Сирота (СИ) - Домаха Марк - Страница 4

Они как раз проходили мимо их. Мужик всунул в руки им с Женькой эти две шаурмы, со словами, обращенными к дочерям.

- Вот они отказываться не будут. Ведь так? Спросил он их.

И они обрадовано закивали головами. Выхватив из протянутых рук предложенную им шаурму. И как только те удалились дальше ругаясь, впились в нее зубами. Шаурма была двойной, с мясом, истекающим соком, с капустой и зеленью. Была полита кетчупом и горчицей. Они давно такой вкуснятины не ели. Поэтому прозевали появление своего контролера.

- Что это? Кто вам разрешил ее покупать? Ворвался гневный вопрос в их праздник живота.

- Нам ее дали, поспешно произнес Женька, пытаясь оправдаться. А Ромка вообще ничего не смог сказать из-за набитого рта.

- Подарили? Прошипел тот. - Деньги давайте.

Они отдали заработанные за сегодняшний день деньги. Тот пересчитал их и рассержено спросил.

- Это все?

- Да. В один голос ответили они вместе с Женькой.

- Подали, значит? Ну, ничего, сейчас позову Хромого, пусть он с вами сам разбирается.

Хромой был помощником Рябого и курировал их работу. Развернувшись, контролер побежал к Хромому, а они по-быстрому дожевывая шаурму, решали, что делать.

- Надо спрятаться. Если попадемся сейчас, могут и ноги переломать. Никто выслушивать не будет. Испуганным голосом предложил Женька. - Я видел, куда прячет деньги после закрытия рынка Любка Рыбачка. Они всегда после того как соберут товар, бухают. Стянем ее заначку и принесем Рябому. Тогда бить не будут. Но надо где-то отсидеться до закрытия. Может на стройке?

- Давай. Согласился Роман.

Они, самовольно оставив свою точку, двинулись к долгостроям, которые находились в полукилометре от этого места. Стараясь как можно быстрее их достичь, чтобы спрятаться. Они уже почти дошли, когда оглянувшийся Женька с ужасом просипел

- пи...ц, они бегут за нами. Оглянувшись, Ромка увидел, что их догоняют четверо помощников Хромого, но и тот сам плетется за ними следом, лишь немногим отставая.

- В разные стороны, взвизгнув, крикнул Женька и кинулся бежать.

Ромка тоже побежал к ближайшему зданию, до которого оставалось метров пятьдесят. Он успел протиснуться в дыру забора, до того как к ней успели добежать подручные Хромого. Для них она была мала и у него была фора, чтобы успеть спрятаться. Вверх карабкаться по ступеням он не стал. Трезво понимая, что у него не хватит сил взобраться по ступеням достаточно быстро. Поэтому нырнул в подвал. Надеясь затеряться в его темноте. Его преследователям хватило нескольких минут, чтобы перебраться через ограждение стройки. Но и они тоже догадались, что Ромка не побежит вверх, поэтому сразу спустились в подвал.

К большому его огорчению у них оказались фонарики, которыми они стали освещать все закоулки. Ромка пятился все дальше и дальше вглубь подвала. Упершись спиной в очередную стену, стал молиться всем богам, чтобы найти еще один проход. И желательно с дверью, чтобы можно было запереться за ней. Он даже представил ее себе, мощная дверь как в замке и с задвижкой с внутренней стороны. И к его радости, буквально через минуту, в темноте он нащупал ее рукой. Его ненадолго смутило, что она была такой же, как он ее представлял, а не металлической, как все встречающиеся до этого на этой стройке. Но его колебания были недолги. Он толкнул ее. Она открылась без скрипа и, не смотря на то, что за ней была полная темнота, он заскочил туда и, нащупав на двери засов, в наличии которого он был уверен на сто процентов, задвинул его. Закрыв дверь, он почувствовал дикую усталость, и чуть не грохнулся. Как будто марафон пробежал, а не жалкие пятьдесят метров, подумал Ромка. Доконала его эта болезнь, никогда таким слабым себя не ощущал. Он прислонился к двери лбом и закрыл глаза от усталости и страха, который его преследовал с момента начала погони. Ему даже показалось, что на какой-то миг он потерял сознание. Но нет, он остался стоять на ногах, прислонившись головой к закрытой двери. Холод успокаивал разгоряченный лоб, и усталость постепенно уступала.

Как к нему подошли сзади, что он не услышал шагов, он не понял. Но его кто-то схватил за шкирку и громко произнес.

- Здесь еще один.

- Тащи его сюда, к этим. Последовал откуда-то отклик.

Ромка завертел головой, стараясь увидеть, кто его схватил. И с изумлением обнаружил, что в помещении совсем не темно. Было сумрачно, но глаза вполне видели окружающее. Кто его держит он не смог увидеть. Задранные полы надетой на него куртки, за которую его подняли, не давали ему возможности оглянуться. Но зато он смог рассмотреть, что вокруг стены состоят не из бетонных плит, а из каменных блоков, как в старинных крепостях. Он как-то был в одной с родителями и видел такие же стены. И в этом помещении был всего один вход и тот без двери. Ни двери, ни засова, который он закрывал, нигде не наблюдалось.

Для того, кто его держал на весу, его вес трудностей не представлял. Так, как он его понес, так и не ставя на ноги. Ослепившее его солнце не дало возможности ему рассмотреть окружающее, да еще в придачу его кинули как щенка. Он не смог устоять, ноги все еще были наполнены слабостью. При приземлении он не удержался на ногах. Он стукнулся коленкой, рукой и лбом об землю, не успев среагировать на бросок. Из глаз полетели искры. Но постепенно все прошло, и он смог увидеть окружающее. И застыл, пораженный увиденным. Он находился в кучке таких же несовершеннолетних детей, одетых в обноски. Он свои вещи до этого момента считал старьем. Но его вещи были верхом элегантности, по сравнению с тем, что было одето на стоящих рядом. Но не это, поразило его. А то, что вокруг них находилось пятеро мужчин, в латах, как в исторических фильмах и в руках у них были древки небольших копий, а на поясах висели мечи. Он так и стоял с отвисшей челюстью, рассматривая их и их снаряжение. Когда из дверей в полуподвальное помещение, на которые он только теперь, обратил внимание, вышел еще один мужчина, в такой же экипировке и произнес.

- Все, там больше никого нет. Это был последний.

- Раз нет, то повели их к управителю, пусть с ними сам разбирается. Не хватало нам еще босотой заниматься. Выловили и хватит.

И их погнали по улице. Чем дальше шел Ромка, тем больше офигивал. Все вокруг было чужое, все как в съемках исторического фильма. Как он в него попал, он не понял. Ведь он не актер и на съемки не нанимался. Да и камер вокруг видно не было. Он вертел головой по сторонам не переставая, стараясь понять, как он в это влип и что, все это значит. Они проходили мимо древних домов, которые выглядели так, как будто, их только что построили и чуть состарили. Мимо них проходили люди, одетые как в старину, только он не мог определить, к какой бы стране относилась такая одежда. Из-за того, что постоянно вертел головой он пропустил момент появления компании, которая их остановила. Вернее остановил один, пьяный. Пьяных Ромка умел отличать с детства. По всей видимости, он был важной шишкой. Так как, был разодет в богатые одежды. В таких одеждах они до этого еще никого не встречали. А двое его сопровождающих были охранниками. Они имели вид обычных телохранителей. Так же точно с настороженностью озирались по сторонам. Ромка на таких насмотрелся, разъезжая с отцом. Пьяный заплетающимся языком скомандовал их группе.

- Стоять.

И все остановилась. Мужчины в латах поклонились этому пьянчуге, что подтвердило версию Ромки, что тот шишка.

- Кто такие, все таким же заплетающимся языком, спросил тот, уставившись странным взглядом на Ромку.

- Босота, господин Эрнс. Лавки обносили, приказали выловить и доставить к управителю.

- Босота, говоришь. Произнес тот. А потом, обращаясь к Ромке, спросил. - Родители есть?

- Погибли. Ответил Ромка и неожиданно от нахлынувших воспоминаний у него на глазах проступили слезы.

- Другие родственники есть?

- Нет. Ответил Ромка, пытаясь не расплакаться.

- Этого я забираю с собой. Отчеканил, почти трезвым голосом этот Эрнс.