Психология искусства - Выготский Лев Семенович - Страница 117

117

После убийства Полония Гамлет говорит: будет хуже. Теперь оно пришло: срок исполнился, час пробил, минута пришла, и свет этой минуты, зажегшийся от обнажившегося мистического пламени трагедии, невыносим для человеческих глаз. Эта сцена даже по стилю представляет резкую противоположность всей пьесе: в ней почти нет слов, до того она действенна, переполнена действием, она сжата вся – по ней проносится буквально вихрь действия, слова – только отрывистые, короткие, как удары рапир, – вся она только в ремарках, поясняющих действие. Едва ли есть сцена, в которой веяние смерти было бы так ощутительно, мистический ужас которой был бы так силен. Гамлет не осматривал рапир. Состязание начинается. Первый удар наносит Гамлет. Король предлагает ему отравленный кубок. Гамлет – это глубоко важно – сражается с увлечением, он весь захвачен поединком, видит в нем не одно состязание: он отказывается, хочет раньше кончить. Гамлет наносит второй удар. Король. Сын наш побеждает (V, 2). Как он и предчувствовал, заклад он выиграл. Королева пьет за его успех.

Король. Не пей вина, Гертруда!

Королева. Я пить хочу. Прошу, позвольте мне.

Она пьет не ей назначенный отравленный кубок.

Король(в сторону). В бокале яд. Ей больше нет спасенья!

Лаэрт говорит королю: «А ну, теперь ударю я».

Король. Едва ль. Лаэрт (в сторону). Хоть это против совести поступок.

Что же заставляет его против совести играть навязанную ему роль, совершив которую, он обратился к Гамлету со словами любви и прощения? И Гамлет его любит, но «не в этом дело» -они сыграют своп роли, назначенные им пантомимой трагедии, убьют друг друга. Лаэрт ранит Гамлета. Затем в схватке они меняются рапирами и Гамлет ранит Лаэрта. Вот все заключено в ремарке, происходит без слов. Рапира отравлена, и оба (в руке Гамлета теперь та же отравленная рапира) ранены смертельно. Королева падает – ремарка сменяет ремарку.

Гамлет. Что с королевой?

Король. Обморок простой при виде крови.

Королева. Нет, неправда, Гамлет. Питье, питье! Отравлена! Питье! (Умирает)

Уже отравленная, уже умирающая, уже со смертью в крови, уже будучи не здесь, уже свесившись за грань, уже оттуда открывает она, что питье отравлено. Темная волна подымается – и в миг захлестнула Гамлета (здесь важно подчеркнуть ход катастрофы – только после нечаянной смерти королевы подымается эта волна).

ГамлетСредь нас измена! Кто ее виновник?Найти его!

Лаэрт еще раньше почувствовал все.

ОзрикОткуда кровь, Лаэрт?ЛаэртКулик попался. Я ловко сети, Озрик, расставлялИ угодил в них за свое коварство.

И теперь, уже тоже оттуда, уже будучи убит (S'm Kill'd), открывает все.

ЛаэртИскать недалеко.Ты умерщвлен, и нет тебе спасенья.Всей жизни у тебя на полчаса.Улики пред тобой. Рапира этаОтравлена и с голым острием.Я гибну сам за подлость и не встану.Нет королевы. Больше не могу…Всему король, король всему виновник!

Едва ли можно было вообразить, что в обстановке реальной трагедии может быть с такой потрясающей силой показано потустороннее вмешательство. Невозможно представить себе положения, более реального и вместе более мистического в одно и то же время: здесь действие явно переступает межу, отделяющую смерть от жизни, свешивается на грань, это есть сама смерть – последняя черта, отделяющая жизнь от загробного, на этой черте происходит действие. Здесь взят момент невероятный: все эти люди – королева, Лаэрт – уже не здесь, они уже смертельно ранены, отравлены, в них нет жизни и на полчаса, они действуют здесь в удлиненную, растянутую, но именно в самую минуту смерти, умирания. Одно приближение к смерти создает отрешенность от мира и переносит душу за грань, а здесь взято состояние самой смерти, умирания: в минуту смерти, уже убитые, они делают свое посмертное дело. Гамлет особенно: пока у него еще нет намерения сейчас убить короля. Он уже убит{142}, в нем нет жизни и на полчаса (удар нанесен раньше), смерть уже началась, он уже в смерти, в его руке очутился изменнический клинок, отравленный и острый. Лаэрта Гамлет ранил уже в смерти, уже будучи ранен сам. Последние полчаса жизни – это уже мертвецы, во власти смерти, делают свое посмертное дело, свое загробное, ужасное дело.

ГамлетКак, и рапира с ядом? Так ступай,Отравленная сталь, по назначенью!(Закалывает короля)

Пусть яд, отрава сделает свою работу. И отравленный кубок заставляет он его выпить. Все обращается против него – король умирает. Действие закончено. Лаэрт сыграл свою роль – он больше не враг Гамлету.

ЛаэртНу, благородный Гамлет, а теперьПрощу тебе я кровь свою с отцовой,Ты ж мне – свою! (Умирает)

Гамлет следует за ним; теперь он уже там, здесь он уже все сделал и знает все. Он уже умер. «Все кончено», – говорит он.

ГамлетПрости тебя господь.Я тоже вслед. Все кончено, Гораций.Простимся, королева! Бог с тобой!А вы. немые зрители финала,Ах, если б только время я имел, -Но смерть – тупой конвойный и не любит,Чтоб медлили, – я столько бы сказал…Да пусть и так, все кончено, Гораций.Ты жив. Расскажешь правду обо мнеНепосвященным.

Он уже знает все, он рассказал бы – бледным, дрожащим, немым свидетелям свершившегося, имей он время, – но let it be; он умер – I am dead, – Горацио расскажет все. Но Горацио, этот безмолвный зритель трагедии, зритель всех смертей, не хочет жить.

ГорациоЭтого не будет.Я не датчанин – римлянин скорей.Здесь яд остался.ГамлетЕсли ты мужчина, Дай кубок мне.Отдай его. КакимБесславием покроюсь я в потомстве,Пока не знает истины никто!Нет, если ты мне друг, то ты на времяПоступишься блаженством.Подыши Еще трудами мира и поведайПро жизнь мою.(Марш вдали и выстрелы за сценой)Что за пальба вдали?ОзрикПослам английским, проходя с победойИз Польши, салютует Фортинбрас.ГамлетГораций, я кончаюсь. Сила ядаГлушит меня. Уже меня в живыхИз Англии известья не застанут.Предсказываю: выбор ваш падетНа Фортинбраса. За него мой голос{143}.Скажи ему, как все произошлоИ что к чему. Дальнейшее – молчанье.(Умирает)вернутьсявернуться