Аврора Синистра, или Звезда ты моя сумасшедшая (СИ) - "мозгомышка" - Страница 89

Я сидела и смотрела на него, а из глаз текли слезы. Мы молчали, потом я предложила помянуть девочку. Мое предложение он принял, а после этого удалился.

Когда я пересказала наш разговор с Долоховым Северусу, он глубоко задумался.

— Знаешь, похоже твой таракан может восстанавливать счастливые воспоминания, отнятые дементорами.

— Как это?

— Понимаешь, когда мы с тобой расстались, я у себя спать вообще не мог. Ни на кровати, ни в кресле. Теперь я знаю причину, но тогда я садился за стол проверять эссе, а он тут как тут, даже свечки не надо — от него светло. Я вспомнил, как мама смеялась, как отец сажал меня на шею и водил меня на скачки, когда мне было три. Еще много того, что я забыл. Точнее, я помнил, но это была сухая информация без эмоций. А потом я за столом засыпал.

— А какими они были — твои родители?

— Сложными, ругались часто. Упрямые оба. Мать, если на отца злилась, то колдовала ему назло, а он все волшебство болезненно воспринимал. У него дед священником был. Дом, в котором мы жили, от него достался. В бытовых вопросах мать была беспомощной, не понимала, что не так, как это ни смешно. Бытовая магия ей вообще не давалась, в магловском мире ей было тяжело, а после смерти отца совсем плохо стало.

— А когда он умер?

— Мне тринадцать было. Денег не стало. Мать тогда и решилась заколку продать, до последнего берегла. В Косом переулке у нее никто покупать не хотел, ее отец слух пустил, что все ее вещи и зелья прокляты. Флетчер десять галеонов дал, она и рада была. А потом я в твоей книге прочитал, сколько эта вещь стоит — это же была настоящая заколка императрицы, у нас и письмо было фрейлины-сквибки, которая для ее волос зелья приносила. Продали бы маглам — жили бы безбедно, отец предлагал, когда хотел дом перестроить. А я отца во всем винил, что из-за него мы изгои в волшебном мире, доказать хотел, что я не такой. А характером в него пошел, — он обнял меня и тяжело вздохнул. — А ты все наговариваешь на своего патронуса — некрасивый. Да такого ни у кого нет во всей магической Британии!

— Я просто не понимаю, почему таракан.

— Ты, когда концентрировалась на счастливых воспоминаниях, то я в твои мысли скользнул. Ну ты помнишь?

Конечно помню! Я слегка покраснела.

— В основном туман был, но одно было более ли менее четкое. Там маленькая девочка лет трёх-четырёх таракана крошками кормила, наверное, это что-то для тебя значит, — он поцеловал меня в висок.

Я вспомнила свое детство. Как маленькая гостила у бабушки и нашла таракана. Мне не разрешали держать животных, мама была чистюлей. И вот я нашла живое существо, я его кормила, сделала домик. Когда мама с криками хотела его забрать, я разревелась. На следующее утро домик был пуст, родители сказали, что мой таракашка убежал. Я долго плакала, а бабушка сказала, что он обязательно вернется. Вот и вернулся. Потом я вспомнила, что говорил Северус про дементоров, и клятву. Возможно это все повлияло на создание такого существа. Голос Северуса заставил вернуться к реальности.

— Да, чуть не забыл, у меня для тебя подарок, — он достал длинную коробочку.

Я с интересом открыла и обнаружила костяной нож. На рукояти изящная резьба, тонкая работа.

— Спасибо, — я рассматривала этот предмет с интересом.

— Мистер Мукерджи постарался. Смотри, если нажать на змею, то прыснет яд василиска.

Я смотрела на него, широко раскрыв глаза от удивления.

— Мало ли, вдруг понадобится. Носи при себе. У меня второй парный, — он довольно продемонстрировал свой, нож был больше и проще в плане украшений. — Яд василиска очень агрессивный, его можно хранить только в специальной колбе, а сталь как в мече Гриффиндора — больше такую не делают. Если Дамблдор прав, и Нагайна — крестраж, то убить ее можно только этим, или адским пламенем, — он прижал меня к себе. — Это на всякий случай, на самый крайний, лучше в случае опасности пользоваться порталом.

— Северус…

— Я знаю, что ты боишься эту тварь, она тебе в кошмарах часто снится. Надеюсь теперь тебе будет спокойнее.

Я крепко обняла его. Знал бы ты, почему я боюсь эту змеюку, а сказать не могу! Я же подарила черную мантию, внешне от его обычной не отличишь, но с изнанки я вшила цепочку, как на боевой одежде, и добавила скопированный орнамент с мантии Слизерина. Всю свою душу я вкладывала в работу, моля высшие силы его защитить. Северус сделал пару пассов и удивленно поднял бровь, потом поблагодарил. И снова его вызвали, неизвестно насколько.

В отсутствии Северуса я по его просьбе следила за портретом директора Блэка. Личность это была своеобразная. Часто приходилось выслушивать его жалобы на наших юных героев, их грубость и невоспитанность. Очень меня порадовало то, что Поттер книжку о походах прочитал, мог ориентироваться в лесу и научился добывать пропитание. В магловский мир они выходить боялись, и правильно делали. Помимо волшебников их разыскивали полицейские. Гермиону — как свидетеля по делу исчезновения ее родителей, а Гарри из-за поджога дома на Тисовой улице. Рональд, правда, не был доволен кулинарными изысками, но я думаю, большую роль играла ревность и крестраж. Из-за своих переживаний Рон ушел — все как в книге.

Вот наконец долгожданное известие о местонахождении Поттера и Грейнджер, я передала данные Северусу, и он опять пропал на трое суток. Я чуть с ума не сошла. Придумывала оправдания для Кэрроу. На четвертые сутки директор явился бледный, как смерть, выпил восстанавливающее и спал пол дня.

Его рассказ поразил меня до глубины души. Мало того, что он нашел Гарри и Гермиону. Он за ними следил. Наслал сонные чары, попытался уничтожить медальон, но у него не вышло — ни мечом, ни адским пламенем. Его нужно было открыть. Он вернул медальон на место, дождался пробуждения Гарри и послал лань. Потом события вышли из-под его контроля. Сначала Поттер чуть не утонул, потом Рон поддался влиянию крестража, отбросил меч. Гарри же просто потерял сознание от головной боли. Судя по состоянию Северуса борьба с крестражем была не простой. Он лишь сухо рассказал, что добил открытый медальон ножом из клыка василиска. Потом подправил беглецам воспоминания и вернулся ко мне.

Новый год мы праздновали вдвоем. Его забавляло то, как я слежу за часами, шампанское и салат оливье. Ну вот ничего не могу с собой поделать, для меня Новый Год связан с этими вещами и фильмом «Чародеи».

Пришло письмо от Нарциссы, она попросила сделать для Беллы то же, что и для Долохова. Невзирая на протесты Северуса, я отправилась туда, прихватив таракашку. Белле было очень плохо. Депрессия, отсутствие привычного ритма жизни, муж ее избегал, Темный Лорд вовсе не хотел видеть ее, колдомедики заставляли постоянно лежать. Я осталась на сутки. Таракашка был у Беллы. На следующий день она заметно повеселела и стала получать хоть небольшое, но удовольствие от своего положения. Нарцисса благодарила, я попросила в обмен на эту услугу помощь любому ученику Хогвартса, который вступит на территорию Мэнора. Нарцисса опустила глаза, но пообещала.

Пока были каникулы я решила на свой страх и риск проверить теорию — отзовется ли крестраж на крестраж. Я самостоятельно, втайне от Северуса, взяла чашу и попробовала войти в Выручай комнату, но нет, ничего не вышло. Она не открылась, а ощущения от вещицы были мерзкими. Головная боль была жуткой — будто раскаленный штырь втыкали в голову. На помощь пришла Винки, вернула плохую вещь в тайник. Интересно, это только я на крестраж так реагирую? Странно, когда Северус показывал чашу, я ничего такого не ощущала, правда он довольно быстро убрал ее в надежный тайник, наверное почувствовал что-то, а мне не сказал.

После каникул возвращались ученики. Джинни и Невилл тоже приехали, а Луны не было. В учительской Алекто с какой-то злобной радостью сообщила, что мисс Лавгуд будет на домашнем обучении следующие полгода. Как же я хотела убить эту дрянь. Я машинально достала палочку и была готова совершить безрассудный поступок, но голос Северуса не дал ее проклясть.