Шахматистка - Хенрикс Бертина - Страница 4

Курос нарушил молчание, справившись о здоровье Элени. Терпеливо выслушав ответ, он улыбнулся и снова занялся супом. Он знал по опыту, что его бывшие ученики, за редким исключением, приходят к нему не просто так, навестить, а с определенной целью, и им нужно время освоиться. Чаще всего они просят составить какое-нибудь заявление или объяснить непонятные слова в документе. В большинстве случаев речь идет о наследстве или земельном споре с соседями.

Элени была его ученицей тридцать лет назад, и, сказать по правде, ничем особенным ему не запомнилась. Училась посредственно, да и красотой не блистала. Самая что ни на есть заурядная девочка.

Элени молча разглядывала гостиную, будто ждала, что сами вещи придут ей на помощь. Но от вещей веяло холодным безучастием, и Элени никак не могла придумать, с чего начать.

Наконец она решилась:

— Учитель, мне бы хотелось, чтобы вы купили вместо меня шахматы.

Элени смутилась оттого, что так сразу, напрямую высказала свою просьбу.

Старик поднял голову и посмотрел на нее, стараясь скрыть удивление.

— Шахматы? — медленно переспросил он, будто осмысливая услышанное.

— Да, именно так, — не торопясь вдаваться в объяснения, ответила Элени.

Старик взял графин с вином и наполнил оба бокала. Заинтригованный, он попытался вызвать Элени на откровенность.

— Это прекрасная игра, — сказал он, — одна из древнейших на свете. Королева игр, если можно так выразиться. Трудная, но прекрасная.

— Очень трудная? — чуть дрогнувшим голосом спросила Элени.

— Нет, не очень, — солгал старик, почувствовав, что гостья вдруг расстроилась. Что-то подсказывало ему, что с ней надо быть поосторожней.

— А для кого ты хочешь купить шахматы, Элени?

У него осталась привычка обращаться к бывшим ученикам на “ты” — будто в память о том, что связывало его с ними в прошлом. Элени ответила, что хочет подарить их мужу на день рождения. Курос удивился: с чего это автомеханик Панис вдруг увлекся шахматами? Мало кто из греков, живущих на островах, играет в эту сложную игру, требующую долгих размышлений. Сам он немного играл в молодости, но потом бросил: трудно было найти подходящего партнера. Странная все же идея у его бывшей ученицы.

Ему очень хотелось расспросить Элени поподробнее, но он лишь вежливо осведомился, умеет ли ее муж играть.

Элени покачала головой.

— Тогда, — задумчиво произнес Курос, — надо бы еще приобрести какое-нибудь учебное пособие для начинающих, где даны правила игры.

Мысль Элени понравилась, и учитель согласился купить то и другое. Вынув кошелек, она на мгновение задумалась: сколько денег дать учителю? Она понятия не имела, сколько все это может стоить. Курос успокоил ее: он купит на свои, а она потом вернет ему потраченную сумму. Уже собираясь уходить, Элени попросила, чтобы шахматы учитель выбрал самые красивые. Старик пообещал.

С легким сердцем Элени, прежде чем ехать домой, завернула к родителям. Ее самая большая проблема чудесным образом разрешилась. Все-таки хорошо, что она вспомнила про старого учителя.

Обратный путь превратился для Элени в одно сплошное удовольствие. Она чувствовала себя как когда-то в детстве, когда они всей семьей выбирались на какую-нибудь экскурсию. Как все чудесно! Птички летают, поля уже зазеленели, над головой синее небо, и ветерок, дующий с моря, качает тощие ветви олив.

Утром в четверг Элени пришла на работу раньше обычного. В пятнадцать минут шестого она уже была в гостинице, чем до крайности озадачила хозяйку, не знавшую, как занять ее в столь ранний час. Ни один постоялец не покинул своего номера раньше половины седьмого, и Элени все это время провела в холле, рассеянно листая журналы и сгорая от нетерпения поскорее начать уборку. Особенно ей хотелось побывать у парижан и еще разок взглянуть на шахматы. Потрогать деревянные фигурки и хорошенько рассмотреть, как они стоят на доске. Быть может, ей повезет, и фигуры будут в начальной позиции. Тогда она запомнит порядок, а когда подарит шахматы мужу, то сможет сразу же правильно расставить фигуры. Панис заинтересуется и бросится осваивать новую игру.

К досаде Элени, французы все утро не выходили из номера. Наверное, они поздно легли спать накануне, подумала она, увидев их завтракающими на маленькой, примыкающей к номеру терраске. Они о чем-то негромко разговаривали, молодая женщина то и дело смеялась. Гостиницу они покинули только в половине одиннадцатого. На парижанке была шляпа с полями, широкая улыбка не сходила с ее лица.

Элени, быстро убрав одиннадцатый номер, пошла в семнадцатый. Войдя в комнату, она первым делом направилась к столику — посмотреть, на месте ли шахматы. Она увидела их сразу, но — какая жалость! — фигуры были беспорядочно разбросаны по доске. Рядом стояли два пустых бокала, накануне вечером из них пили анисовую водку. Элени попыталась было поставить деревянные армии друг против друга, но скоро бросила это занятие. Она даже толком не знала, какая фигура как называется. Вот, кажется, конь, а это — королевская пара, но что собой представляют остальные фигуры, она понятия не имела.

Вздохнув, Элени приступила к работе. “Безумие, — подумала она. — Курос правильно сказал, это очень трудная игра. И не для таких людей, как мы с Панисом”.

Она почувствовала себя подавленной, как будто ее безжалостная судьба впервые в жизни открылась перед ней. Боль в ногах, которую она ощущала вот уже несколько дней, стала еще сильнее.

Закончив работу, Элени не спеша вернулась домой и принялась варить гороховый суп. Пришла из школы Димитра, и Элени рассеянно слушала, как дочка провела день. Сразу после обеда собралась выйти из дому, но зазвонил телефон. Она нехотя сняла трубку и очень удивилась, узнав голос учителя.

— Послушай меня, Элени, — сказал Курос, — я сейчас в городе. Был у Андреаса, спросил, может ли он заказать красивые шахматы в Афинах. Не волнуйся, он ни о чем не догадывается, я тут сочинил небольшую историю… Так вот, он мне поведал об электронных шахматах.

Элени опустилась на стул. Она не решалась сказать Куросу, что подумала и пришла к выводу, что ее затея — чистое безумие. Вместо этого она тихим голосом проговорила:

— Это, наверное, еще трудней?

— Да нет же! — с жаром возразил Курос. — Они работают от батареек. Можно включить и играть одному с машиной. Лучшего способа научиться не придумаешь. В мое время таких шахмат не было. Техника ушла вперед немыслимо далеко, ты не находишь, дорогая моя Элени? Но думаю, обычные шахматы будут покрасивей. В общем, тебе выбирать.

Несмотря на охватившее ее волнение, Элени улыбнулась: ее уже много лет никто не называл “дорогая моя Элени”. Недолго думая, она дала карт-бланш учителю: он ведь так старался ради нее.

Повесив трубку, она еще некоторое время сидела на стуле в коридоре и смотрела на зеленые стены, на которых кое-где облупилась краска. Она не разделяла восторга своего бывшего учителя по поводу технического прогресса. Напротив, ей казалось, что этот самый прогресс исподволь проникал во все зазоры, которые только имелись в ее жизни, а ее, Элени, оттеснял на обочину.

Она все сильнее ощущала себя чужой в современном мире. “У моего мужа автосервис, а я даже не умею водить машину”, — подумала Элени и испытала незнакомое ей прежде чувство приниженности. А теперь вот Курос предлагает ей играть в шахматы с машиной. Она рассмеялась: до чего все это несерьезно!

Димитра выглянула из своей комнаты — посмотреть, почему мать смеется, сидя одна в коридоре. Элени рассеянно ей улыбнулась, встала, взяла сумку и вышла из дому.

Наступил знаменательный день. Накануне Элени съездила в Халки и забрала у учителя машинку, умеющую играть в шахматы. Старик не без гордости выложил перед ней коробочку, разделенную на белые и черные клетки, внутри которой находились шахматные фигуры. Элени не очень-то понравилось, что коробочка была маленькой, выглядела более чем скромно и отличалась от красивых деревянных шахмат французов как небо от земли. Не желая огорчать Куроса, она никак не выказала своего разочарования и горячо поблагодарила старика. Вернула ему потраченные деньги — шахматы оказались дороже, чем она предполагала, — и, взяв дьявольскую машинку и пособие для начинающих, поехала домой. В городе она купила разноцветной бумаги, чтобы завернуть подарок.