Обещай мне свет (ЛП) - Уивер Пейдж - Страница 46

Шагнув ко мне, он вторгся в мое личное пространство. Я выдержу, по крайней мере, несколько секунд.

— Так ты собиралась рассказать мне? — спросил он, медленно наступая на меня.

Я отступила на шаг, уперев ладонь ему в грудь.

— О Гэвине?

— Да, — ответил он, не обратив внимания на мою руку.

— Видимо, он рассказал тебе? — спросила я, нервно прикусив губу, и продолжила пятиться. Моя рука упала с его груди. Даже учитывая столько слоев одежды на нем, я не могла бороться с искушением дотронуться до него. Это походило на зависимость, на тягу, которая сейчас просто сводила с ума.

Его взгляд опустился к моим губам. Я осознала, что из всех сил сжала зубами нижнюю губу, и сразу разжала их. На губе остались отметины, которые я ощутила, проведя по ней языком.

— Ты и с ним это делала? — спросил Райдер, глядя на мой рот. — Кусала губу? Искушала? — Он посмотрел мне в глаза. — А что потом? Что еще ты с ним делала?

Что? Да как он мог такое подумать? Перед глазами появилась красная пелена, а затем я взорвалась:

— Да как ты смеешь говорить мне подобное! — завопила я, отпихивая его от себя. Он не обратил на это внимания, наоборот продолжил наступать на меня. И не остановился, пока я не почувствовала спиной лошадиный загон.

Подавшись вперед, Райдер уперся руками о деревянную перекладину за моей спиной. Под курткой заметно напряглись мышцы. Я понимала, что в нем достаточно сил и чтобы разорваться меня на части, и чтобы крепко держать, пока он врывается внутрь меня. Мне захотелось ударить его. Чтоб его, почему рядом с ним я могу думать только о сексе!

Я попыталась унять срывающееся дыхание, когда он перекрыл собой мне все пути отхода. От его тела исходил жар, омывающий мою кожу. Просачивающийся даже туда, куда путь был открыт только его пальцам и эрекции.

Однако слова его вызвали прямо противоположную реакцию.

— Ты целовалась с ним, Мэдди. Ты. Блин. Поцеловала. Моего. Брата, — сказал он, наклонившись и впериваясь взглядом, выражающим одновременно боль и ненависть.

Я вздрогнула от каждого его слова, с ненавистью осознавая, что он говорит чистую правду. Что он узнал об этом. Что я сделала ему больно.

Но это не повод прогибать меня.

Я наклонилась и нырнула ему под руку. И помчалась к двери сарая, прежде чем он кинулся за мной, но не в его планах было отпускать меня.

— ТЫ ЦЕЛОВАЛА ЕГО? — прорычал он, этот рык эхом отразился от стен сарая.

Я развернулась к нему лицом.

— НЕТ! Это он меня поцеловал! — прокричала я. — Он решил, что ты умер, и посчитал своим долгом заботиться обо мне. Ты заставил его пообещать, что он будет заботиться! Ты сказал ему защищать меня! Да как ты мог? — завопила я, тыкая указательным пальцем ему в грудь. — Нельзя так просто отказываться от всего, Райдер! Иногда ты так меня разочаровываешь... — Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, но это не помогло. — Поцелуй ничего не значил, Райдер! НИЧЕГО!

Он понятливо кивнул. Я почувствовала облегчение. Давление в груди исчезло. Но следующие его слова меня словно дубинкой по голове огрели.

— Ничего? С тех пор как я вернулся, я многое замечал, Мэдди, — сказал он, подходя еще ближе. — Я видел, как он трогал тебя за волосы. Видел его взгляды, как вы двое сблизились, пока меня не было. Черт, да я и сам не смог устоять перед тобой. И никто не сможет. Так что поведай-ка мне, что еще твои сладкие губки дарили моему братцу?

Словно выстрел в сердце.

У меня задрожал подбородок и сдавило горло. В голове образовалась каша. Но я пока держалась, пытаясь бороться за нас, пускай он уже и сдался.

— Ничего! Ты был с бесчисленным количеством девушек и именно ты в бешенстве из-за того, что твой брат меня поцеловал? Это был всего один дурацкий поцелуй!

— Да, я спал с кучей девушек! Черт, да если бы я мог повернуть время вспять, я бы этого не делал! — закричал он, подходя еще на шаг. Но затем его голос упал, заставляя зазвенеть каждый мой нерв. — Если бы я знал, что получу тебя, я бы и пальцем не коснулся ни одной другой девушки. В этом и проблема. Мне никто другой не нужен, а вот тебе, похоже...

— Нет! — Я замотала головой, в ужасе от того, что он так думал. — Я стояла в объятиях Гэвина, представляя, что это ты меня обнимаешь. И ты целуешь! Я бы жизнь отдала, лишь бы ты вернулся. Я скучала!

— Проклятье, Мэдди, я тоже скучал. И, валяясь на земле с болью, представлял тебя. — Боль и ярость смешались в его глазах и отразились на лице. — Я смог дышать, я смог выжить только благодаря тебе. Я прошел через лес без еды и воды только для того, чтобы вернуться к тебе.

Его голос стал жестким, боль исчезла. Оставляя место одной ярости.

— А затем, вернувшись, узнал, что семья моя едва сводит концы с концами, голодает. А еще, что меня усыновили, а родная мамаша — наркоманка, которой я был не нужен.

Он навис надо мной как скала. Следующие его слова он произнес сквозь зубы, слишком резко:

— А затем я узнаю, что мой братец и любимая женщина сошлись у меня за спиной, пока я валялся при смерти. Так что, думаешь мне не из-за чего сходить с ума?

Кровь закипела и одновременно застыла в венах.

— Да, ты имеешь право злиться, но между мной и Гэвином ничего не было! — закричала я. — Проклятье, Райдер! Ничего между нами не было! Как ты не понимаешь?

На меня уставились ледяные глаза, в которых не было ни одной эмоции. Ни любви, ни ненависти, ни страсти. Ничего.

— И я должен тебе верить? — фыркнул он с отвращением. — Родители врали мне всю жизнь, скрывая правду о рождении. Так, может, и лучшая подруга делает то же самое.

Я выпрямилась, резко выдохнув. Осознала, что крепко вцепилась в его куртку, и через силу разжала пальцы.

Подняв голову, я посмотрела ему в глаза. Как там говорят? Никогда не показывайте людям, как вам тяжело? Что ж, а я не покажу ему, как мне больно. Хотя мне хотелось разрыдаться, как маленькой. Закричать подобно банши. Пинать его, пока он не истечет кровью. Но я просто спокойно стояла на месте. Раньше он называл меня упрямицей. Вскоре ему предстоит увидеть, насколько упрямой я могу быть.

Я отступила на шаг, выстраивая между нами невидимую стену. Он осмотрел меня с ног до головы, заставляя вспыхнуть. Мне хотелось вцепиться в его затылок и поцеловать. Его сползающие джинсы словно дразнили меня, провоцируя больше чем когда-либо. Хотелось расстегнуть их и забраться туда рукой, обхватить его и показать, как сильно я люблю каждый сантиметр его тела. Но вместо этого я опустила руки и сжала кулаки. Как печально, Мэдди. Ты не можешь устоять перед ним, даже когда он ненавидит тебя?

Сделав такой необходимый вдох, я развернулась и пошла на выход, оставляя его одного. И он отпустил меня. А это куда больнее всех его слов.

На полпути я остановилась, в голове сам собой всплыл вопрос. Обернувшись, я снова посмотрела на него. Он смотрел на меня с не читаемым выражением.

— Где он? — спросила я.

Райдер фыркнул и отвел взгляд, с отвращением качая головой. Было больно видеть его таким, но Райдер сам не святоша. И я это знала на протяжении всей своей жизни. Он мог вести себя как хладнокровный мерзавец, но я знала, что это только защитная маска. Способ скрыть истинные эмоции от других.

— Я ставил его замерзать на пастбище. Ему очень повезло, что я не застрелил его и не оставил гнить, — сказал Райдер.

Меня охватил ужас. Он бросил Гэвина одного? Раненным? На улице? Даже не думая, я побежала к одному из загонов.

— Что ты делаешь? — спросил Райдер, глядя, как я вынимаю седло и попону и кладу их на перекладину загона. Попона упала мне под ноги, поднимая вокруг столп пыли и заставляя чесаться нос.

Я не ответила, только потянулась к седлу. Двумя руками взялась за кожу, потянула, но седло не смогла даже сдвинуть.

— Господи, Мэдди, ты что творишь? — спросил Райдер, широкими шагами пересекая сарай и останавливая рядом.

Я отказывалась смотреть на него, продолжая дергать седло. Оно начало падать. Его вес едва не сбил меня с ног, но Райдер с легкостью удержал меня.