Прекрасная сторона зла - Белоусова Вероника Юрьевна - Страница 28

– Еще только девять вечера, – возмущенно говорит Дина. – Если ты неутомимый бессмертный, то мы устали с дороги.

– Покорми меня, – неуверенно делаю шаг вперед и врезаюсь во что-то.

– Ты странный какой-то, – Дина берет меня за руку, чувствую ее поддержку, осторожно вхожу внутрь.

– Сцеди мне немного крови. И как можно скорее, – прошу я, пытаясь понять, где находится кровать, чтобы можно было сесть.

– Ты можешь пить так, – благодушно говорит Дина, – из вены.

– Нет, так я не смогу остановиться и убью тебя.

– Я смогу остановить тебя, если что, – заверяет меня Дина. Нахожу кровать, сажусь на краешек. – Зотикус, что с тобой?

– Плохо вижу, – смягчаю правду я. – Все, как в тумане. Густом и плотном.

– Я позову Дэшэна, – Дина собирается уйти, но я успеваю схватить ее за полу халата.

– Сперва дай мне крови. Пожалуйста, – я готов умолять ее даже об одном глотке. Черная пелена перед глазами – тяжелое испытание.

– Хорошо, – нехотя откликается Дина. Слышу, как она выдвигает ящик, достает оттуда что-то. Через секунду аромат свежей крови заполняет весь номер. Она сама прижимает руку к моим губам, и я с жадностью впиваюсь в ее запястье. Стараюсь не спешить, но эйфория уже захватывает меня в свой плен, я теряю контроль вгрызаясь ей в запястье.

– Зотикус, довольно, – Дина пытается освободиться от моих пальцев, но я не в силах отпустить ее. – Ты мне делаешь больно.

Короткий удар в грудную клетку мгновенно отрезвляет меня, и я отпускаю ее. Зрение медленно проясняется. С ощущением благоговения смотрю на Дину, которое бинтует израненную руку. Я снова могу видеть. Только надолго ли это?

– Что это было? – спрашиваю я, все еще чувствуя жжение в грудной клетке.

– Магия, – коротко отвечает Дина. – Жаль, что у меня не было ее раньше… Ведь тогда я бы смогла спасти свою сестру от убийц.

– Не факт, что ты смогла бы справиться с четырьмя вампирами, – возражаю я. – А где Рита?

– Помогает Дэшэну. Закрылись у него в номере, уже часа три не выходят оттуда. Тебе лучше? – спрашивает Дина и садится рядом.

– Да, но это ненадолго, – отвечаю я. Мне становится тоскливо.

– Пойду позову его, – говорит Дина, вскакивая на ноги, поправляет халат. Провожаю ее взглядом, и меня накрывает волна благодарности миру за то, что я не одинок.

– Все плохо, – констатирует Дэшэн, осмотрев место укола, которой разнесло до габаритов приличной картошины. – Все очень плохо, господин.

– Ты не пугай, а конкретно скажи, что с ним, – взволнованно говорит Рита, убирая волосы под резинку.

– Тело разрушается. Нужно как можно скорее удалить гематому. Это не решит проблему, но может дать облегчение.

– То есть он умирает? – спрашивает Дина и переводит взгляд на меня.

– Да, госпожа Дина. Все именно так, – в голосе Дэшэна звенит тоска.

– Черт… Я позову Арсена! – Дина бросается к выходу, но я преграждаю ей дорогу.

– Ему пока знать не надо, – говорю я, Дина хочет возразить, но передумывает. Скрещивает руки на груди и отходит в сторону.

– Оперировать надо сейчас. Потому что с каждой минутой шансы уменьшаются, – говорит Дэшэн. – Нужен хороший кляп… Иначе вы перепугаете всех постояльцев.

– Ты издеваешься?

– Будет очень больно, – предупреждает Дэшэн, раскладывая на столе пинцеты, скальпели, зажимы. – Хорошо, что вампиры не умирают от болевого шока, господин.

– А если ему как Арсену слить кровь и залить свежую? – спрашивает Дина. – Это поможет?

– Если бы прошло пара часов после укола – возможно. Но мы потеряли слишком много времени. И, кстати, продолжаем его терять. Раздевайтесь, господин.

Покорно стягиваю с себя одежду.

– Госпожа Дина, найдите веревки, – командует Дэшэн. – Госпожа Рита, нам нужен еще один стол.

Смотрю на эту суету, и мне начинает казаться, что все это происходит не со мной. Не может такое случиться с тем, кому две с лишним тысячи лет, кто прошел через такое количество бед и остался невредимым. Мотаю головой, словно это поможет прогнать наваждение.

– Укладывайтесь на живот. Дина, зафиксируйте ему голову, – говорит Дэшэн, когда два стола соединены вместе. Выполняю то, что он велит. Рита тут же убирает мои волосы в сторону, мажет шею чем-то вонючим. Дина старательно привязывает меня к столу. Грубые веревки неприятно врезаются в кожу и покалывают ее.

– Все готово, – сообщает Дина и выпрямляется. Дэшэн сооружает кляп и затыкает мне рот.

– Начинаем. Дина, держите лампу, – Дэшэн часто дышит и выдает свое волнение. Чувствую, как от него исходит запах страха. До меня доносится лязганье инструментов. Он склоняется надо мной и делает надрез. Острая боль – словно на тебя опрокинули тазик кипящего масла, обжигает меня, и я радуюсь тому, что у меня во рту кляп.

Не знаю, сколько идет операция. Мне кажется, что вечность. От боли, которая овладела всем телом, мир сузился до маленькой, красной точки. Слышу голоса, но не могу разобрать ни слова. Открываю глаза, но не вижу ничего, кроме алой дымки. Голова кружится, перестаю соображать и проваливаюсь в темноту. В ней тихо и спокойно. Она затягивает меня, позволяя моим мышцам расслабиться. Я словно плыву в ней, мягко покачиваясь на ее волнах. Ощущение безмятежности и покоя наводят на мысли о нирване. Неужели я достиг ее – вот она, та самая благословенная пустота?

– Зотикус! – голос звучит далеко-далеко, но мне так хорошо, что я не хочу реагировать. – Зотикус, очнись!

– Отстаньте все от меня, – мысленно бормочу я, но чьи-то горячие руки тормошат меня за плечи, а потом бьют по лицу.

– Поезд через два часа, – узнаю строптивый голос Риты. – Хватит уже прохлаждаться!

Медленно открываю глаза. Мой взгляд упирается в окно, за которым –вечерняя мгла. Я все еще лежу на столе, но веревок уже нет. Шею щекочет какая-то ткань. Догадываюсь, что это марлевая повязка.

– Мы закончили, – Дина проводит рукой по моим волосам. – Как ты себя чувствуешь?

– Как мертвый труп, – язык не слушается, слова похожи на бульканье. Заставляю себя подняться и спрыгиваю со стола.

– Ему нужна кровь, – оборачиваясь к тетке, говорит она.

– Держи, – Рита протягивает мне две пробирки с красной жидкостью. – В жизни не думала, что буду делиться кровью с вампиром.

– Ты прогрессируешь, – пробую шутить я. Рита улыбается и опускает голову.

– Дэшэн, насколько все удачно прошло? – спрашиваю я китайца, который тщательно протирает инструменты салфеткой. Он поднимает на меня глаза, и я вижу, как сильно он изможден.

– Ближайшие три дня покажут. Если не помогло – будет новая операция. Я постараюсь сделать анализ того, что вам ввели… Но у меня слишком мало опыта… Я нищ в этом, господин.

– У тебя уникальная память. Знания возвращаются к тебе, когда ты начинаешь делать. Мне хочется верить, что у меня есть шанс... – говорю я, и осушаю одну пробирку за другой. – Рита, ты вкусная.

– Странный комплимент, но спасибо, – отзывается ведьма.

– Ах, да… – разочарованно протягиваю я. – Еще нужно будет позвонить и забронировать номера в гостинице. У меня совсем это вылетело из головы.

– Это ни к чему, – откликается Рита. – Вы можете остановиться в моем доме. Он большой, не хочу там жить одна. К тому же, в нем очень хороший подвал. Вам с Арсеном понравится.

– Ты хорошо подумала? – спрашиваю я ведьму. – Делить с нами кров опасно.

– Да, я не боюсь опасности. Вы мне ничего не сделаете, – уверенность Риты меня обезоруживает.

Дэшэн собирает свой медицинский саквояж и уходит к себе в номер, следом за ним, как покорная служанка, семенит ведьма. Мы остаемся вдвоем с Диной. Девушка открывает чемодан и вытаскивает мне свежую рубашку. Она напряжена, то и дело покусывает губы, проводит рукой по волосам. То, как она ведет себя, дает мне понять, что она хочет задать мне какой-то личный вопрос, но не решатся.

– Можешь спрашивать меня, все, что тебе хочется, – застегивая пуговицы, прихожу ей на помощь я.