Мечта хранимая (СИ) - Виксар "Виксар" - Страница 25

Вовремя опроверг, — подумал я. И так настроение ни к черту, учитывая, куда и зачем лечу, а если бы ещё уверился в собственной теории… Гирст же только и состоит что…

— Горы, князь!

Я встряхнулся и посмотрел перед собой. Усмехнулся, вспомнив мысли перед вылетом; несмотря на косые насколько только возможно ориентиры мы всё-таки прилетели куда нужно. Уж теперь, когда найдена необходимая местность, найти сам город будет проще простого.

Тигр, почувствовав моё настроение, немного ускорился, а следом за ним и остальные. Немного — потому что с самого начала операции была дана установка на экономию сил для обратного пути. Встречать ночь на чужой территории не хотелось совершенно.

Чем дальше, тем больше ландшафт подтверждал верность этой позиции. Лес, «вылившийся» за край своей естественной зоны на горные склоны, закончился очень быстро, и потянулись голые серые с бурыми пятнами скалы. В таком количестве, да ещё и не перед, а под собой, я видел их впервые, что создавало определённый дискомфорт. Плюс к этому они резко взяли вверх — уже сейчас располагаясь на той высоте, на которой мы летели минут пятнадцать назад. И судя по тому, что было видно впереди, тенденция меняться не собиралась.

— Драконы по левой стороне! — оповестил один из гвардейцев. А вот и местные жители. Все, кроме меня, потянулись к мечам — на всякий случай.

К нам стремительно неслись три интуитивно опознаваемых силуэта. Судя по расстоянию, они взлетели где-то на границе леса, который мы только-только преодолели. Похоже, он здесь для того и находился — скрывать дальние посты.

Никаких сигналов драконы не подавали, что было несколько странно. Но даже не это заставило меня занервничать: они, похоже, делали нас по скорости в несколько раз. Заложив поворот, стражи границы взяли наш курс, меньше чем за минуту догнали и полетели параллельно нам на расстоянии сотни метров. Да какой там ночевать, я в который раз задумался, не зря ли вообще сюда притащился…

Один из драконов отделился от своей группы и приблизился, похоже, собираясь выйти на контакт. Теперь он летел так близко, что ещё чуть-чуть, и можно было бы различить цвет его глаз. Смотрелся он, надо сказать, шикарно: летящий дракон всё-таки, не на картине, не смоделированный на компьютере, а живой, рассекающий воздух совсем рядом, на фоне скал и чистого неба. Тёмно-зелёный сверху и светло-синий снизу; маскировка, видимо.

Глаза, — вдруг осенило меня. Вовсе не обязательно знать их цвет.

«Гирст, — я постарался сосредоточиться на незнакомом телепатическом канале и передать по нему мысль. — Мы летим в Гирст. Мне нужно увидеться с вашим Правителем».

Похоже, догадка оказалась верной. Дракон заложил вираж и вернулся к своим, а затем все трое ускорились и за какие-то несколько секунд оказались впереди, на позиции ведущих. Мы, соответственно, стали ведомыми… Нет, мне категорически не нравился такой разрыв в уровнях «биотехнологий».

Города как такового не было, лишь высокие, по большей части отвесные, скалы с множеством дыр, исполнявших функции входов и выходов. Между ними курсировало ещё большее количество драконов всевозможных цветов и размеров; по моим прикидкам, в воздухе одновременно находилось около двух сотен. При переложении в два измерения ритм здешней жизни вполне мог бы сравниться с крупными городами старого мира.

Несмотря на отсутствие собственных построек, с первого взгляда становилось понятно, чему уделялось максимум внимания и что являлось центром поселения. Посреди горной долины возвышался дворец Гирста, который хоть и состоял внешне из тех же самых скал, всё равно создавал куда более сильное впечатление, чем всё остальное, особенно при панорамном взгляде сверху. Здесь присутствовала определённая концепция: расположенный полукругом, Дворец становился тем выше чем было дальше от крайних точек, середина превосходила их по высоте раза в три.

К моменту подлёта к столице нас сопровождали — а по факту конвоировали — уже не три пограничника, а целых три десятка драконов: на протяжении пути, возможно по прохождению «спецпостов», периодически присоединялись несколько новых. Под конец образовалась внушительная процессия, которая целенаправленно вела нас к Дворцу.

Садиться, по-видимому, предполагалось в большую горизонтальную расщелину в левом крыле, издали походившую на ангар для космических кораблей. Когда мы начали снижаться к ней, три четверти сопровождавших вдруг развернулись и разлетелись кто куда. То ли и хотели доставить нас только сюда, то ли им не разрешалось находиться во внутренних помещениях. Интересно… Остались, собственно, три пограничника, всё это время летевшие первыми, да четыре других, крупных, метров по шесть без учёта хвоста, светло-коричневых дракона.

Залетев в расщелину, мы приземлились у дальней стены; рептилии взяли нас в почти правильный овал и опустились на четыре лапы. На землю никто не сходил — все пребывали в напряжении ожидания. Руки оставались на оружии, хотя как раз в этом я смысла не видел: много мы в чужом Дворце навоюем? Поздно дёргаться, теперь нужно задействовать дипломатию.

Решив чем-нибудь заполнить ожидание, я стал разглядывать помещение. И правда, самый что ни на есть ангар: в высоту расщелина была метров двадцать, вглубь — метров сто, в ширину вовсе без счёту. Самую длинную стену освещали факелы в фигурных металлических держателях, выполненных в форме извивающихся змей. Через каждые пять факелов располагались или выходы к лестницам, или арки коридоров, ведущих куда-то вглубь.

Долго нас ждать не заставили: в течение пяти минут в зал вошёл красный дракон — прямоходящий, метров трёх в высоту, одетый во что-то вроде безрукавки и юбки из плотной грубой ткани темно-фиолетового цвета. Но самое интересное заключалось в другом.

Не сосчитать, сколько я за свою жизнь узнал — заочно, конечно, — видов драконов. Они считались обязательным атрибутом практически каждой фентезийной книги и компьютерной игры. Причём если половина авторов пользовалась признанными классическими образами, то вторая половина старалась придумать драконов как-то по-своему, чтобы они смотрелись поновее, чтобы их драконы были самыми драконистыми. Либо это были прирожденные, самим их миром на то благословленные кровожадные убийцы, либо их связывали с эльфами — о, эльфы вообще отдельная тема… — и природой, делая прародителями всех и всего, относящегося к Светлым силам… Чего только ни происходило с ними в фантазиях авторов.

Этого я не назвал бы драконом. Этого я назвал бы надевшим потрясающе реалистичный маскарадный костюм человеком. Он не являлся им изначально — но по факту стал им, несмотря на тёмно-жёлтые с вертикальными зрачками глаза. Потому что в этих глазах было всё определяющее человека. Даже то, что многие из обычных людей успели забыть. Продолжая, впрочем, считать себя венцом творения Господа — ну, или эволюции. Только потому, что в мире, где они живут, нет других видов разумных существ…

Я подумал, что, несмотря на последние события, начинаю потихоньку проникаться симпатией к пока неизвестному мне Ресду как к Правителю. Дать негуманоидной расе человеческое сознание это надо додуматься.

Когда придворный дракон подошёл, сопровождавшие нас подогнули передние лапы, изобразив поклон. Но тот, даже не удостоив их взглядом, обратился ко мне рокочущим басом:

— Повелитель Ресд приветствует вас. Он рад, что вы оказали любезность и прибыли для встречи с ним. Он просит вас оставить охрану и проследовать в Тронный зал. Не беспокойтесь, повелитель тоже будет один и вам ничего не угрожает. Я провожу вас.

Я кивнул:

— Хорошо.

Предупредив зверей по телепатическому каналу связи, чтобы они были готовы к быстрому уходу, я двинулся за провожатым.

Словно штрих, которым у Правителей было принято подчёркивать свои знания и опыт, здесь тоже прослеживались план и идейная опора на ровные углы. Заинтересовало меня другое: в сравнении с Римом оно вызывало противоположные ощущения. Казалось бы, что может представлять символ стабильности и устойчивости лучше, чем горный хребет? Однако изнутри камень не создавал такого впечатления, как снаружи. Будто ширма — скрывающая… что? Хрупкую систему сдержек и противовесов? Принципиальное отсутствие всякой системы? Нет, тревоги я не чувствовал, наоборот, интерес потихоньку смешивался с азартом.