Мечта хранимая (СИ) - Виксар "Виксар" - Страница 82

— Кто начинает? — спросил я, устраиваясь на диване поудобнее.

— Ну, допустим, ты. — Карс закинул ногу на ногу и сотворил себе наполненный чем-то бокал. — Единственное, что я о тебе помню, — имя и то, что ты новичок, который… нет, это всё.

Я вздохнул.

— На самом деле, не новичок. То есть новичок, но только в мире Одиночек.

— Это как?

— Ну… Я Правитель.

— Хм… угу.

Отреагировал он гораздо менее эмоционально, чем я ожидал, — разве что немного удивился. И то, всё его удивление выразилось в следующей фразе:

— И как тебя сюда занесло?

Путаясь в словах, запинаясь и перескакивая с одного момента на другой, я кое-как изложил общую линию событий — слегка подправленную, разумеется. Был союз. Раньше состоял из трёх людей, недавно к нему присоединился я. Создавался он чтобы укреплять общие границы. Сначала проблем не было, потом случайные события стали вынуждать Правителей тратить резервы потенциала. Не успели восстановиться — пришли инферналы. Возникла угроза нашего уничтожения. Я пошёл вперёд, попытался обмануть врагов и направить их атаку в другую сторону, чтобы они растратили первоначальные силы. Не вышло, раскрыли. Армия попала в засаду, я остался с одним гарнизоном. Оборонял столицу, проиграл. Чудом сбежал. Решил…

Погрузившись в собственный рассказ, я в самом конце заметил, что Карс меня не слушает.

— Тебе не интересно?

— Интересно, а что?

— Ушёл в себя ведь.

— Нет, — он мотнул головой, — я слушаю. И думаю параллельно.

— О чём?

Одиночка бросил на меня странный взгляд. Помолчал немного, ответил:

— Вечно вам не сидится на месте, войны, вон, устраиваете. Я понимаю, конечно, что власть развращает, и всё такое, но не отупляет ведь? Зачем это нужно?

— Мы, что ли, первые начинаем? — возмутился я. — Пока инферналы не приходят, у нас тишь да гладь.

— Злобные духи, вселяющиеся в людей?

— Нет. Это…

Препятствие возникло совершенно неожиданно. Как объяснить Одиночке разницу в сути Правителей, если он не представляет, кто это такие, в целом?..

— Скажем так, это Правители, отличающиеся агрессивностью и очень негативным взглядом на мир.

— Негативным взглядом на мир… Ещё лучше.

— Что не так?

— Всё так. Правильно делаете: если убить самых злых, останутся менее злые, и так до тех пор, пока не останутся самые добрые.

— Ты даже не вдумываешься в то, о чём я говорю, — мне стало обидно. — И вообще, твоя очередь. Послушаем, что ты сам сможешь рассказать.

— Сейчас расскажу что-нибудь.

Потянулось молчание. Карс принялся разглядывать потолок, а я использовал возникшую паузу для успокоения: нужно вывести разговор в русло, более подходящее для добычи информации, идеологические споры могут подождать.

Когда ждать надоело, я фыркнул:

— Такое ощущение, что ты усердно фильтруешь, что можно рассказывать безбоязненно.

— Фильтрую… — эхом откликнулся Карс. Почесал щёку, удивлённо посмотрел на меня.

— Не доверяешь, — пояснил я.

— Доверяю… Это сложный вопрос. — Снова отведя взгляд, он продолжил: — Доверие разве для всех одинаково? А для Правителя? Правитель это обычный человек или нет? Глава государства, да. Его символ. Чиновников, раздающих указания, много, а правитель один, и это накладывает свой отпечаток, даже если он такой же чиновник. В первую очередь, с него другой спрос. От него ждут гораздо большего, чем от других, и он должен, так или иначе, отдавать больше. Можно даже сказать, самого себя. Получается, он меняет себя на исключительный статус… Хм… Но тогда он и доверять не может? Доверие это определённая уступка части внутреннего мира. А если мира нет, то что уступать? Только то, что этот внутренний мир заменило. Исключительный статус… Значит, чем больше правитель оперирует своим доверием, тем меньше он контролирует страну.

Я моргнул. Ещё раз. Выдавил:

— Это ты к чему?

— Да просто задумался, — Карс как ни в чём ни бывало махнул рукой. — Не обращай внимания. Сейчас подумаю, чего тебе…

— Нет уж, погоди теперь. Дай хоть это обдумать.

Одиночка лишь пожал плечами. Беззаботно откинулся в кресле, перевёл внимание на завтрак, оставив меня собираться с мыслями.

Если он может рассуждать о сути Правителя едва ли не на уровне Альдена, то почему строит из себя идиота и делает вид, что ничего не понимает?..

Спустя некоторое время, решив отложить размышления о «классовых различиях», я спросил:

— А вы между собой вообще общаетесь?

— Естественно, — удивился Карс. — Ты пытался не общаться ни с кем хотя бы полгода?

— А, то есть вы не совсем одиночки, — это была хорошая новость. — Просто Мечтатели без государств.

— Прозвучало почти как «без мозгов», — он поморщился.

— Да нет. Мне это, конечно, непривычно, но… — я пожевал губами, не зная, как выразить мысль. — Так тоже ведь живут.

— Совсем опустил, — не оценил мою попытку Карс. — На самом деле, именно мы и живём полноценно. В то время как вы забиваете себе головы фигнёй и тратите жизнь впустую.

— Чего это мы неполноценно живём? — вспыхнул я.

— Так вы же все одинаковые. Загоняете сами себя в рамки. Чем Правители принципиально отличаются друг от друга?

Разговор снова переходил в спор.

— Да хоть самими государствами. Начиная от населения, заканчивая формой правления.

— Ну, давай перечислим. — Карс демонстративно приготовился загибать пальцы. — Население.

— Люди, орки, эльфы, гномы, драконы… Все расы, которые могут существовать. Всего, что напридумывали фентезисты, тебе никто не перечислит, даже они сами.

— Нет уж, давай конкретно. Во-первых, без подвидов, только конкретные средние расы. Во-вторых, только те, которым можно навязать государство. Ты пока перечислил пять.

— Это только по фентези, — недовольно повторил я.

— Ладно, что дальше? Форма правления? Монархия, республика.

— Конституционная монархия, абсолютная, демократическая республика, недемократическая, — на автомате поправил я.

Карс уничижительно посмотрел на меня и, исказив голос, изобразил искусственный интеллект:

— Добро пожаловать, Правитель. Выберите расу. Выберите форму правления.

— Там до фига всего…

— О да. Выберите цвет обложки вашей конституции.

От того, чтобы вскочить и дать ему по морде, меня удержала только одна, очень вовремя возникшая мысль: «какое же ребячество». После неё происходящее показалось настолько нелепым, что я полностью успокоился в считанные секунды. Подумал — и растянулся на диване, подложив под голову руки и уставившись в стену.

Одиночка немного поухмылялся и замолк в недоумении. Через минуту, так и не дождавшись от меня никакой реакции, спросил:

— Ну и?

— Что «ну и»?

— Разговариваем типа.

— Не знаю, с кем и о чём ты разговаривал. Если бы ты чего-то от меня хотел, то вёл бы разговор нормально.

— Обиделся, что ли? — догадался Карс, снова включив улыбку.

— Да.

— Ха! Ну, ты даёшь.

Через минуту он снова не выдержал.

— Между прочим, если тебе интересно, ты погорел с самого начала. Весь прикол в том, что это фишка Правителей — делить друг друга на чёткие категории. А для Одиночек главное внутренний мир, который никогда и ни за что на категории не поделишь.

— У Правителей тоже есть внутренний мир, который так просто не оценишь, — безразлично ответил я.

— Да ничего подобного. Вон, ты сразу начал делить всех по государствам!

— А какая разница, про что я начал говорить? Тебя суть интересует или порядок слов?

— Это и есть суть! — Карс, довольный, что разговор продолжился, назидательно поднял палец. — Что ты называешь первым, то для тебя и важнее!

— Подумаешь… Расскажи мне про любого из твоих знакомых, я послушаю, о чём ты станешь говорить.

— Прослушал? Деление — это фишка Правителей.

— А ты без делений. Просто расскажи о нём.

— Ну, ладно. У меня есть хороший друг, который живёт на склоне горы с видом на…

— Стоп-стоп-стоп. На фига мне твоя гора и вид, если я тебя про человека спрашиваю?