Прекрасная сторона зла - Белоусова Вероника Юрьевна - Страница 68

– Опоздал…

– Нет, – не без гордости, возражает Америго. – Она спит. С ней все в порядке.

– Слава Богу! – с облегчением шепчет Рита, прижимая ладони к щекам. И тут же заходится в плаче. Услышав ее рыдания, с кухни прибегает Дэшэн. Обнимает ее, начинает утешать. Поднимает на меня вопросительный взгляд. Лишь развожу руками. Америго идет к лестнице, я с ним. Мы поднимаемся в комнату Айлин.

Брат укладывает ее на постель. Забирает пальто, которым она была укрыта, натягивает его на себя. Склоняется над ней, шепчет что-то на ухо.

– Через пару минут она придет в себя, – небрежно говорит он. – И смотри, чтобы без фокусов.

– Переадресовываю последнюю фразу тебе.

– Заметано, – Америго быстрыми шагами покидает девичью спальню. Подхожу к окну, проверяю, хорошо ли оно закрыто. Плотно задергиваю шторы. Айлин тихо вздыхает и приподнимается на локтях. Удивленным взором обводит комнату.

-– Что случилось? Мы же были в лесу… – она непонимающе смотрит на меня.

– Ты потеряла сознание, – садясь на край постели, говорю я и беру ее за руку. – Как чувствуешь себя сейчас?

– Да? Прости, я испортила прогулку... – расстроенно говорит она. – Это, видимо, из-за волнения. Чувствую себя так, словно меня переехал мусоровоз.

Айлин прижимает руку к губам, внимательно смотрит на меня, будто хочет что-то спросить, но не решается.

– Скоро все пройдет, – изображаю заботу я. – Хочешь, принесу тебе что-то с кухни? Стакан молока, бутерброд?

– Нет, ничего не надо… – опуская голову, отвечает она и трет руками шею.

– Ты точно в порядке?

– Нет, –- резко поднимаясь, отвечает Айлин. – Ты стер мне память, да? Между нами что-то было, и ты заставил меня забыть? Я помню, как мы целовались.

– Да, а потом ты потеряла сознание. Ничего не было, Айлин.

– Почему у меня нет такой уверенности? – девушка расстегивает пальто, стаскивает его с себя. Бегло осматривает свою одежду.

– Я не знаю. Может быть, тебе приснился какой-то сон, – развожу руками я. – Мало ли что может подкинуть воображение, пока мозг в отключке.

– Ты не врешь мне? – в ее голосе столько доверия и наивности, что мне становится стыдно.

– Разумеется, нет.

– Оставь меня одну, не могу тебя сейчас видеть… – садясь на край постели и потирая виски, требует Айлин.

Удовлетворяю ее просьбу и спускаюсь в гостиную. Там, со взглядом, полным укора и презрения, меня ждет Дина.

– Так и знала, что ты слабак, которому нельзя поручить ничего важного! – запальчиво кричит она, но, увидев Арсена и Якуба, поднимающихся из подвала, бегом взлетает по лестнице. Похоже, бурные объяснения у нас еще впереди.

От лекарства, что мне дал Америго, у меня просыпается волчий аппетит, и я вспоминаю, что такое неконтролируемый голод. Голод сводит меня с ума. Желудок, даже после четырех литров крови, сворачивает в узел, будто не питался неделю. И я не знаю, как мне переключиться с этого состояния. Холодный душ немного приводит меня в чувство, но тянущая боль под левым ребром не проходит.

Теперь, когда у меня появилась надежда на выздоровление, мои планы круто поменялись. Я хочу выяснить, все, что касается Рудольфа Вагнера и его предстоящих планов по отношению к Айлин. И помочь мне в этом должна Ада. У меня больше нет сомнений в том, что она знает, кем на самом деле является ее любовник. И сегодня с сделаю все, чтобы получить ответы на свои вопросы.

Поднимаюсь на этаж, где расположена квартира учительницы. Жму на кнопку звонка. Суда по шуршанию, доносящемуся из-за двери, женщина дома. Наконец слышатся легкие шаги, и она распахивает дверь.

– Ты… - измученно выдыхает Ада, поправляя на груди халат. Выглядит она паршиво. Лицо покрылось красными пятнами, глаза опухли, суд по всему девушка долго плакала.

– Надо поговорить, - входя, говорю я, снимая с себя пальто. Ада нервно переглатывает, наблюдая за мной. – Ты ведь знаешь, кто я, не так ли?

– О чем ты? – пытается претвориться непонимающей учительница.

– Брось, я знаю кто ты, ты в курсе кто я, – улыбаюсь я, демонстрируя ей уверенность. – Будем откровенны друг с другом.

Ада запрокидывает голову и хохочет так, что на глазах выступают слезы.

Склоняюсь к мысли, что у нее истерика.

– Если бы ты осознавал, кто перед тобой на самом деле, то бежал бы отсюда не оглядываясь, – просмеявшись, жестко произносит она, буравя меня взглядом, полным ненависти. – Но ты прав вампир, бросим карты на стол! Изображать из себя влюбленную дурочку было невыносимо.

– Что тебя связывает с Вагнером? У него твои дети? – подходя к ней вплотную, спрашиваю я. – Поэтому ты с ним?

Ада молчит, ее дыхание становится частым и тяжелым.

– Если все узнал сам, зачем спрашиваешь? – наконец произносит она. – Хочешь помучить меня? Наказать за дурное отношение к этой сучке, Айлин? Уверена, ты уже и это раскопал.

– Равно, как и то, что ты пыталась убить ее, – добавляю я. Ада горько усмехается.

– Что, устроишь мне теперь за это веселую жизнь? – вскидывая подбородок, с вызовом бросает Грановская, и ее глаза лихорадочно блестят.

– Ты ошибаешься, я хочу помочь тебе, - мои слова ставят ее в тупик. – Расскажи мне, все, что знаешь о Вагнере, и его планах на счет Айлин, а я помогу тебе вернуть детей.

Ада смотрит на меня со страхом и недоверием. К такому предложению она была явно не готова. Шмыгает носом, прижимает руки к груди, словно желая защититься.

– Я тебе не верю, – хрипло говорит Ада, но в ее словах нет уверенности. Отлично, значит мы договоримся.

– У тебя нет выбора, - убирая от ее лица пряди золотистых волос, спокойно говорю я. – Вагнер сказал тебе, для чего ему нужны твои дети?

– Для обряда в честь совершеннолетия Айлин, - растеряно отвечает Ада. – Потом он их отпустит.

– Он этого не сделает, – глядя ей в глаза, вкрадчиво произношу я. – И ты сама это знаешь, просто не хочешь верить. Они ему нужны для жертвоприношения.

– Нет… – побелевшими губами шепчет Ада. – Нет. Зачем тогда он учит их, тратит на них время? Нет, не верю! Ты лжешь мне ради этой девки, по которой сохнешь! Как же я ее ненавижу! Из-за нее я потеряла все!

– Ты еще можешь спасти своих детей, просто доверься мне, - продолжаю настаивать я. – Расскажи мне все, что знаешь.

– Зачем тебе это? – все еще колеблется Ада.

– Людям, которые нравятся обычно хочется помогать, – произношу я, понимая, что ее оборона сломлена. Она поделится со мной всем, что известно ей. – Без какой-либо корыстной причины.

– Зотикус, если ты сможешь их вытащить из лап этого чудовища, клянусь, можешь просить у меня все, что хочешь, я авансом на все скажу тебе «да»! – беря меня за руку, говорит Ада. Ну вот и все, кажется мы договорились.

Глава 23

Дина всем своим существом пытается показать мне, как сильно я разочаровал ее, и какой никчемностью она меня считает. Смотрит на меня с презрением, уголки ее губ некрасиво кривятся, делая ее совершенно непривлекательной и прибавляя пару лет возраста.

– Как ты мог?! – негодует она, уперев руки в бока. – Ты подставил всех, весь наш род! Айлин крутит тобой, как ей нравится, а ты, как последний слабак, поддаешься на ее манипуляции! Она – враг, запомни это, наконец! Хватит ей потакать!

– Не заметил за ней ни одного поступка, по которому смог бы опознать вражеские действия, – возражаю я.

– Да потому, что она темная и делает все так, что ты думаешь – это только твои решения, твоя воля! – выходит из себя Дина. Ее лицо краснеет, глаза лихорадочно блестят. – Неужели ты этого не видишь?

– Представь себе, нет, – спокойно говорю я, усаживаясь верхом на стул. Мне не хочется говорить ей, что я выполнил ее требования, остановил сердце девушки, но тут появился Америго и свел на нет все мои усилия. Это бы звучало, как оправдание, а оправдываться мне хочется меньше всего. – Честно говоря, я не могу до сих пор понять этой паники вокруг Айлин. Ей достается больше всех, ее окружают одни недруги. Ты хоть знаешь, сколько раз пытались ее убить? Через сколько унижений ей пришлось пройти? Неважно результат чего это: заклятия или стечения обстоятельств, но череда ее страданий не прекращается.