Хроники Древмира: Падение магов (СИ) - Горова Вера - Страница 40

«А дяденька Мирздрав оказывается ещё чистюля» — Даша собиралась уйти, когда заприметила кое-что на кровати. То, что она приняла за кучу небрежно брошенного белья, на самом деле являлось хозяином комнаты. Человек неопределённого пола был настолько бледен, что практически слился с двумя одеялами, в которые он завернулся наподобие гусеничного кокона. Даша вздрогнула и отшатнулась. Итак, перед ней лежит безучастный к вероломному вторжению юный маг. Осталось определить его пол, наконец-то понять, в чём заключается болезнь магов и вернуться в кабинет Мирздрава.

С чего начать разговор с подростком из магического мира, который в силах вырастить взрослое дерево за час или превратить землю под тобой в зыбучую грязь? Пожалуй, она начнёт с классики:

— Привет. У меня соль закончилась! И спички! А в конспекте по истории пропущена одна лекция, не поможешь?

Дальнейший разговор прошёл тяжело, однако цель сегодняшней прогулки была достигнута. Теперь Даша в полной мере осознавала, что такое «лишиться собственной воли», и от этого знания в душе стало гадко и мерзко.

Кожаный ремешок на руке потеплел — время вышло. Обратный путь к кабинету Мирздрава в памяти не отложился, как и активация телепортационной установки.

— Как всё прошло? — Мирздрав выглядел обеспокоенным. Ещё бы — отпустить подростка в такое место — каждый бы поседел от переживаний. Хорошо, что до разговора с больным магом, она толком не понимала, куда напросилась.

— Давайте поговорим на свежем воздухе, кажется, я за эти два часа собрала всю пыль вашей башни, — девочка натянуто улыбнулась, со стыдом вспомнив свои, кажущиеся теперь нелепыми, прятки по Академии.

После полумрака и опустошённости Академии, Тёмный лес показался Даше самым живописным местом в её жизни. Снег наконец-то пробился сквозь плотный древесный навес, принеся с собой морозную свежесть, и укрыл тёмные прогалки, коварные корни и необычных цветов и размеров растения.

— Что-то случилось, да? Тебя поймали на воровстве? — от высказанного магом предположения Даша позабыла о только что открытых красотах леса.

— С чего вы решили?

— На тебе форма общего факультета, причём новая, нет остаточной магии. И твоё лицо по возвращении… я подумал, что случилось худшее.

— Лицо? — переспросила она и даже потянулась, чтобы проверить, что в нём неправильного, но вовремя одёрнула руку. — Дяденька Мирздрав, форму я взяла на складе, выдав себя за новую ученицу. Как видите, сработало, а вы всё: «своруй-своруй».

— Погоди-ка, — маг изменился в лице, — представилась новой ученицей? И тебе поверили?

— Да. Скряжник что-то там ворчал, но форму дал, правда, без сапог.

— Скряжник? Скряжник Подземный? Въедливый до циферок карл, который душу выпьет, пока не получит свои дурацкие подписи?!

— Ну, да, он подходит под это описание.

Мирздрав издал отчаянный стон, стянул с головы шапку и принялся её ожесточённо мять от избытка чувств.

— Ты подписала? — нервно уточнил он.

— Конечно, — девочка насторожилась, предчувствуя, что ей сейчас откроют подвох бесплатной выдачи казённого имущества. — Я не под своим именем, вы не думайте.

— Подписи — это бестолковая выдумка карлов с их бумажной волокитой в головах. Перо! Проблема в нём! Оно запоминает ауру и вносит её в хранилище Академии!

— Но… я же не маг, у меня нет этой самой ауры…

— Аура есть у всего!

Мирздрав прекратил мучить шапку и уставился на притихшую горе-разведчицу недобрым взглядом. Одно быстрое движение — и по лесу раздалось обиженное: «Ай!». Вот чего она не ожидала от взрослого мужчины, когда-то работавшего учителем, так это щелбана.

— Оставим это, — маг натянул шапку обратно, — что ты видела?

— Орков, все как один под градусом, Скряжника и… — в памяти всплыл «разговор» с учеником, — … ученицу. Девчонку моего возраста. Говорить не хочет, конспектами делиться тоже, вот такая вот вредина.

Установилась тишина. Мирздрав смотрел на неё, а она, ощущая тяжесть его взгляда, на припорошённую снегом землянку. Во избежание недоразумений ей следовало продолжить:

— Знаете, в самом начале, я думала, что это всё окажется шуткой. Ну, смешно это: спасение другого мира — и нам. Мы же ничего не умеем, у нас в школе только лыжная и волейбольная секции, — говорить стало легче — Мирздрав тоже заинтересовался внешним видом семейной лабораторией. — Потом мне стали рассказывать о вашем мире, и я подумала: «А что тут сложного?». Дальше вы знаете: страхоед, зелье правды, наши с вами поиски… Если подумать, Гадикус же никого не убил, всего лишь собирается стать новым архимагом, казалось бы, ничего страшного… — глаза защипало. — Карлы умеют колдовать?

Ответ последовал не сразу:

— У них своя магия, магия камня.

— Значит и он тоже, а я-то подумала на другую болезнь, — если ей выпадет второй шанс попасть в Академию, она извинится перед завскладом. Пусть даже он этого не запомнит. — Дяденька Мирздрав, то, что сделали с магами, хуже смерти. Извините за то, что я этого не понимала. Извините за то, что давала глупые советы. Извините за то, что… — к горлу подкатил ком. — Что вам попалась такая никудышная Избранная!

Щекам стало холодно. Как-никак, зима не лучшее время для запоздалых слёз.

Глава 9

— Жаль, что нельзя переместиться в Лесково с помощью магии, — пожаловался Глеб, в очередной раз увязнув в снегу.

— Да, — немногословно откликнулся шедший впереди зверомаг.

Третья по счету попытка разговорить проводника провалилась. После случившегося у ворот школы, Тар снова вернулся к своему образу «высокомерного молчуна», в котором он предстал перед ними в день знакомства. Это очень нервировало: как-никак они не яблоки у тётки Люси крадутся воровать, а с плохими парнями разбираться идут. Как же ему сейчас не хватало Вити, в чьём обществе любая авантюра воспринималась вполне нормальным и даже в какой-то мере привычным делом.

Да и обстановка не добавляла оптимизма, скорее седых волос: в лесу снова шёл «концерт фильма ужасов», с самым зловещим дирижёром в обоих мирах. К своему стыду, спустя несколько тревожных минут после перемещения Глеб понял, что лучше бы он оставался дома, а не корчил из себя благородного спасителя угнетённых. Но высказать эти мысли вслух не решился. В итоге, вместо того, чтобы обмениваться шутками, чтобы хоть как-то отвлечься от гнетущего чувства опасности, они молчали, тем самым всё больше и больше накручивая себя.

— Слушай, а одна из твоих форм случайно не лошадь?

Не вникнув в суть вопроса, Тар привычно угукнул, но когда сказанное дошло до него, то резко остановился. Глеб чудом успел вовремя затормозить. Пока он нервно прикидывал, получит ли по шее или нет, старший подросток нарочито медленно повернулся. Лицо его было красным от возмущения:

— И думать об этом не смей! Ни один зверомаг не опуститься до того, чтобы катать на себе людей!

— Даже если это вопрос жизни и смерти?

Маг поспешно отвернулся и рванул вперёд, пробираясь через толщи снега — они практически дошли до выхода, из чего можно было сделать вывод, что исключения из правила всё же существуют.

— О чём задумался? — Глеб решил не сдавать позиции, поэтому догнал проводника. Раз Тар наконец-то заговорил, то пока есть время можно расспросить о чём-нибудь полезном.

— О судьбе Древмира!

«Зря мы ему то кино показали, ой зря…» — подумал школьник, мысленно хлопая себя по лбу. Как выяснилось, мышление главного героя «учебного пособия» оказалось заразным, неровен час, Тар соберётся спасать какую-нибудь принцессу, стукнет Витю по темечку, чтобы забрать меч Остра и угонит у эльфов особенно злого дракона, чтобы использовать его в качестве ездового животного.

— Да ну?

— О судьбе Магнии, — зверомаг снизил планку, но лицо Глеба по-прежнему выражало скептицизм, и он сдался: — Хорошо, я переживаю, как всё пройдёт. Мы действуем в одиночку, нам не на кого надеется — это очень странно для меня. У нас принято решать проблему сообща, понимаешь?