Бирит- нарим (СИ) - Медведникова Влада "Emy Olwen" - Страница 4

      Полог откинулся, Шебу и Тирид вышли из шатра и остановились, глядя на хозяина.

     Я не заставлю вас ждать.

      Намтар мимолетно взглянул на Шебу и повернулся к Тирид. Она все еще была во власти сладкого покоя, что приходит после страсти, но беспокойство трепетало в глубине ее глаз.

     Не бойся.

      Она кивнула, поняла без слов.

      Намтар прикоснулся к Тирид, медленно провел рукой от груди к животу. Даже сквозь льняную ткань он чувствовал, как пылает ее тело. Заклинание все еще жило в ней.

      И потому ему пришлось прислушаться внимательнее. Мерцающее колдовство в крови, стук сердца, дыхание. И сквозь все это Намтар различил биение новой жизни, слабое, но ясное. Сомнений нет.

      -- Радуйся, -- сказал Намтар, и Тирид улыбнулась в ответ. Он чувствовал, как тревога и страх исчезают из ее души. -- Многие пьющие кровь мечтают об этом, но немногие обретают. У тебя будет ребенок.

      Шебу вздохнул рядом, с облегчением, а Намтар продолжил, взглянув на него:

      -- Но этого мало. Я сделаю так, что он обретет могущество, несравнимое с другими.

      Намтар и Шебу закрыли колдовской круг покрывалом и усадили на него Тирид. Затем разобрали шатер и вновь поставили его, над местом силы. Натянули полотнища, скрыв Тирид, и Намтар очертил еще один круг, снаружи.

      Затем подошел к девочке, безмолвно ждущей своего часа. Одним движением поднял ее, зубами разорвал горло, подставил чашу, наполнил до краев. Обескровленная жертва упала в траву. Утекали последние мгновения ее жизни, но она, зачарованная, так и не шевельнулась, пустыми глазами смотрела в звездное небо.

      Намтар медленно обошел колдовской круг. Полил его кровью, а остатками окропил полотнища шатра и опоры. Потом сел у входа и запел.

      Он пел всю ночь, и слов той песни не понял бы никто в степи, никто в стране меж двух рек. Голос его то взлетал, то становился едва различим, и казалось, что ему вторит ветер. Одни звезды восходили, другие склонялись к горизонту, и сила земли и небес, покорная колдовству, текла в Тирид, вливалась в ребенка, зачатого на закате.

      На заре песня смолкла. Некоторое время Намтар сидел, подставив лицо рассветным лучам, ничего не говоря. Обряд завершен, остается лишь ждать. Горло пересохло, в глаза словно набился песок -- лишь солнечный свет приносил облегчение, притупляя боль.

     Жажда. Два дня мне было до наступления жажды.Но она пришла теперь. Так много сил вложил я в колдовство?

      Не страшно. В степи немало людей и для троих легко найдется свежая кровь.

      Тирид вышла из шатра, и Шебу кинулся к ней, обнял. Мгновение они стояли, прильнув друг к другу, а потом обернулись к хозяину.

      -- Сын или дочь родится у нас? -- спросил Шебу. Говорил он тихо, словно воздух все еще полнился чарами, и страшно было нарушить незримые сплетения заклинаний.

      Намтар покачал головой и поднялся с земли.

      -- Этого не знаю, -- сказал он.

      Тирид запрокинула голову, смотрела на него снизу вверх.

      -- Дай имя нашему ребенку, -- попросила она.

      -- Нет. -- Намтар усмехнулся и вновь повернулся к восходящему солнцу. -- Это ваш ребенок, не мой. Вы сами должны дать ему имя.

      Тирид помедлила, а потом заговорила, и Намтар услышал улыбку в ее голосе.

      -- Тогда я назову его Лабарту. В этом имени есть сила, и зваться так может и мужчина, и женщина.

Глава вторая

Прощание

1.

   Лабарту родился во время половодья, в самый знойный месяц, в полдень. Намтар помнил то лето -- жаркое, дрожащее миражами. Лани сбегались на водопой, речные птицы кричали в камышах, шуршали выгоревшие травы.

      С тех пор прошло пять лет.

      Намтар без труда нашел Шебу и Тирид, хоть и отошли они к югу. Поселились неподалеку от большого кочевья, -- возле живого моря овечьих стад, шатров, голосов, запахов людей и животных, манящего зова их крови. Люди не спешили бежать от демонов: пока те живут рядом, львы и пантеры не смеют приближаться, не нападают на стада. А если и нужно платить за это дань кровью, -- что ж, такова цена.

      И вот теперь Энзигаль сидел под палящим солнцем и смотрел на детей своего сердца. Тирид улыбалась, и в глазах у Шебу была радость. Пять лет он не видел их. Краткий срок, но как изменились они за эти годы. Стали увереннее, спокойнее, и...

     Теперь они свободные, сами себе хозяева. Ноне только в этом дело.

      Ребенок играл неподалеку, пересыпал мелкие камешки, раскладывал их на земле. Волосы его, волнистые и черные, свободно падали на плечи, а в темных глазах вспыхивали солнечные искры.

      -- Ты уходил так надолго, -- сказала Тирид. На миг опустила взгляд, но тут же улыбнулась вновь. -- Мы скучали по тебе.

      -- Но все было хорошо, -- добавил Шебу, словно в оправдание. -- Беда не приходила в степь.

      Намтар кивнул.

      -- Я пришел, но скоро уйду вновь, и на этот раз вы и правда долго не увидите меня.

      Он замолк, ожидая вопросов.

  Все дети моего сердца сильны и упорны.Послушают лименя Шебу и Тирид? Что ж, тогда...

      Но на их лицах не было ни тени беспокойства или страха, они молча ждали его слов.

      -- И потому я расскажу вам, что следует делать дальше. О том, где будете жить вы и Лабарту.

      Ребенок встрепенулся, услышав свое имя, взглянул с любопытством, но тут же вновь вернулся к игре.

      -- Я говорил вам, что вашему сыну суждено могущество, -- продолжал Намтар. -- Знайте же и не удивляйтесь: пройдет дюжина зим и еще три зимы, и его сила сравняется с вашей. Еще через триста лет он станет самым могущественным среди пьющих кровь, и только мне будет уступать в силе.

      Тирид улыбнулась. Казалось, хотела что-то сказать, но не смогла. Глаза ее сияли, а ресницы дрожали, словно она готова была расплакаться. Шебу обнял ее за плечи, привлек к себе, но смотрел на Намтара, серьезно и прямо.

      -- Мы воспитаем его так, как скажет хозяин, -- проговорил Шебу.

      Слышать это было приятно. Думал увидеть преграду, а встретил нежданную помощь.

      -- Научите его всему, чему я научил вас, -- велел Намтар. -- Пусть за пятнадцать зим он узнает все, что нужно. И... -- Намтар замолк, на миг закрыл глаза. Даже сквозь опущенные веки он видел свет солнца. Золотое марево, свет жизни. -- Вам пора покинуть степь.

      Тирид шевельнулась под рукой Шебу, взглянула на ребенка.

      -- Мы..., -- начала она, но Намтар жестом прервал ее слова.

      -- На реке Тигр стоит город Лагаш, большой и богатый. До сих пор в нем не было пьющих кровь. Вы отправитесь туда и станете демонами этого города, как принято в Шумере.

      -- Мы с радостью пойдем туда, -- сказал Шебу. -- Мы привыкли жить в степи, но дни здесь похожи один на другой, и мы давно уже хотели повидать иные земли.

      -- И вы увидите их, -- согласился Намтар. -- Когда Лабарту исполнится двадцать лет, покиньте Лагаш. Но сына оставьте -- пусть он будет хозяином города, вместо вас. Вы же сможете отправиться, куда пожелаете -- на север или на юг, к горам или к морю.

      Шебу крепче обнял Тирид, но она не обернулась к нему, по-прежнему смотрела на ребенка. А тот продолжал играть, не обращая внимания на взрослых. Складывал камешки и напевал песенку, непонятную, без слов.

      -- Оставить его, -- повторила наконец Тирид и взглянула на хозяина почти с мольбой. -- Надолго?

      -- Надолго, -- кивнул Намтар. -- Но потом вернетесь, увидите его в могуществе и славе и будете рады.

      Тирид улыбнулсь, словно бы через силу, но когда заговорила, голос ее был уверенным и сильным.

      -- Ты дал нам ребенка и обещаешь ему особую судьбу. Мы сделаем так, как ты скажешь.