Мечта хранимая (СИ) - Виксар "Виксар" - Страница 30

30

Когда-то я мечтал выделить отдельную комнату-зал под музыку. С колонками по всему периметру и звукоизоляцией для внешнего мира. Чтобы никто не слышал мой собственный маленький мирок… Вот и настало время для её исполнения, лучше повода не придумать.

Беспросветно-мрачное настроение незаметно сменилось предвкушением чуда, я почти скакал вприпрыжку по длинным коридорам. Вот, здесь! Одна короткая мыслеформа — и в стене появилась дверь, ведущая в новое помещение.

Не слишком большой круглый зальчик. Пустой, лишь мягкое кресло посередине. Устроившись поудобнее, я закрыл глаза и сосредоточился.

«Какие бы колонки? Не разбираюсь в акустике…»

«Ладно, тогда такие, как были у меня раньше, — но в десять раз больше».

«Нет, в двадцать, места хватит!»

«Отлично. По периметру. Или лучше кругом?..»

«Пусть будут кругом».

«И шкафы, шкафы с дисками по стенам. А колонки тогда перед ними…»

Продумав практически всё, что только можно, я приготовился накачать образ энергией созидания — и…

Ничего не произошло.

А через секунду меня настигло внутреннее ощущение, которое успело за всем случившимся прочно забыться. Сил не хватает.

С минуту я ещё провел в кресле, осознавая случившееся. Горло жгло, руки дрожали, то сильнее, то слабее. «Хорошо хоть, слёз нет», — мелькнула мысль.

Почему, почему именно сейчас…

Так, стоп! Закончился личный потенциал, но у меня остаётся дворцовый!

Кое-как удалось сконцентрироваться на необходимости вырастить, именно вырастить, чтобы Дворец чувствовал её своей частью, чертову технику. То же самое.

Неужели это так много? Возводить города — взмах рукой, а заиметь музыкальную аппаратуру размером в одну комнату уже затратно? Да какую комнату, пусть хоть маленький музыкальный центр будет, мне сейчас и этого хватит!

Мыслеобраз изрядно потерял в объёме, и картинка возникла перед глазами в третий раз. Давай… давай, чтоб тебя… Да! На полу появился маленький, подмышкой утащить можно, прибор с двумя встроенными в корпус колонками. Несмотря на всю абсурдность положения, мне захотелось кинуться целовать его — настолько уже не верилось, что получится хоть что-нибудь. Всё, дело сделано, теперь можно и…

Твою мать.

Дрожащими руками я обшарил корпус. Да, всё так, питание только от розетки. О такой мелочи как подведение питания к батарейкам я не позаботился, был занят эмоциями. А розетка здесь… ну-ка… конечно, созданный наугад образ подтвердил: создать сейчас электросеть ни один из моих потенциалов не потянет. Разве что государственным — электростанцию… Я нервно хихикнул. Замолчал — услышав в эхе явные нотки срыва.

Что ж за день-то такой…

Медленно, стараясь не делать резких движений, чтобы не провоцировать самого себя, вышел в коридор. Направился обратно к себе.

Дойдя — бессильно оперся о косяк двери, сосчитал до десяти. Плохой, очень плохой день. Его надо просто пережить.

Надо думать о хорошем… Или ни о чём не думать. Или — просто полететь к Альдену и сообщить, что проиграл спор.

Альден?..

Цепочка ассоциаций начала разворачиваться. Здесь было что-то важное, точно было… Надо вспомнить, что.

Письмо! Черт!

Оно ведь так и осталось лежать на столе. Так и не открытое. Правитель, блин… Собственный стол разобрать не может.

Через десять минут методичного перерывания всего, что находилось на столе, я достиг цели. Злополучное письмо оказалось — подумать только — в специальном отсеке, вместе с остальной, гораздо менее важной корреспонденцией. Даже по цвету конверта не отличалось. Грёбаное средневековое общество… Не рискнув браться сейчас за нож, я прямо так, с помощью зубов и ногтей добрался до послания.

«Перед тем, как создавать электронику, убедись в достаточном объёме потенциала. При встрече объясню.

Альден».

Всё. Вот это — край.

«Только не срываться, только не срываться», — билось в сознании.

* * *

Многие считают это романтичным. Для меня это всегда олицетворяло только одно — одиночество. Наверное, что-то подсознательное, потому как сколько себя помню никогда не жаловал такой способ решения проблем. Хотя, если задуматься, у меня никогда и не было таких продолжительных и в то же время чувствительных серий пропущенных ударов судьбы. Не доводилось как-то испытывать такое…

Я просто шёл куда глаза глядят. Точнее, летел — было бы очень сложно уйти из Дворца не встретив никого, кто не поинтересовался бы, как я себя чувствую и всё ли в порядке. Последнее, чего сейчас хотелось, это отвечать на подобные вопросы.

Тигр, с опаской следивший за моим настроением, временами кидал по мыслесвязи успокаивающие образы. Я каждый раз искренне благодарил его — но неизменно снова замыкался в себе. Кроме прочего боль причиняла ещё и вина перед верным животным: он и так два дня подряд летал — и вот, снова… Неизвестно куда, неизвестно насколько. Единственным ориентиром был промелькнувший некоторое время назад маленький городок на побережье.

А сейчас мы летели над морем. Над тихим вечным морем, спокойствию которого я отчаянно завидовал. Разницу между безразличием и спокойствием можно понять лишь испытав и то и другое. Зато потом не спутаешь.

Неизвестно, сколько времени прошло с момента отлёта, но, вынырнув наконец из размышлений и осмотревшись, я немало удивился: небо приобрело красные оттенки, облака наоборот, стали золотистыми. Наступал вечер, пора было возвращаться, хоть и не хотелось.

«— На горизонте земля», — сообщил тигр, отследив мои мысли.

«— Отлично. Давай туда».

Обратно так обратно, но немного времени на привал мы потратить можем. Зверюга отдохнёт, а я на закат полюбуюсь.

Найденная земля оказалась не слишком большим островом. Выглядел он довольно необычно, примерно так мне представлялась Греция, о которой я читал в её мифах и легендах: плоские серые скалы, нависающие друг на другом, словно огромные разномастные ступени, и покрытые мелкой колючей травой. Поодаль обнаружились и несколько скрюченных деревьиц — неужели оливы? Подходить проверять, впрочем, было лень: какая разница…

Крылатый зверь, зевнув, развалился на земле, похоже, намереваясь вздремнуть. А может, заночевать здесь? Погода, вроде, тёплая. Да и плащ до сих пор со мной — события слились в одну череду, даже не переоделся после визита в Гирст. Ладно, посмотрим по настроению.

Плащ пригодился сразу: бросив его на траву, я лёг сверху, не опасаясь запачкаться. Подложил руки под подбородок, уставился на солнце, которое уже клонилось к воде и почти не слепило.

Интересно, а Мечтатели появляются только на материке? На островах, наверное, здорово. Выходишь, так, каждый вечер на балкон своего Дворца и смотришь на морской закат. Каждый вечер… А возможно создать Дворец в виде корабля? Здоровая же махина должна получиться, по идее.

В размышлениях я незаметно вернулся к воспоминаниям из старого мира. Улыбнулся случайной ассоциации — и, не удержавшись, негромко запел: обстановка подкупала.

Отвернуться от флага, наблюдая, как Горит гербовая бумага у заката в руках. Его задача простая — утра рваную плоть К вратам покинутого рая ножиком приколоть. Слева по борту — рай. Ветер мчится вдаль — где его догоним мы? В сумрак собачьих глаз Опускается медленно северная звезда. Или ветер догонит нас И возьмёт за плечи стремительными ладонями… Слева по борту — рай, справа по борту — рай, Прямо по ходу — рай…[1]

Тигр не шелохнулся. Прислушавшись, я понял, что он уже спит. Вот ведь устал, бедняга… Не буду больше так с ним поступать.