Заточенная в Золотой Клетке (СИ) - "АlshBetta" - Страница 118

«Вода нуждается в защите» - она хочет защищать его и оберегать ничуть не меньше чем он её.

«Её легко уничтожить, если знать как!» - намек на то, что у всех, и у него, в том числе есть слабые места, и она это знает. Но никогда в жизни она не сделает ему больно подобным образом. Никогда.

«Она слабая и сильная одновременно» - тут уж не требуется даже объяснений. Он и слабый и сильный. Он сильный, когда защищает свою семью, свою любовь, себя…и слабый, когда видит Беллу, когда видит её мучения, и когда утопает в собственной боли, причиненной родными людьми.

«Она дарит жизнь и забирает её!» - он хотел убить Беллу за неповиновение в самом начале, а теперь готов сделать все, что бы сохранить её жизнь.

«Она прекрасна и мучительна» - он красив, он прекрасен. Он искушает, он убивает. Забирает душу и тело. Она пала под его чарами, но пыталась противостоять им. Он причинял ей страдания, и от этого становился её мучителем, но ничуть не менее прекрасным. Следовательно, и это её утверждение верно и правдиво.

«Она отвергнута и любима» - и вправду, все его отвергли. Он остался наедине с болью, забвением и беспрерывным напоминанием о прошлом. Он был потерян, он не смог себя найти, он потерял себя. Но он был любим. Эсми, Элис, Белль, а затем Белла. Самые главные и лучшие женщины в его жизни. Они дарят ему радость, счастье и любовь. И пусть двоих из них уже нет в живых, они навеки в его сердце, он никогда не забудет их. Они часть его души. Нерушимая, неделимая и неотъемлемая часть его души.

- Ты… - выдохнула Белла, уже призрачно сомневаясь в правильности того, что рассказала мужчине о таком личном, о таком душевном…вдруг он не поймет её?

- Белла! – отходя от размышлений и воспоминаний, Каллен опомнился, и, подхватив девушку за талию, поднял на руках выше, к деревьям, к солнцу. Она завизжала, но на губах её сияла улыбка. Все в нем, в Каллене, пело и плясало. Она действительно любит его. Любит больше всех на свете. Теперь в этом нет никакого, абсолютно никакого сомнения. Что бы с ним не было, что бы с ним не случилось, она будет рядом, она не бросит его, и всегда исцелит. Глазами, объятьями, поцелуями, нежностью и любовью. Любовью, которой неподвластно не время, не судьба. Теперь он был уверен, что поступает правильно, делая ей предложение. Лучшего момента и придумать нельзя. Улыбаясь, он кружил девушки, и видел её развивающиеся каштановые волосы, и полы синеватой юбки, надетой в этот солнечный июльский день. День, когда появится их семья, когда все станет прекрасно, и когда он навеки отдаст свое сердце в руки той, которую считает судьбой.

Опустив девушку на ноги, он снова взял её за руки, но теперь они уже бегом кинулись через лес, к тому самому заветному месту, куда собирались. И если Белла бежала с непониманием, пусть и радостью, то Каллен несся туда в предвкушении самого лучшего, что может случиться в жизни с человеком.

Вот и оно, то самое место. Девушка удивленно замерла, чувствуя, как рука Эдварда покинула её ладонь, а сам Каллен отошел чуть дальше, к огромному, раскидистому дубу, стоящему на отшибе, перед обрывом, где кончался лес. Отсюда было прекрасно видно огромный солнечный круг, сияющий на небе. Плывущие будто на ладони облака. Неописуемая красота была здесь, в этом райском уголке. Их личном райском уголке. Их Рае.

- Этому дубу больше тысячи лет – погладив шершавый ствол, произнес Каллен, со всей нежностью глядя на девушку – Он растет здесь, несмотря на ураганы, бури и прочие трудности. Он вечный, он не истребим, – вздохнув, Каллен, снова взглянул на Беллу, и, наткнувшись на взгляд карих глаз, нашел в себе силы продолжить:

- Моя любовь к тебе так же неистребима и нерушима. Она будет длиться больше тысячи лет даже после нашей смерти. Я люблю тебя, люблю всем сердцем и душой. Я готов сделать все что угодно, стать тем, кто тебе нужен, лишь бы быть с тобой вечно, вечно и ещё раз вечно, – прикрыв глаза, и улыбнувшись, он пару раз моргнул, а потом, выудив из кармана красную бархатную коробочку, раскрыл её, опускаясь на одно колено, и смотря на свое сокровище, обескуражено замершее недалеко от него.

- Белла, я готов и хочу провести с тобой всю жизнь. Клянусь любить тебя и в богатстве и в бедности, и в болезни и в здравии, и в горе и в радости, до тех пор, пока смерть не разлучит нас. Выходи за меня замуж, любимая!

Ошарашенная Белла стояла тем временем у невысокой сосны, наблюдая за действиями Каллена. Как он говорил с ней, как достал кольцо, опустился на одно колено, и поклялся в вечной любви. Любви только к ней, к его маленькой девочке. Сказать, что она была удивлена – ничего не сказать. Это было не просто удивление, это был какой-то скрытый страх,…но она быстро с ним справилась, отогнав подальше. Ну, конечно же она любит Эдварда, она хочет стать его женой, хочет избавить его от боли, подарить ему ребенка и стать лучшей любовницей, какую только можно сыскать. Она молода, и несовершенна, но она в силах исправиться с его помощью. Он её друг, наставник, защитник, учитель и любимый. Он все, что у неё есть. Она не сможет потерять его, не сможет отпустить, не сможет разлюбить. Она станет его женой, и этим все сказано!

Находясь в своих мыслях, и охваченная эмоциями счастья, девушка не сразу поняла, что Каллен напряженно ждет ответа, хотя в его глазах сияют все те же искры радости и предвкушения.

- Да! – победоносно крикнула она, смахивая слезы счастья с глаз, и подходя к Каллену. – Да, да, да!

- Солнышко мое! – искренне и широко улыбаясь, Эдвард аккуратно надел кольцо в форме небольшой короны на безымянный палец левой руки. Колечко было вылито из золота, и украшено десятками дорогих, прекрасных камней – сапфирами, топазами, брильянтами, изумрудами и, конечно же, рубинами. Ведь рубины – символ любви. Счастье переполняло Каллена. Теперь все его волнения казались ему глупыми, детскими и идиотскими. Вот оно, настоящее счастье: держать в объятьях человека, дороже которого и представить себе не можешь. Вот она любовь, вот она радость – просыпаться, и видеть эти милые шоколадные глазки, смотрящие на него, и улыбающиеся. Эти розоватые, пухлые губки, которые так приятно целовать, это маленький, слегка вздернутый носик, который придает его девочке ещё больше красоты. Бледная кожа, которая при поглаживании и лестных словах становится розоватой из-за её румянца. Ямочки на щеках, когда она улыбается… - вся она, точно ангел, но из плоти и крови. Она прекрасна, она восхитительна, и она его любит. Она первая, кто по-настоящему его любит! Она смысл его существования!

- Люблю тебя! – выдохнула Белла, прижимаясь к Каллену, и уже не сдерживая радостных слез, пришедших вместе с его словами, и кольцом, которое останется теперь на её руке до скончания веков: будьте уверены!

- Люблю тебя! – эхом отозвался Каллен, прижимая её к себе, и наслаждаясь лучшим в мире запахом, заполоняющим легкие. – Завтра ты уже будешь моей женой, милая!

- Завтра? – Белла слегка отстранилась, непонимающе глядя на него – Так скоро?

- Что-то не так? – пытаясь скрыть испуг за напускной беззаботностью, вопрошал мужчина.

- Нет, чем раньше тем лучше! – хмыкнула Белла, снова прижимаясь к Эдварду, и ощущая, как в сознании всплывает вопрос, который не давал ей покоя сегодня ночью. Она забыла обо всем этом за прекрасным моментом, когда любимый предложил ей стать его женой,…но чувство, будто что-то не так, преследовало её, будто его вынудили…она видела бумаги о суде с Чарли, и знала, что единственный способ уберечь её от этого чертового родителя – брак с ним. Оформление опекунства. Она была не против, но она не знала позиции Эдварда…хотел ли он такой скорой свадьбы, хотел ли вообще всего этого? Вот эти самые сложные вопросы ей и предстояло узнать прямо сейчас. Как бы не хотелось портить идиллию, но она все же заговорила, проводя пальцами странные узоры по спине мужчины:

- Эдвард?

- Что, любовь моя?

- Ты женишься на мне,…потому что сам этого хочешь? – неуверенно произнесла девушка, и слегка сжалась в предвкушении ответа.