Драконий день (СИ) - Танжеринова Янтарина - Страница 9

В небольшой, но уютной комнатке, чьи стены были обшиты панелями из светлого дерева и увешаны пёстрыми ковриками, на кровати, поджав под себя ноги, сидел темноволосый мальчишка с конопушками на носу и зябко кутался в кусачее шерстяное одеяло. Рядом на краешке кровати примостилась девочка постарше с такими же тревожными глазами, как у матери. На Айриэ девчонка посмотрела с неожиданной неприязнью и брезгливо поджала губы.

- Вот, Бакас, посмотри, кого к тебе отец привёл, - стараясь говорить бодро, сообщила Трина. – Это настоящая магесса, она враз тебя вылечит.

Мальчишка не отреагировал ни на вошедших в комнату, ни на слова матери, всё так же безучастно глядя перед собой. Зато девчонка вдруг  прошипела со злобой, вскакивая на ноги и делаясь похожей на взъерошенного задиристого воробушка:

- Не след всемилостивых богинь гневить! Магия – зло! От неё все беды наши, и Бакас от колдовской порчи страдает! Откуда вам знать, что эта хуже не сделает? Она, небось… Айййй!..

Мать, проворно подскочив к доченьке, наградила ту увесистым шлепком пониже спины. Девчонка, взвизгнув, схватилась за пострадавшее место, а мать грозно посулила:

- Раскрой ещё мне рот, соплюха! Твоего совета забыли спросить!.. – И чуть испуганно гостье: - Вы, мэора Айнура, простите её, не гневайтесь на дурочку. Молю, не уходите!..

- Да я и не собираюсь, - усмехнулась Айриэ. – Я не настолько пуглива, не переживайте.

Однако юная противница магии на этом не успокоилась, хотя и отошла на всякий случай подальше от грозящей шлепком тяжёлой материнской рученьки:

- Лунные богини нам и судьи и заступницы, а магия – чёрная сила, богомерзкая! Светлых жриц надо к Бакасу позвать, они его вылечат, а если это не в силах сестёр, так в Светлолунный мир его достойно проводят… Айййй!..

На сей раз вздорной девице прилетело от отца, и куда крепче. Да и сама она явно сообразила, что несёт что-то не то. Экая фанатичка растёт, с ума сойти. Ох уж этот подростковый максимализм… Бедные родители.

- Ну и много ему помогли твои богини? – лениво поинтересовалась у девчонки Айриэ, кивая на ʺпятилунникʺ, болтавшийся на шее мальчишки. Такие кругляши на цепочке с вычеканенными стилизованными изображениями пяти лун обычно носили последователи Лунных богинь.

- Если бы вера его была достаточно крепка – помогли бы! – с истовой убеждённостью заявила девчонка.

- А если недостаточно, то так ему и надо, что ли? – приподняла брови магесса, подсаживаясь к пациенту и беря того за руку, чтобы проверить ауру. – Или пускай умрёт, лишь бы его злобный чёрный маг в моём лице не вылечил?

- Н-нет… - запинаясь, пробормотала девица, напряжённо следя за магессой. Ну точно задиристая воробьиха, готовая героически сражаться за своего птенчика. Внезапно её рыжеватые бровки горестно изломились, глазки налились влагой, и она прошептала, чуть ли не всхлипывая:

- Я за душу Бакаса боюсь. Ваше колдовство её погубит…

- Боюсь тебя разочаровать, деточка, но до сих пор моя магия ещё ни одной души не ʺпогубилаʺ, - рассеянно поведала магесса, тщательно вглядываясь магическим взором в ауру мальчишки. – Вот тел – это да, немало, только не человеческих, а всё больше нежити и нечисти. Где ты только такого бреда наслушалась, про душу?

- Выпорю!.. – грозным шёпотом пообещал Нарвас, яростно уставившись на доченьку.

- Не стоит, брай Нарвас, ваша дочь действует из добрых побуждений и всего лишь защищает брата, - усмехнулась Айриэ и уже серьёзно посоветовала девчонке: - Только на будущее запомни, деточка: не стоит оскорблять того, кто пытается помочь тебе или твоим близким. Неблагодарность – скверное качество. Такого твои богини точно не одобрят.

Девчонка густо покраснела, а магесса добавила с ласковой улыбочкой:

- И злить магов тоже не стоит. Не все такие терпеливые, как я – могут ведь и заклинанием угостить.

Через комнату метнулась маленькая, аккуратненькая молния с раздвоенным кончиком и ударила точно в нацеленное место.

- Айййййййййй!

За пострадавшую попку девчонка держалась уже обеими руками, кидая на магессу ненавидящие взгляды. Однако урок она, кажется, усвоила и ротик держала закрытым. Навоевалась, видно.

Нарвас хмыкнул скорее одобрительно, чем нет, а его жена и вовсе проговорила тихо, но отчётливо:

- Так тебе и надо! Скажи спасибо мэоре за науку.

- Беда нам с ней, мэора, - извиняясь за дочь, пояснил фермер. – Вбила себе в голову, коза, что хочет к Лунным сёстрам податься, жрицей стать. Ну, я ей запретил до шестнадцати лет об уходе в храм думать – авось за три-то года дурь из головы повыветрится. Глядишь, найдёт себе мужа, деток заведёт, как все нормальные девки делают. Старшая наша уже год как замужем, и удачно. Скоро первого внука нам подарит.

- Поздравляю, - рассеянно откликнулась Айриэ, которая как раз в эту секунду нащупала в магической ауре мальчишки – багровой, тревожно пульсирующей – чужеродную ниточку, тянущуюся куда-то за пределы фермерского дома.

Определённо, это оно. Проклятие, самое настоящее - из арсенала той магии, которую в Акротосе именуют Запретной. Это и наложение проклятий, и вызов демонов и прочих чуждых этому миру сущностей, и некромантия, причём самой грязной разновидности, когда платой за заклинание является не твоя кровь и боль, как поступают честные некроманты, а чужая, взятая насильно.

Снять это дурацкое проклятие с мальчишки для мага её уровня и возможностей не составит труда, однако гораздо важнее выследить злоумышленника. И уничтожить, разумеется. Следовательно, из детёныша придётся сделать приманку. Риск невелик, в общем-то, просто нужно соблюдать осторожность.

Прикрыв глаза и сосредоточившись, магесса попыталась проследить магическим зрением за направлением нити проклятия, но увы. Нить очень быстро истончилась и потерялась в липкой тёмной дымке. Айриэ почти физически ощутила, как влажная пелена оседает сверху, мешая восприятию, и чуть отступила, чтобы собраться и одним рывком прорвать пелену. Но чужое сторожевое заклятие успело ударить раньше, да с такой силой, что не ожидавшая подобного Айриэ на некоторое время оглохла и ослепла в магическом смысле. Впрочем, телу тоже досталось – по нему волна за волной прокатывалась острая, режущая боль, никак не желая успокаиваться. Выброшенная из магической оболочки мира, Айриэ некоторое время не владела телом, неловко съехав на пол с кровати и сжавшись в комок под ногами у встревоженного фермера и его домочадцев.

М-да, если бы не лёгкий щит, без которого Айриэ никогда не совалась проверять чужие заклятия, была бы сейчас тут одна полудохлая магесса и трупик: мальчишке наверняка тоже прилетело бы отдачей. Шипя от боли, Айриэ кое-как поднялась на ноги, взглядом отогнав сунувшегося было помочь Нарваса.

- Проклятие ударило, - коротко пояснила она в ответ на испуганные вопросы фермера и его супруги.

Силён, скотина. Но ничего, теперь Айриэ предупреждена. Щит будет ставить настоящий, боевой, как против самых мощных заклятий. Всё, больше никакой беспечности; маг играет всерьёз, ответим тем же.

Отдышавшись и смахнув с ресниц невольно выступившие слёзы, Айриэ вновь подсела к мальчику. Взяла безвольную руку, чуть сжала, пытаясь достучаться до его сознания,  затуманенного чужой недоброй силой.

- Бакас, услышь меня и откликнись! – Приказ был подкреплён сгустком магической силы, но мальчишка долго не отзывался. Пришлось раз за разом посылать небольшие импульсы, пока наконец Бакас не разлепил потемневшие, запёкшиеся губы:

- Я слышу…

Голос был едва слышен, взгляд мальчишки остался всё таким же пустым, но, очевидно, полностью разбудить пациента и не получится. Ладно, отклик есть, будем работать дальше. Магесса руками опустила веки мальчика и заставила того улечься на постель.

- Спи, Бакас, - велела она.

- Я не могу, - вялым, безжизненным голосом возразил пациент. – Я боюсь спать, утону…

- Не бойся, мальчик. – Айриэ сжала почему-то горячие, несмотря на озноб, ладошки, посылая волну прохладной, освежающей уверенности. – Вспомни, ты ведь умеешь плавать!