Выжить с Рейн (ЛП) - Саваж Шей - Страница 72

— Это офигенно! — Рейн повернулась, позволив воде попасть на каждый дюйм ее тела. Мой член напрягся вновь, но я приказал ему успокоиться. Это все было для нее, а не для него. Рейн промурлыкала, когда повернула лицо в поток воды. Она крутилась, смеялась и даже заставила меня чувствовать себя на миллион долларов за то, что устроил это. Но вскоре вода замедлилась, затем остановилась совсем, но ее улыбка осталась на месте.

— Надо? — спросил я, удерживая одно из полотенец-простыней, чтобы она обтерлась. Я обернул одно вокруг ее тела и затем вторым вытер ее волосы и лицо.

— Бастиан Старк, — сказала Рейн, смотря прямо мне в глаза, — ты самый удивительный мужчина, которого я знаю.

Я улыбнулся и прекратил вытирать ее лицо, чтобы поцеловать ее.

— Тебе понравилось?

— Понравилось?— взвизгнула она. — Да я обожаю это. Спасибо, Бастиан. Огромное спасибо.

Она обернула вокруг меня свои ручки и обняла так крепко, как только смогла. Когда она ослабила захват, то отстранилась и посмотрела на меня.

— Именно поэтому, Бастиан Старк, — сказала она, показывая рукой на душ, — поэтому я люблю тебя.

Я не знал, была ли это просто она или ее реакция на то, что я сделал, но что-то во мне изменилось. Я почувствовал себя по-другому. Я чувствовал себя легче, непринужденнее. Не то чтобы я сомневался в ее чувствах, но возможно, я, наконец, примирился с ними. Неважно из-за чего, но больше у меня не было того сна, и другие тоже практически прекратились. Они не исчезли — они никогда не исчезнут, — но они стали сниться реже.

За несколько последующих недель мы вошли в идеальный ритм, мы просыпались после рассвета, дурачились в постели, затем ели и делали то, что было нужно. Дел обычно было не много и большинство из них мы делали вместе, поэтому получалось быстро. Мы поднимались на холм за водой, если не было дождя, но обычно нам приходилось делать это раз дня в три. Если погода была плохой, у нас было достаточно собранной еды и сушеной рыбы и нам не нужно было выходить в дождь. Рейн рассказала мне много историй о Линдсей, и, честно, я побаивался встретить эту девчонку. Она казалась абсолютно безумной. Я рассказал, как встретился с Джоном Полом на стрельбище, куда Лэндон привел нас попрактиковаться, и как он заставлял меня работать в зале по шесть часов в день.

Затем мы снова ели, когда солнце еще было высоко, чаще всего овощи или кокосовую мякоть, или рагу из морепродуктов, которое делала Рейн. Я фактически научился любить это, и она каждые пару дней готовила его для меня. После ланча, я пользовался случаем и курил, пока она закатывала глаза. Я курил не больше трех сигарет в день. Когда она смотрела.

Обычно, пока я курил, Рейн купалась на мелководье. Каждые пару дней я ходил с ней, брил ее везде, где она позволяла, и затем трахал ее на песке, пока волны плескались вокруг нас. Эти дни были моими любимыми. Затем вечером, когда солнце садилось, мы сидели у костра и наблюдали за закатом над океаном. Иногда я рассказывал ей ужасные вещи, которые случались со мной, иногда она плакала, скучая по друзьям или задаваясь вопросом, вернется ли она когда-нибудь в колледж вновь. Я обнимал ее, когда она грустила, потому что она говорила, что это все, что мне нужно делать, и я правда-правда пытался верить ей.

Хотя, это было чертовски трудно.

*****

Я любил утро на острове. Охренительно любил. Акцент на охренительно.

Обычно я просыпался раньше Рейн, справлял свою нужду, разжигал огонь, затем ложился обратно на самодельный матрас и обнимал ее, пока она не просыпалась. Пробудившись, она уходила пописать, затем возвращалась в постель и позволяла мне полапать ее, потрахать жестко, потрахать нежно, а затем делала завтрак.

Я, черт подери, обожал утро.

Я уже говорил это?

Прям охренительно любил.

— О чем ты думаешь с такой ухмылкой на лице? — Рейн вошла в наше убежище и легла рядом со мной, спиной к моей груди. Я обнял ее руками и закинул одну свою ногу на ее ноги, а затем прижал губы к ее уху.

— Я думал о том, чтобы засунуть свой член в твою киску, — пробормотал я в ее ушко.

— Как романтично! — пожурила Рейн. Мне даже не нужно было смотреть на ее лицо, чтобы знать, что она закатила глаза. — Как думаешь, ты можешь быть менее грубым?

— Я хочу войти своим пенисом в твою вагину? — я не смог устоять и ухмыльнулся.

— Исправиться с физической точки зрения не значит быть менее грубым!

— Хмм, — пробормотал я. — Могло быть и хуже.

— Даже не знаю как, — проворчала Рейн, но я мог услышать улыбку в ее голосе. Я обернул руку вокруг ее талии покрепче, эффектно толкнувшись своим стояком в ее спину.

— Я просто умираю как хочу впихнуть свой х*й в твою п**ду.

— Бастиан Старк! — взвизгнула Рейн и попыталась выбраться из моего захвата. Я засмеялся и крепче прижал ее к себе, пока она безрезультатно сражалась. Я провел пальцем по ее боку, и она засмеялась и закрутилась, чтобы отстраниться от моего щекотного прикосновения, что так чудесно давило на мой член. — Знаешь, если ты возьмешь в привычку так начинать секс, то ты, вероятно, никогда не доберешься до своей цели.

— Ох, — сказал я, притворяясь, что обижен. Я пододвинулся немного, устраиваясь около ее попки. — Тогда могу я трахнуть тебя в попу?

Рейн взвизгнула и вновь начала извиваться, пытаясь убрать мои руки от себя своими крошечными ладошками. Я смеялся, немного поддаваясь, прежде чем вновь схватить ее. Она хихикала и крутилась, пытаясь подняться, я позволил ей привстать достаточно, чтобы потянуть ее на меня сверху.

— Ты не сказала «нет», — произнес я.

— Однозначно нет! — вскрикнула Рейн и толкнула меня ладонями в грудь. Я крепче обнял ее.

— Ты однозначно не скажешь мне «нет»? — поддразнил я.

— Прекрати! — захихикала она. — Ты понял, о чем я.

— Понятия не имею.

— Я однозначно не разрешаю тебе сделать это, — прояснила она.

— Сделать что? — произнес с ухмылкой я.

— Бастиан! Ты знаешь, что!

— Давай, скажи это, — скомандовал я.

— Я не хочу, чтобы ты делал... — она вновь захохотала. — То самое, что ты сказал.

— Скажи, — зарычал я, пытаясь удержать серьезное выражение лица, но едва удачно.

— Брр, — взвизгнула она. — Я не хочу, чтобы ты... трахал меня в попу.

На этом мы расхохотались. Когда я снова смог дышать, то притянул Рейн к себе и нежно поцеловал. Я вытянул руку, схватил ее за попу и прижал к своей поднимающейся эрекции, целуя ее жестче. Она отстранилась, извиваясь, покачала головой и улыбнулась.

— Ты неисправим.

— Знаю, — ответил я, пожав плечами. Я приподнял руку и прикоснулся к ее лицу, медленно погладив пальцами ее кожу. От того, как она смотрела на меня, перехватывало дыхание. Она и раньше так смотрела на меня, но я не понимал этого. Теперь я знал, что это за взгляд, потому что испытывал такие же чувства к ней.

— Я люблю тебя, Рейн, — я приподнял ее лицо и поцеловал, не давая ей шанса ответить словесно. Я не нуждался в этом. Ее глаза сказали все за нее. Не отрывая своих губ от нее, я дал ей то, в чем она нуждалась. — Я хочу заняться с тобой любовью.

— Вот это мне нравится, — улыбнулась она и приоткрыла рот напротив моих губ.

— Я хочу заняться с тобой любовью, — повторил я, и поскольку я по-прежнему был мудаком, добавил, — своим большим... твердым... членом.

— Бастиан! — Рейн ударила меня ладонью по груди, но засмеялась. — Тебе обязательно надо все испортить?

Я взял ее лицо в ладони и прижался своим лбом к ее.

— Неважно, какие слова вылетают из моего рта — каждый раз, когда я думаю о тебе, каждый раз, когда прикасаюсь к тебе, и каждый раз, когда говорю с тобой — я занимаюсь с тобой любовью.

— Это из поэмы? — тихо спросила Рейн.

— Будет, если я запишу это и опубликую, — улыбнулся я и прикоснулся своими губами к ее губам. Легкое прикосновение переросло в большее, и я втянул ее нижнюю губу в рот, дразня ее кончиком языка. Она схватила меня за затылок и притянула ближе. Я обожал то, что мне не нужно было тратить гребаные минуты, чтобы снять с нее одежду, тут же можно ласкать ее грудь, бедра, ноги. Она была такой чертовски прекрасной, что временами было больно. Я поцеловал линию ее челюсти и ушко, мурлыча у ее кожи.