Инквизиция (ЛП) - Матару Таран - Страница 9

ГЛАВА 6

Флетчера отвели в камеру, оснащенную столом, стулом и даже тазом с водой и мылом. С него сняли оковы, зажимая носы, и поспешили прочь, как только он стал свободен. В ту же минуту, как закрылась дверь, Флетчер начал тереть лицо и мыть длинные сальные волосы. Как чудесно, когда для этих целей у тебя есть нечто большее, чем маленькое ведро питьевой воды.

После десяти минут мытья головы, он перешел к остальным частям тела, бросая быстрые взгляды на дверь на случай, если кто войдет. Пока он прыгал вверх-вниз, чтобы быстрее высохнуть, его рубашка и штаны мокли в тазу, чтобы смылся годовой слой грязи и пота. Под конец вода стала грязно-коричневого цвета, но Флетчер будто заново родился.

Он призвал Игнатуса и взял демоненка на руки. От воды он весь покрылся гусиной кожей, но теплая Саламандра прижалась к груди Флетчера, обдавая его лицо уютным горячим дыханием.

— Мы еще не выбрались, Игнатус. Но, по крайней мере, ты не разделишь мою судьбу. Если я умру, ты отправишься обратно в эфир, живой и здоровый.

Игнатус печально мяукнул и обернул хвост вокруг живота Флетчера.

— Не волнуйся, как-нибудь выкарабкаемся. — Он попытался отцепить Саламандру, но Игнатус упрямо держался.

— Давай, малыш, я знаю, что тебе комфортно разгуливать голышом, но мне нет. Вот бы стражники повеселились, если бы вошли сейчас.

Игнатус неохотно соскользнул и удовлетворился тем, что начал исследовать их новую камеру, подозрительно обнюхивая все стулья, будто те могли неожиданно на него наброситься.

Когда Флетчер с трудом втиснулся в мокрую одежду, в дверьпостучали и вошел Арктур с мрачным обеспокоенным выражением лица.Он натянуто улыбнулся Флетчеру.

— Выглядишь, как утонувшая крыса. Одному Богу известно, что подумает Бердон, когда тебя увидит.

— Он идет сюда? — Флетчеру с трудом в это верилось.

— Да. Его дело шло сразу после твоего. После маленького спектакля Рука судья был склонен временно освободить Бердона, чтобы повидаться с тобой, хотя тот и должен был провести следующие две ночи в тюрьме. Нет худа без добра. — Арктур подтянул стул и сел пред ним.

— Арктур, спасибо, — от души поблагодарил Флетчер, хватая руки Арктура. — За все. Вы вернули мне моюжизнь.

Арктур послал ему мимолетную улыбку, но вскоре лицо снова помрачнело, как от предчувствия беды.

— Я бы не торопился с выводами. Все плохо, Флетчер. Тебя обвиняют в убийстве отряда лорда Форсайта с целью поддержать восстание гномов, которое обречено на провал. Есть свидетели, которые утверждают, что вы с Отелло были там, и даже что вы настроены против короны. Мне сказали, что Отелло арестовали несколько дней назад…Я даже не знал, что он тут. Прости, Флетчер, это я во всем виноват. Они отвлекли нас судом Дидрика, пока планировали этот.

Флетчер рухнул на стул, как подкошенный, и спрятал лицо в ладонях. Каким-то образом до него только сейчас дошла вся реальностьобвинения. Игнатус ткнулся ему в ногу, обеспокоенно рыча.

— Из огня да в полымя, — пробормотал Флетчер, переполненный страхом вернуться в камеру опять. – Я помню ту ночь. Мы там были, Арктур.

— Это не самое худшее. Инквизиция ведет все военные суды, и, как кадет-офицер армии короля, ты подходишь. Не говоря уже о том, что там будут присяжные, которые, я уверен,все слышали о том, что тебя обвиняли в убийстве, даже если им не заплатил Триумвират…

— Стойте. Расскажите мне о Триумвирате, — перебил Флетчер.

— Как я уже сказал, в нем лорд Форсайт, леди Фавершем и Дидрик, — мрачно ответил Арктур. – Дидрик встретился с ними, когда лорд Фавершем пришел залечить его ожоги, и обнаружил, что им принадлежат эксклюзивные оружейные контракты на северных передовых линиях. Фавершем представил семью Дидрика Форсайтам – они были союзниками с самого начала, ты тогда еще даже в Академию Вокана не поступил. Сейчас три семьи вместе управляют большинством тюрем и заводов по производству оружия в Гоминиуме. Именно поэтому они настолько агрессивны по отношению к гномам. Они готовы сделать что угодно, лишь бы вытурить их из производства оружия. К несчастью, Инквизиция и пинкертонцы пляшут под их дудку. И еще они водят дружбу со старым королем Альфриком.

— Самый темный союз из всех, что только могбыть, — тихо произнес Флетчер.

— И к тому же могущественный. К тому же, у них имеются личные счеты с тобой. Как-то ты сумел оскорбить все три семьи. Сжег лицо Дидрику, расстроил заговор Форсайтов в прошлом году и якобы претендуешь на звание сына лорда Фавершема.

— Как мы из этого выберемся? – спросил Флетчер, проводя рукой по влажным волосам.

— Выиграть мы можем, только доказав, как бы сложно это ни было, что ты невиновен, чтобы суд присяжных попросту не смог тебя приговорить. А теперь расскажи мне, что у них на тебя есть?

Но у Флетчера не было шанса ответить. Дверь распахнулась, явив здоровяка Бердона. Флетчер едва успел встать, прежде чем его заключили в медвежьи объятия, окутав запахом приемного отца: кожи и угольной пыли.

— Сынок… сын мой… — рыдал Бердон.

Он отстранился и схватил Флетчера за подбородок, изучая. Глаза были на мокром месте.

— Ты вырос. Теперь почти достаешь до моей бороды, — заметил он, наполовину смеясь, наполовину плача. – Ты стал мужчиной. Хотя все еще не можешь отрастить нормальные усы.

Флетчер ухмыльнулся и обнял его сам, не зная, что и сказать. Он не находил слов, чтобы описать, как он скучал по добродушному богатырю.

— Мне надо столько всего тебе рассказать, — проговорил Флетчер.

— Твой друг, Отелло, мне все рассказал, — ответил Бердон, взъерошив волосы Флетчера. – Год – это очень долго, а я работал с его семьей,чтобы выбить тебе справедливый суд. Я слышал, что ты любишь повоевать.

Флетчер пошаркал ножкой и смущенно покачал головой.

— Отец Отелло, Утред, достойный кузнец,— продолжил Бердон после короткой паузы. – У тебя хорошее чутье, сынок.

— Они хорошие люди, — кивнул Флетчер. Зрение застилали слезы. – Без них я бы не выжил в Академии.

Бердон сел позади Флетчера и начал распутывать его волосы при помощи расчески, которую вытащил из кармана. Игнатус опасливо обнюхал его ноги, не понимая, что думать о здоровяке. Бердон глянул вниз и потрепал Игнатуса по голове, оставив того с оскорбленной миной. Он выдохнул облачко дыма и потопал прочь, задрав нос. Бердон усмехнулся.

— Давно не видел этого шалунишку. Надеюсь, ты за ним приглядываешь?

— Скорее, это он за мной приглядывает, — ответил Флетчер, мысленно говоря Игнатусу вести себя хорошо.

Арктур, который неуклюже сидел рядом с ними, вежливо покашлял.

— Извините, что прерываю, но судебный процесс скоро начнется, и у нас не было времени подготовить твою защиту. Отелло с отцом присоединятся к нам в суде. Они рассказали мне, что случилось в ночь встречи совета гномов.

— Лучше привести тебя в порядок, пока ты разговариваешь с капитаном Арктуром, — проворчал Бердон. – Чистюлей ты никогда не был.

— Спасибо… пап. – Слово было непривычным, но широкая улыбка Бердона подсказала ему, но он сказал все правильно.

— Можно? – спросил Бердон Арктура, показывая на тонкий нож в ножнах на поясе.

— Разумеется, — улыбнулся Арктур, протягивая клинок.

Бердон помахал ножом, затем ловко сбрил усики и бородку Флетчера. Мгновение он разглядывал длинные волосы Флетчера, потом пожал плечами и отдал нож обратно Арктуру.

— С длиной мы потом разберемся, — сообщил Бердон, снова беря в руки расческу.

Арктур откашлялся, и на секунду Флетчеру показалось, что он увидел в его глазах слезы. Арктур отвернулся, чтобы вложить клинок в ножны, и Флетчер задался вопросом, не почудилось ли ему. Так как когда он повернулся обратно, слезы исчезли.

— Я расскажу, что знаю, а потом ты поделишься тем, что Отелло и Утред могли упустить.

— Хорошо.

— Ты и Сильва отправились за Отелло, когда он тайком выбрался, чтобы присутствовать на встрече совета гномов. Кто-то выдал местовстречи, и люди лорда Форсайта устроили снаружи засаду под предлогом того, что хотят предотвратить восстание. Вы смогли предупредить гномов до того, как солдаты атаковали, но убили пятерых, когда ты, Сильва, Отелло и Атилла сбегали. Атилла был ранен, и вы отнесли его в лазарет Академии Вокана. Путь вам показывал Клещ капитана Ловетт, Валенс. По дороге к вампристалмолодой солдат, но был выведен из строя Клещом. Все верно?