов Дмитрий Васильевич - Страница 17

       - Что я наделала? Зачем мне оно?

       Камень вспыхнул ослепительным красным огнем, будто хотел навязать ей свою волю, как это делал граф. Испугавшись, Агнесс бросила кольцо в затухающий камин и замерла, не отрывая взгляда от вспыхнувшего неестественно синего пламени. Оно горело, не потухая.

       Что-то зашуршало под полом. Крысы! Опомнившись, Агнесс смыла кровь с лица и рук в тазе с водой и задумалась. Что ей делать? Побег из замка невозможен, у ворот и по дороге стоят заставы. Ее не пропустят.

       Она подошла к окну. Под слепящим светом молний высветился дуб, лежащий поперек рва. Попытаться перебраться по нему?

       Если она не хочет вновь попасть в лапы графа, нужно попытаться. Другого выхода нет.

       Вытащила из сундука кипу одежды. Среди нее была и мужская, пошитая ею для графской челяди. Вот этот кафтан с камизой вполне ей подойдут. Неотбеленные, светло-коричневого цвета, они не будут привлекать к себе внимания. Она будет похожа на крестьянского мальчишку.

       Скинув отвратительно грязное шелковое платье, натянула мужскую одежду. Хорошо, что кафтан свободный, скрывает грудь. На пояс повесила мешочек с огнивом и кресалом, они могут пригодиться в любой момент.

       Ей нужны деньги, ведь придется скрываться от графа и его слуг. Бросив взгляд на шкатулку с драгоценностями, якобы подаренными ей графом, решила их не брать. Она надевала их только по приказу графа, с тайным трепетом в груди. Эти драгоценности граф дарил очередной любовнице, после того как отправлял к крысам надоевшую предшественницу. На этих ужасных украшениях кровь.

       Собрала в небольшой узелок все, что могло понадобиться на первых порах, закинула его за спину и выскользнула из комнаты. Нужно идти в покои графа, деньги можно раздобыть только там.

       Спустившись вниз, прислушалась. В замке, как обычно поздней ночью, царила тишина. Агнесс осторожно прокралась в покои графа. Никто ей не встретился, хотя она и ожидала засады за каждым углом. Здесь она бывала редко, только по зову сеньора. Хозяйством графа заведовал мажордом, и экономке здесь делать было нечего. Тем не менее она знала, где что лежит. Когда граф звал ее к себе, он не считал нужным скрывать от нее мелкие тайны: был уверен, что ей никуда из замка не деться.

       Покои графа были не заперты, но темнота не давала найти то, что нужно. Агнесс зажгла масляную лампу, осветившую неярким светом большую комнату с темной мебелью и мрачными дубовыми панелями, за которыми раздавалось тихое шебуршание.

       Поежившись от брезгливости, Агнесс открыла шкафчик с деньгами, предназначенными на ведение хозяйства. Она выгребла их все, сложила в холщовый мешочек из-под специй, хранившихся тут же, на полке. Немного подумав, присоединила к нему мешочек черного перца, который, как она знала, ценится на вес золота.

       Взгляд ее упал на сундук с оружием. Вспомнив, что ей нужен крепкий нож или кинжал, открыла кованую крышку сундука и откинула ее к стене. Крышка глухо стукнула. Агнесс испуганно вздрогнула и на мгновенье замерла. В маревом свете лампы тускло блеснуло оружие. Мечи и кинжалы лежали вперемешку, все они были изукрашены замысловатой резьбой и драгоценными камнями. Ей они были ни к чему.

       Она уже думала бежать на кухню за обычным кухонным ножом, рискуя попасться на глаза встающим заполночь поварам. Закрывая крышку, увидела с внутренней стороны углубление, а в нем небольшой кинжал без украшений, с остро наточенными краями. Рядом лежали и ножны от него, такие же простые, как и лезвие, не считая одного небольшого камня на рукоятке. Недолго думая, она вставила кинжал в ножны и прицепила к поясу. Погасив лампу и прикрыв дверь, бесшумно сбежала вниз.

       Во дворе грохотала настоящая буря, заливая площадь потоками воды. Беспрерывно сверкающие молнии заливали все вокруг слепящим мертвенным светом. Под оглушающими раскатами грома Агнесс добралась до конюшни. Немногочисленные конюхи были уже там, успокаивая испуганных лошадей. Что делать? Ей позарез нужна была крепкая и тонкая веревка, желательно с железным крюком на конце, но все веревки висели на стене возле входа, на глазах конюхов.

       Снова раздался ужасный грохот, это молния ударила в одну из башен замка. Каменная конюшня содрогнулась. В дальнем стойле поднялся на дыбы и дико заржал жеребец графа. Конюхи всем скопом кинулись туда. Если бы жеребец поранился, им бы не поздоровилось. Граф любил своего коня больше всех людей, вместе взятых. За одним исключением.

       Агнесс стремительно забежала в конюшню, схватила свернутую кольцом веревку и выбежала обратно. Один из конюхов, заметивший на стене длинную тень, спросил у остальных:

       - Что это было?

       Но больше никто ничего не заметил.

       Сматывая на ходу веревку в плотный моток, Агнесс вышла на площадь, к упавшему дубу. К ее ужасу, на площади толпились почти все стражники. Что произошло? Обычно они не выходят в бурю из караульни. Она замерла, не зная, что предпринять. Под грохот бури спряталась за стволом ближайшего дуба и прислушалась.

       - Я тебе говорю, что-то шлепнулось в воду! - говорил сиплым голосом высокий охранник, похоже, Ганс. Агнесс их знала плохо, ей не дозволялось общаться со стражей.

       - Ну, возможно, крыса бегала по упавшему стволу и сорвалась, тебе-то что? Завтра мы его скинем в ров, чтобы никого не смущал.

       - А если это человек?

       - Какой человек? Там только крыса и пролезет. Не выдумывай.

       Ганс настаивал:

       - Надо выставить караул.

       - Вот ты и карауль, - язвительно согласился сенешаль. - А мы пойдем в караульню. Не дай бог, граф выйдет, увидит, что все толкутся в бурю на площади, будешь тогда крыс кормить.

       Они ушли, а дотошный Ганс остался стоять возле ограды с висевшей на ней сломанным дубом, не обращая внимания на проливной дождь.

       Агнесс заметалась. Как отвлечь Ганса? Если бы она была в обычной одежде, могла бы выйти и дать ему какое-нибудь поручение. Вряд ли бы он отправился его исполнять, но это было бы хоть какое-то действие, а теперь она не может даже попытаться. Подкрасться к дубу незамеченной тоже невозможно, - вокруг свободное пространство. Что же делать?

       Внезапно из темноты раздался сердитый голос графа:

       - Что ты тут делаешь, придурок? Хочешь, чтоб молнией убило?

       Агнесс в испуге заломила руки. Неужели граф уже выбрался из подземелья? Что крысы его не загрызут, она знала. Но как он так быстро нашел дорогу? Он упал вниз всего полчаса назад! Значит, из подземелья есть другой выход, не через колодец. Что ж, если это и в самом деле граф, ей не поздоровится. Она судорожно сжала рукоять кинжала, висевшего на поясе. Живой она ему не дастся!

       Ганс вздрогнул и вытянулся.

       - Здесь был какой-то подозрительный шум, я остался караулить.

       - В грозу стражникам тут не место, и ты это прекрасно знаешь! Пошел отсюда! - раздался зловещий приказ из тьмы.

       Немного поколебавшись, стражник ответил:

       - Слушаюсь! - и ушел к подзорной башне.

       Голос прошипел уже с другой стороны, тихо, чтоб никто не услышал:

       - Чего стоишь столбом! Уходи! Скоро граф выберется из подземелья!

       Это не граф! Выйдя из ступора, Агнесс бросилась к ограде. С трудом, все-таки она не мужчина, забралась на нее и ступила на качающийся дуб. От дождя ствол был скользким, будто намазанный мылом, и она, плотно прижимаясь к стволу, медленно и осторожно поползла от ветви к ветви.

       Одежда тут же вымокла и стала гораздо тяжелее, чем была. Ветер остервенело хлестал тело Агнесс гибкими ветвями дуба, ствол под ней шатался, и она уже пожалела, что решилась бежать. Вода во рву быстро прибывала, отравляя все вокруг отвратительным смрадом сильнее, чем обычно.

       Стараясь не смотреть вниз, Агнесс вытащила веревку и сделала на конце скользящую петлю. Не выпуская ее из рук, принялась перебираться дальше, цепляясь за ветки. Она благополучно доползла почти до конца истончившегося к верхушке ствола, но когда до твердой земли оставалось всего ничего, дуб сдвинулся.