Эпоха возрождения (СИ) - Завадский Андрей Сергеевич - Страница 46

-- Потери среди команды?

-- Все, кто был в машинном. Вода пребывает, товарищ капитан. Трюмные помпы не работают!

Приняв внутрь уже несколько десятков тонн забортной воды, противолодочный корабль, лишенный хода, быстро погружался, оседая все больше и больше, и волны уже захлестывали его палубу, смыв за борт нескольких матросов.

-- Шлюпки и спасательные плоты на воду, - отдал последний приказ капитан второго ранга Заславский. - Всем покинуть корабль!

Едва ли не на четвереньках капитан выбрался из рубки, карабкаясь по опасно накренившейся палубе и цепляясь за все, до чего мог дотянуться. Любое неосторожное движение могла завершиться недолгим падением в ледяную воду, под нависший борт корабля, и на глазах Заславского несколько его матросов скатились туда, под этот гигантский пресс, медленно опускающийся на их то появлявшиеся из воды, то вновь исчезавшие головы. Уже добравшись до края палубы, ходившей ходуном под ногами, командир "Юнги", крепко ухватившись за леера, замер на мгновение, слыша металлический скрежет глубоко под собой - это, не выдержав удара взрывной волны американской торпеды, лопались ребра-шпангоуты.

-- Товарищ капитан, - один из немногих оставшихся рядом с Заславским офицеров ухватил своего командира за плечо. - Поспешим! Еще пара минут - и корабль уйдет под воду вместе с нами!

Уже с качающегося на волнах плотика, то взлетавшего на самый гребень, то мгновенно проваливавшегося вниз, казалось, в самую бездну, старый моряк увидел, как стихия поглотила его корабль. Уходя под воду, "Юнга" показал корму, затонув почти вертикально. Огромный пузырь воздуха, вытесненного из его трюмов, лопнул на поверхности, и волна ударила в борт надувного плота. Из восьмидесяти трех моряков, вышедших на борту противолодочного корабля в этот поход, двадцать шесть разделили его судьбу до конца.

Максим Найденов с высоты полсотни метров отчетливо видел, как тонет торпедированный врагом корабль, видел, как растекается масляное пятно по волнам, отмечая место его гибели, видел рассыпанные по водным просторам шлюпки, с которых махали руками уцелевшие моряки. Но никто на кружившем над головами спасшихся моряков самолете не в силах был пока им помочь - Ил-38 поднялся в небо в этот день, чтобы разрушать. Спасать же призваны были другие.

-- База, я "Буревестник-один". - В эфир унеслась очередная радиограмма, в пару секунд достигнув берега. - В квадрате "девятнадцать" неопознанной подлодкой атакован корабль ВМФ России. Прошу разрешения уничтожить агрессора!

-- "Буревестник-один", вас понял, - донесся ответ с далекой земли. - Вертолеты поисково-спасательной службы уже в воздухе! Разрешаю применение оружия по подлодке противника! Пусти их на дно!

-- Выполняю, база!

Рассеянные на волнах пассивные гидроакустические буи сигналили наперебой, буквально купаясь в доносившихся с глубины звуках. Эхо многочисленных взрывов, скрежет сминаемого колоссальным давлением корпуса ушедшего на дно противолодочного корабля - все это маскировало шумы вражеской подлодки, которая, в этом подполковник Найденов не сомневался, оставалась где-то здесь.

-- Сбросить активно-пассивный буй!

Оператор поисковой системы коснулся приборной доски, четко доложив:

-- Сброс произведен!

Гидроакустический буй РГБ-3, которых на борту Ил-38Н было всего несколько штук, представлял собой миниатюрную автономную ГАС, связанную радиоканалом с самолетом-носителем. Он не просто пассивно ждал, пока враг выдаст себя шумом - он сканировал толщу воды частыми импульсами, "освещая" акваторию на несколько миль вокруг. Оператор на борту патрульного самолета увидел отметку цели через несколько секунд, и командир экипажа решительно приказал:

-- Сбросить торпеду!

Авиационная противолодочная реактивная торпеда АПР-3 "Орел", отделившись от подвески Ил-38Н, вошла в воду почти отвесно. Немедленно включился турбоводометный двигатель, разгоняя ее до шестидесятипятиузловой скорости. Активная акустическая система самонаведения захватила цель через пару секунд, и торпеда, пронзая водную толщу, рванула к обреченной подлодке.

-- Торпеда в воде! - Голос акустика "Санта Фе" сорвался от волнения. - По левому борту! Дальность пять кабельтовых!

-- Ложные цели за борт, - мгновенно скомандовал кэптен Дуглас. - Максимальное погружение! Глубина под нами?

-- Не больше тридцати саженей, сэр!

-- Уходим к самому дну!

Заполнив почти до предела балластные цистерны, "лос-анджелес" буквально провалился в бездну, уклоняясь от атаки. На его борту акустик слышал рев приближающей торпеды, словно торжествующий хищник пытался ошеломить застигнутую внезапной атакой жертву. Акустические имитаторы, щедро рассыпаемые стремительно погружавшейся подлодкой, были бесполезны. Торпеда АПР-3 скользнула в паре метров от корпуса "Санта Фе", и сработал неконтактный взрыватель, превращая боевую часть весом семьдесят четыре килограмма в облако стремительно расширяющихся газов.

Подлодка содрогнулась от удара, обрушившегося на ее корпус ближе к корме. Прочная сталь, постоянно пребывавшая под напряжением, выдерживая давление во много тысяч тонн, не выдержала, дав брешь, в которую хлынула вода, заполняя отсеки. И все же этого оказалось слишком мало для субмарины водоизмещением свыше семи тысяч тонн. На пути ледяного потока захлопнулись крышки герметичных люков, лишая шанса на спасение тех, кто был ближе всего к пробоине, но остальные смогли выжить.

В помещении центрального поста выключился свет, погасли все мониторы, и на долгие секунды отсек, заполненный людьми, погрузился во тьму, пока не вспыхнули лампы аварийного освещения.

-- Кэптен, сэр, повреждение реактора, - доложил взволнованный старпом. - Сработала аварийная защита. Все системы сейчас питаются за счет аккумуляторов.

-- Мы потеряли боеспособность, но остались на плаву, - хмыкнул Смит, чувствовавший, как на всем теле выступил липкий противный пот. - Значит, не все потеряно!

Над волнами Ил-38Н сделал еще несколько кругов, рассыпая буи, которые жадно поглощало суровое море. Не было никаких следов присутствия врага, но не было и обычных признаков, указывающих на его гибель. И лишь когда второй пилот напомнил Найденову, что топлива в баках самолета остается лишь на обратный путь на базу, командир экипажа принял решение завершить поиски. К этому времени над морем уже сновали спасательные вертолеты, поднимая из шлюпок спасшихся моряков с "Юнги", и еще два противолодочных корабля спешили им на помощь.

Противолодочный самолет, экипаж которого верил, что одержал первую настоящую победу над настоящим врагом, летел на юг, приближаясь к скалистым берегам Кольского полуострова. А глубоко под водой, у самого дна, рискуя каждый миг столкновением, медленно ползла на запад американская подлодка. Большинство ее систем не действовали, запаса энергии в аккумуляторных батареях хватало лишь на обеспечение минимальной подвижности. Кэптен Смит и его моряки, те, кто остался жив, с нетерпением ждали, когда же покажется норвежский берег, где можно будет ощутить себя в безопасности. Они не знали, что к тому моменту, когда превратившаяся в безжизненный кусок металла "Санта Фе" пересечет границу территориальных вод Норвегии, большинство подводников получит такую дозу радиации от поврежденного реактора, что не доживет и до ближайшего Рождества.

В штабе флота в Североморске адмирал Юрий Колгуев, выслушав доклады своих офицеров, приказал:

-- Обследуйте дно в девятнадцатом квадрате, каждый метр! Я хочу знать, кого мы там потопили, если вообще потопили хоть кого-то!

-- Это наверняка американцы, - уверенно произнес начальник штаба. - Это равносильно объявлению войны!

-- Американцы, англичане, хоть папуасы - топить всех, это наши воды! Любую неопознанную подлодку - уничтожать! Все силы флота держать в постоянной готовности! "Александр Невский" должен выполнить свою задачу. Американцы сделают все, чтобы этому помешать, а мы должны предпринять все возможное, чтобы помешать им!