Король моего сердца (СИ) - Вакилова Юлия - Страница 24

Бродяга на секунду опустил глаза, и Эллери этого хватило.

– Ты знаешь, почему тебя схватили. – Это был далеко не вопрос. – И кому ты понадобился, да еще настолько спешно.

– Это та причина, по которой я так не хотел соглашаться на это путешествие, – кратко отозвался наемник.

Она вспомнила его ярое нежелание ехать в эти края.

– Намения? Здесь живет кто-то из твоих недоброжелателей? Враг?

Его лицо исказила горькая ухмылка.

– Если бы, – тихо прошептал мужчина.

Эллери решила, что если он и сейчас попытается отмолчаться или уйти от ответа, она не выдержит и набросится на него с кулаками, невзирая на все его раны.

Сколько можно загадок!

Точно почувствовав ее состояние, наемник набрал в легкие воздуха и принялся говорить:

– Не Намению я опасался. Все дело в этих землях, в Арке Виши… Много лет я избегал этих мест, не приближался, боясь, что меня заметят, узнают… Что и произошло.

– Так все же кого ты опасался? – нетерпеливо напомнила она. – Это бывшие земли твоего отца?

– Нет. Моей сестры, – кратко ответил он. – Вездесущие слуги которой, судя по всему, нас и схватили.

– Сестры? – недоверчиво переспросила Эллери. – Но для чего?

– Мы давно не виделись, – теперь настала его очередь быть лаконичным. – Вероятно, она не видела другого выхода, кроме как прибегнуть к подобным чрезвычайным мерам.

Эллери только покачала головой, не понимая таких родственных отношений. Конечно, ее собственные отношения с братом трудно было назвать близкими, но… Виной всему служили обстоятельства, а отнюдь не желание самой принцессы.

– Что она сделает с тобой? – осторожно продолжила выяснения девушка. – И со мной?

– Не волнуйся. Она не причинит тебе зла. А мне и подавно, – и вновь его лицо исказила странная ухмылка, которую принцесса приняла за отзвуки испытываемой боли.

– Сильно болит? – она тут же озабоченно произнесла, борясь со смехотворным желанием вновь уложить Бродягу к себе на колени.

– Заживет. На мне все заживает, – кратко обронил наемник, вероятно, все-таки почувствовавший потаенные помыслы девушки. – Или Ваше Высочество хотели бы вновь испробовать на мне свои лекарские таланты? – взгляд мужчины стал заинтересованным, но в глубине его проглядывали смешинки. – А может, не только лекарские, но и кулинарные? Если мои догадки вдруг верны, то я счастлив отсутствию каких-либо ингредиентов для этого.

Эллери так обрадовалась перемене его настроения, что пропустила мимо ушей усмешку в адрес своих кулинарных способностей. И даже, не выдержав, проказливо хихикнула, закрывая рот ладошкой, словно маленькая девочка.

Бродяга же продолжал внимательно смотреть на нее, и под изучающим взглядом синих глаз улыбка принцессы медленно растаяла.

– Что такое? – с небольшим вызовом в голосе, наконец, произнесла она, предчувствуя подвох.

Но вопреки ожиданиям, он не стал над ней подшучивать, вместо этого опуская взгляд, словно отгораживаясь незримой пеленой каких-то невеселых мыслей. Она остро ощутила эту перемену в его настроении, и, огорчившись, попыталась расшевелить собеседника.

– Мы можем выпрыгнуть из кареты! – наугад предложила принцесса. – Или попробовать напасть на похитителей, когда они откроют дверцу.

– Нет нужды, – кратко отозвался он и закрыл глаза.

– Что ты собираешься делать? – озадачилась она. – Ты даже не планируешь пытаться сбежать? – запоздало догадалась она.

– Если мне не изменяет память, впереди долгая дорога. Не мешало бы поспать.

Бродяга не ошибся. Путь и в самом деле оказался не близким, хоть карета и спешила на всех парах, не останавливаясь ни днем, ни ночью. Случались краткие передышки, когда похитители по одному выводили их наружу – и быстро возвращали обратно, словно боясь потерять хотя бы минуту пути.

Бесконечная тряска, жесткое сиденье, скудная еда, тусклый свет и отсутствие всякого движения превратили принцессу в столетнюю дряхлую старуху. По крайней мере, именно так ощущала себя Эллери, когда, наконец, карета прибыла в место назначения.

Незадолго до этого момента принцесса задремала, поэтому ей не пришлось любоваться дворцом издали. Зато теперь, когда их вывели наружу, она с любопытством оглядывала огромное сооружение с переходами и башнями, то взмывающее высоко к небу, то, словно проросшее, уходящее этажами куда-то вниз под землю.

Нет, дворец ее отца ничем не уступал в богатстве. Это маленькое открытие принесло толику радости – совсем чуть-чуть, но этой малости хватило, чтобы скрыть гримасу боли, которую причинял каждый сделанный после длительного заточения в стенках кареты шаг.

Эллери с наслаждением ощущала приятную твердость земли под ногами, вдыхала прохладный воздух и старалась делать вид, что эта прогулка, как и все их путешествие, – обычный визит вежливости, а не грубое похищение. И они – долгожданные гости, а отнюдь не пленники.

Работающие во дворе слуги, конюхи, что стояли возле запряженных экипажей, ожидающих своих хозяев, с любопытством смотрели на маленькую процессию, продвигающуюся к массивному каменному крыльцу, на котором вполне можно было устроить небольшой бал с обязательными танцами в программе.

Бродяга шел рядом с принцессой, ни словом, ни жестом не показывая, как непросто далась ему эта поездка.

Дворец встретил их приятным полумраком, ароматами готовящейся еды, сладких духов или цветов – Эллери не разобрала – и тишиной. Это казалось удивительным, но не было слышно привычного шума голосов, топота десятков ног или далекого лая собак.

Пленников вели широким коридором, стены которого были сплошь увешаны старинными портретами. С них на девушку неодобрительно смотрели мужчины и женщины, облаченные в роскошные мантии, с перьями и шляпками на высоких прическах, с одинаково недовольными выражениями лиц – молодых ли, иль сморщенных. Девушка шла мимо них и гадала – кем же приходилась сестра Бродяги всем этим людям, насколько знатен был ее титул?

Наконец, где-то вдалеке послышались голоса. Эллери даже обрадовалась их звучанию, ибо передвигаться в сопровождении только звука собственных шагов и шагов своих спутников было удовольствием сомнительным.

Они остановились перед широкими парадными дверями, за которыми приглушенно звучали десятки голосов. Эллери едва успела осознать, что, по всей видимости, то был тронный зал и сейчас им предстоит встретиться сразу со всеми обитателями дворца, как двери отворились, впуская путников в огромное, наполненное людьми помещение.

Теперь принцесса находилась чуть позади Бродяги, ощущая на себе скопление чужих взглядов, в то время как ее собственный взор в этот момент был прикован к двум тронам и сидящим на них людях.

Их остановили на почтительном расстоянии от королевской пары, Бродяга поклонился первым, Эллери, не сразу осознав, что в ее положении она должна поступить так же, спустя мгновение замешательства последовала его примеру.

В тот же миг молодая женщина в богатых одеяниях, совершенно не по-королевски соскочила с трона и бросилась к ним, забыв про этикет.

Сестра наемника – королева? И при том такая молодая?

Но если так, то это означало, что Бродяга…

Эллери не успела додумать эту шокирующую мысль, как под своды зала взметнулся счастливый женский крик:

– Сапфо!

Королева бросилась в объятия брата, спрятав лицо у него на груди. Мужские руки как-то нерешительно, робко легли ей на плечи, словно он так давно никого не обнимал, что уже и забыл, как это правильно делается.

Эллери, все еще пребывая во власти шока, растерянно наблюдала за этой умилительной картиной, когда движение со стороны привлекло ее внимание.

Король последовал примеру супруги и тоже покинул трон, правда, сделав это куда менее импульсивно. Впрочем, причиной тому скорее служили прожитые годы – мужчина был седовлас, грузен и двигался с заметным трудом, но взгляд серых глаз был ясен и добр. Создавалось впечатление, что он тоже был рад видеть Бродягу.

– Ну же, дорогая, ты смущаешь брата, – он добродушно пожурил супругу, остановившись рядом с застывшими в объятиях людьми.