Точный расчет - Чайлд Ли - Страница 76

К приюту Джек и Нигли подошли ровно в полдень. Стивесант стоял у входа и, заметив их, кивнул в знак приветствия. Во дворе все уже было подготовлено к началу мероприятия. Раздаточные столы, выстроенные в линию, накрыты белоснежными скатертями, свисающими до земли. На столах стояли специальные подогреватели для готовых блюд. Сверкали половники и ложки с длинными ручками. Окно кухни выходило как раз в закуток у раздаточных столов. Зал уже переоборудовали под столовую. У входа во двор, с левой стороны, даже поставили полицейское заграждение так, чтобы вереница гостей методично проходила со двора к раздаточным столам, где они должны были получить еду, затем еще один поворот, проход мимо стены приюта, и дальше, внутрь зала, готового принять всех тех, кто придет сюда сегодня. Фролих уже беседовала с пятнадцатью выделенными ей агентами, объясняя каждому его непосредственную задачу. Четверо агентов должны встречать гостей у входа во двор, еще шестеро – выстроиться в цепочку перед раздаточными столами. По одному агенту Фролих выставляла у каждого края закутка с его внешней стороны, а оставшиеся трое следили за гостями на участке между выходом от раздаточных столов и дверью в приют.

– Слушайте меня внимательно, – инструктировала Фролих. – Помните: очень легко сделать так, чтобы стать немного похожим на нищего, но очень трудно выглядеть абсолютно как нищий. Смотрите на обувь. Может быть, она слишком новая или модная? Смотрите на руки: нам нужны грязные ногти или перчатки, чаще всего без пальцев. Вглядывайтесь в лица: бездомные должны быть худыми. Обращайте внимание на щеки: достаточно ли они впалые? И еще очень важно отметить волосы. У наших гостей волосы не мыты месяц, а то и год. И одежда такая, что кажется, будто она уже срослась с их телами. Понимаете? Вопросы есть?

Агенты молчали.

– Если у вас возникнет сомнение, то сначала действуйте соответствующим образом, а потом будем соображать и анализировать, – посоветовала Фролих. – Я буду на раздаче пищи, там, вместе с Армстронгом, его супругой и личной охраной. Так что наша безопасность целиком зависит от вас. Ваша задача – не пропустить ни одного подозрительного гостя. Если человек почему-либо вам не понравился – не дайте ему пройти дальше. Понятно?

Она посмотрела на часы.

– Пять минут первого. Остается ждать меньше часа.

Ричер обогнул левую сторону раздаточных столов и оказался за ними, в закутке. Позади него возвышалась стена, справа – точно такая же. Слева – окна приюта. Гости должны были подходить справа и спереди. Любому из них нужно миновать четырех агентов у входа во двор, а потом еще шестерых. Десять пар внимательных натренированных глаз сопровождали бы каждого гостя, прежде чем он предстал бы непосредственно перед Армстронгом. Впереди и слева находился проход, откуда трое агентов препровождали гостей в зал приюта. Джек поднял глаза вверх. Там находились склады. И пятеро часовых на пяти крышах. Крозетти помахал ему рукой, и Ричер ответил ему тем же.

– Все в порядке? – поинтересовалась Фролих.

Она стояла по другую сторону раздаточных столов, и Ричер, улыбнувшись, осведомился тоном услужливого официанта:

– Вам темного или светлого?

– Перекусим позже, – ответила она. – Я хочу, чтобы ты и Нигли свободно перемещались по двору. Лучше всего выбрать позицию у выхода от раздаточных столов: там хорошо видна и вся территория перед приютом, и сам вход в него.

– Ладно, – согласился Джек.

– Тебе все еще кажется, что у меня все получается отлично?

Он указал влево.

– Не нравятся мне эти окна. Представь себе, что наш неизвестный каким-то образом все же минует агентов. Ну, он движется, потупив взгляд, ведет себя прилично, скромно протягивает руку за тарелкой, берет индейку, проходит внутрь приюта, где садится за стол, и уже спокойно достает оружие и стреляет через одно из этих окон.

Фролих понимающе кивнула.

– Я уже об этом подумала. Внутри зала будут дежурить трое полицейских. По одному у каждого окна, стоя лицом к залу.

– Тогда все отлично. Ты молодец.

– Кроме того, на всех нас будут бронежилеты. На тех, кто окажется за раздаточными столами, включая, разумеется, Армстронга и его супругу.

Она снова взглянула на часы.

– Остается сорок пять минут. Пойдем со мной.

Они покинули двор и вскоре оказались на другой стороне улицы, там, где она оставила свой «сабербен». Он стоял в тени, отбрасываемой стеной склада. Фролих отперла задний борт и опустила его вниз. Из-за тонированных стекол и тени от стены здания в салоне царил полумрак. Весь багажный отсек был занят необходимыми для работы предметами, но заднее сиденье оставалось свободным.

– Мы могли бы забраться внутрь, – предложил Ричер. – Ну, и немножко подурачиться.

– Нельзя.

– Почему? Ты ведь, кажется, говорила, что не прочь немного побаловаться во время работы.

– Я имела в виду в офисе.

– Это можно расценивать как приглашение?

Она помолчала, затем выпрямилась и улыбнулась.

– Ну хорошо. А почему, собственно, и нет? Вдруг мне понравится?

И она чуть не рассмеялась.

– Хорошо, – повторила Фролих. – Если только сегодня с Армстронгом все будет в порядке и мероприятие пройдет, как должно, мы сделаем это прямо на столе у Стивесанта и, таким образом, отпразднуем свою победу.

Она нагнулась, выхватила из багажного отделения свой бронежилет, быстро поцеловала Джека в щеку, потом ловко увернулась от его объятий и направилась назад к приюту. Он с досадой захлопнул откидной борт, а она заперла машину при помощи дистанционного пульта с расстояния в сорок футов.

За полчаса до начала церемонии Фролих надела под куртку бронежилет и еще раз проверила по рации готовность своих людей, после чего сообщила начальнику полиции, что его подчиненные могут начинать выстраивать собравшихся в очередь. Журналистам было разрешено занять места во дворе и приступить к съемке. За пятнадцать минут до назначенного времени она объявила всем, что кортеж Армстронга уже в пути.

– Подавайте еду, – скомандовала она.

Кухонная команда засуетилась вокруг столов, а из окна кухни повара принялись подавать сковороды и кастрюли с угощением. Ричер прислонился к стене приюта у оконечности раздаточных столов, со стороны публики. Он прижался спиной к кирпичной кладке между кухонным окном и первым окном столовой. С этого места хорошо просматривалась вся линия раздачи. Чуть повернувшись влево, он сможет наблюдать за теми, кто подходит к столам, а бросив взгляд направо, сможет увидеть происходящее в закутке. А вот гостям придется огибать его, неся уже нагруженные тарелки. В общем-то, Джеку и нужна возможность разглядеть лицо каждого из гостей вблизи. В шести футах от него, во дворе, заняла свой пост Нигли. Нервничающая Фролих, наверное, уже в сотый раз прошла мимо нее, перепроверяя готовность всех к приезду Армстронга.

– Кортеж приближается, – заговорила она в микрофон. – Водитель сообщил, что они уже в двух кварталах от места. Ребята на крышах, – обратилась она к снайперам. – Вы их видите?

Выслушав ответ, она вновь повторила:

– В двух кварталах.

Кухонная команда закончила нагружать подогреватели едой и исчезла. Стены мешали Ричеру видеть, зато он ясно услышал гул мощных двигателей и шорох толстых покрышек по мостовой. Автомобили подъехали и сейчас медленно останавливались. Первой на территорию приюта вкатилась полицейская машина, за ней «сабербен» охраны и, наконец, лимузин, который затормозил прямо у ворот. Из него вышел Армстронг и, обернувшись, подал руку жене. Журналисты с камерами устремились к нему навстречу. Чета Армстронгов остановилась и, замерев, некоторое время улыбалась в нацеленные на них объективы. Миссис Армстронг была высокой блондинкой, чьи явно скандинавские гены насчитывали лет двести. На праздник она явилась в безупречно сидящих джинсах и свитере с широкими рукавами, несколько большим по размеру, так что надетый под него бронежилет был незаметен. Зачесанные назад волосы оставляли лицо открытым. Казалось, что в джинсах она себя чувствует несколько скованно, как будто не привыкла носить их.