Точный расчет - Чайлд Ли - Страница 62

– Стивесант вернулся сюда, – сообщила она. – Он получил предварительное заключение ФБР относительно той винтовки и теперь приглашает нас в конференц-зал.

– Мы сегодня чуть не потеряли его, – мрачно заметил Стивесант.

Он устроился во главе стола и разложил перед собой несколько страниц, пришедших по факсу. Они были заполнены плотным мелким текстом, который кое-где чуть расплывался из-за погрешностей связи. Ричеру был виден заголовок на одной из страниц. Рядом с небольшой печатью слева значилось: Министерство юстиции США, а справа: Федеральное Бюро Расследований.

– Начнем с незапертой церковной двери, – сказал Стивесант. – ФБР предполагает, что замок открыли рано утром. Они добавили еще, что с ним справился бы и ребенок, имеющий при себе вязальную спицу. Нужно было навесить туда собственный замок, хотя бы на время.

– Невозможно, – тут же вставила Фролих. – Церковь является местной достопримечательностью, и ее нельзя трогать.

– Значит, надо было изменить место проведения встречи.

– Я искала такое место еще перед первым мероприятием, но все остальные варианты оказались еще хуже.

– Надо было оставить одного агента на крыше церкви, – заявила Нигли.

– Бюджет не позволяет, – покачал головой Стивесант. – Пока не прошла инаугурация, мы несколько стеснены в средствах.

– Будем надеяться, что она все же произойдет, – отозвалась Нигли.

– А что узнали о винтовке? – поинтересовался Ричер, нарушая наступившую тишину.

Стивесант положил перед ним один из листков с текстом:

– А вы сами имеете какие-нибудь предположения?

– Это должно быть что-то такое, что не жалко и выбросить, – заговорил Ричер. – То, что они и не планировали использовать. По своему опыту скажу, что предмет, который так легко отыскать, специально не слишком надежно спрятан.

Стивесант кивнул:

– Эту штуковину и винтовкой-то не назовешь. Старая рухлядь, плевательница 22-го калибра. Содержалась в жутком состоянии, вся проржавела. Создается такое впечатление, что ее не использовали уже в течение целого поколения. Она была не заряжена, да и патронов поблизости не обнаружилось.

– У нее есть номер?

– Нет.

– Отпечатки пальцев?

– Разумеется, тоже нет.

Ричер кивнул:

– Понятно. Очередная уловка.

– Зато отпертая дверь в церковь оказалась весьма убедительной. Ну, например, что вы сделали, когда зашли внутрь?

– Сразу же запер дверь за собой.

– Почему?

– Я люблю, чтобы все было надежно в то время, пока работаю и провожу разведку.

– Ну а если бы вам самому предстояло стрелять в вице-президента?

– Тогда я бы оставил ее открытой, особенно в том случае, если бы у меня при себе не было ключа.

– Почему?

– Чтобы потом успеть быстро убежать.

Стивесант кивнул:

– Незапертая дверь означала то, что они действительно собирались стрелять. Я полагаю, что у них при себе была М35 или даже Мк2. А возможно, и то и другое. Они знали, что их подброшенное оружие скоро найдут и потому основные силы полиции, скорее всего, переместятся к забору. Таким образом, мы должны были бы передвинуть Армстронга ближе к машинам, где он представлял бы собой великолепную мишень.

– Это вполне вероятный план действий противника, – согласился Ричер. – Но только лично я внутри церкви так никого и не увидел.

– В сельской церкви спрятаться легко, – вздохнул Стивесант. – Вы проверяли ее подземную часть?

– Нет.

– А хоры?

– Тоже нет.

– Там очень легко спрятаться, – повторил Стивесант.

– Я чувствовал, что где-то неподалеку есть люди.

– Вот именно, – кивнул Стивесант. – Они были там, внутри церкви. Это точно.

В комнате повисла тишина.

– Может быть, среди гостей обнаружили подозрительную личность? – спросила Фролих.

Но Стивесант лишь отрицательно покачал головой:

– Там начался настоящий хаос. Бегущие во все стороны полицейские, беснующаяся толпа. К тому времени, как был восстановлен порядок, по крайней мере двадцать человек успели покинуть поле и разбежаться. Это вполне понятно и объяснимо. Вы находитесь на открытой местности, и вдруг кто-то обнаруживает поблизости оружие. Вполне естественно, что любой разумный человек постарается побыстрей скрыться оттуда. Вы со мной согласны?

– А что насчет того подозрительного прохожего, о котором нам сообщила полиция?

– Это был самый обыкновенный мужчина в длинном пальто, – пояснил Стивесант. – Больше о нем полиция штата так и не смогла ничего рассказать. Скорее всего, это местный житель, спокойно прогуливавшийся по округе. Так, ничего особенного. Более того, в это время, как мне кажется, наши неизвестные уже находились внутри церкви.

– И все же, что-то вызывало в этом прохожем подозрение местных полицейских, – насторожилась Нигли.

Стивесант только пожал плечами:

– Ну, знаете, как бывает в таких случаях… Как себя чувствует рядовой полицейский из Северной Дакоты, когда вокруг него снуют сотрудники Секретной службы? Он боится что-то заметить и еще больше опасается что-то упустить из виду. Вот потому, как только ему кто-то покажется подозрительным, он тут же сообщит о нем, хотя потом и сам не сможет объяснить, почему он так поступил, И нам не следует винить его за эту сверхбдительность. Пусть лучше он перестарается, чем прозевает реальную опасность. И пусть не боится показаться смешным или перестраховаться.

– Но мы снова не получили никакой полезной информации, – расстроилась Фролих.

– Зато у нас остается Армстронг, – напомнил Стивесант. – Причем целый и невредимый. А потому сейчас лучше идите пообедайте и возвращайтесь сюда к десяти часам, когда начнется совещание совместно с ФБР.

Но они сначала все же отправились в кабинет Фролих, чтобы проверить, как прошел поиск информации по параметрам, заданным Нигли. Процесс поиска уже закончился. Впрочем, он был закончен еще до того, как они успели отойти от стола. В окошке в верхней части экрана сообщалось, что поиск занял девять сотых секунды, в результате чего было найдено ноль примеров. Фролих снова вызвала окно запросов и набрала на этот раз: «Отпечаток большого пальца на письме». Щелкнула мышью и уставилась на экран. В тот же момент ей сообщили, что поиск закончен через восемь сотых секунды, и за это время не было найдено ни одного соответствующего запросу примера.

– Теперь мы ничего не получили за более короткое время, – прокомментировала она.

В следующий раз Фролих набрала: «Отпечаток большого пальца на послании». Тот же результат – ноль примеров, поиск завершен за восемь сотых секунды. Тогда Фролих попыталась отыскать информацию, изменив текст параметров на: «Отпечаток большого пальца на угрозе». Результат оказался идентичным, причем был получен все за те же восемь сотых секунды. Фролих в отчаянии пожала плечами и умолкла.

– Дай-ка и мне попробовать, – попросил Ричер. Она поднялась со стула, Джек тут же занял ее место и быстро набрал текст: «Короткое письмо, подписанное отпечатком большого пальца».

– Идиот, – фыркнула Нигли.

Он щелкнул мышью. На экране почти сразу вспыхнуло информационное окошко, в котором Джеку сообщили о том, что машина работала по его запросу в течение семи сотых секунды и не смогла обнаружить ни одного примера.

– Зато у меня новый рекорд по времени, – заметил Ричер и виновато улыбнулся.

Нигли рассмеялась, и всеобщее уныние начало понемногу улетучиваться. Следующей попыткой Ричера стал текст: «Отпечаток большого пальца и сквален». На этот раз машина старалась помочь ему в течение одной десятой секунды.

– Слишком медленно, – прокомментировал Джек.

Он попытал счастья, напечатав одно только слово «сквален». Примеров не оказалось, время работы машины – восемь сотых секунды.

Тогда он поменял в слове одну букву и получил «сквалан». Тот же результат за восемь сотых секунды.

– Ну хватит, – отмахнулся Джек. – Пойдемте лучше поедим.