Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ) - Счастная Елена - Страница 56

Досадливо махнув на него рукой, Хальвдан покинул чертог.

Он неспешно шёл до своих покоев, размышляя над словами друга. Неужели их разногласия с отцом никогда не будут преодолены? Кирилл давно уже должен был сделать первый шаг к примирению, но не был бы сейчас князем, если бы не его упорство и гордость. Именно из-за них он потерял семью. Хальвдан же многое отдал бы, чтобы вернуть свою. Возможно, и стоило бы остаться в своё время на Клипбьёрне, уважить Ингвальда, поддержать брата. Покрыть себя в боях славой, как борта драккаров – щитами. Но нет, он помчался за Кириллом и его размытыми мечтами о новом могучем государстве, будто вожжа под хвост жиганула. Думал, что ему здесь найдётся столь же достойное место, как в родных землях. И вот теперь князь из-за своего упрямства норовил разрушить то, что они вместе создавали десять лет. А слова поперёк сказать не моги!

Чувство неправильности произошедшего и сомнения в благоразумии Кирилла завозилось внутри, не давая покоя. Пусть в нынешнее время о покое можно было и вовсе забыть. Но Хальвдан решил, что просто так это не оставит. Нужно поговорить с Бажаном.

Перестук шагов и шуршание одежды раздались позади, когда Хальвдан уже начал подниматься на свой ярус. Двое: по голосам, мужчина и женщина – разговаривали, укрывшись в тени лестницы. Сначала это было тихое бормотание – и Хальвдан пошёл бы дальше, решив, что просто вспышка страсти застала служанку и кого-то из стражников прямо тут. Но, услышав первые отчётливые  слова, он остановился.

– Передай Гесте, что сегодня я зайду к ней.

– С ума сошёл, окаянный? – возмущённо отозвался знакомый женский голос.

– Мне некогда бегать по постоялым дворам, Тора! Возможно, со дня на день я уеду. И надолго. Мне нужно с ней поговорить.

 Квохар. Хальвдан усмехнулся. В этом не могло быть сомнений: его гавкающий ариванский акцент, похоже, никогда не исчезнет. Ни после долгой жизни в Хилтаре, ни здесь.

– Я передам, – обречённо вздохнула женщина.

Снова зашуршала одежда, и тяжеловатые шаги служанки стихли вдалеке. Квохар ещё немного потоптался под лестницей и тоже ушёл. Хальвдан, поразмыслив, повернул назад, уже зная, к кому пойдёт.

В конце концов, не зря Квохар наведывается к Гесте. Не иначе, в её постель. Видят Боги, это странный выбор со стороны привередливой дочери конунга. А посему, ей что-то от него нужно: трудно найти более коварное создание. В её хорошенькой рыжеволосой головке родилась уже не одна уловка, которая поставила жизнь нескольких мужчин с ног на голову. И, похоже, назревала ещё одна – не приходилось сомневаться в том, что она связана с Кириллом.

Хальвдан дошёл до другой лестницы и поднялся до покоев начальника стражи. Чаще всего они пустовали – Виген мотался по городу, без устали проверяя работу городской стражи, следил за гриднями и часовыми детинца. А к ночи возвращался в свой дом в посаде. Да и не приходилось ещё наведываться к Вигену с просьбами, но сегодня для того случился как никогда подходящий повод.

Гулко прогремев шагами по коридору, Хальвдан дошёл до светлицы и толкнул дверь, надеясь, что Виген после совета ещё не успел куда-нибудь умчаться.

Просторная комната начальника стражи, которую тот использовал только для хранения бумаг и доспехов, окнами выходила на главные ворота детинца, как на самое важное, что нужно было здесь охранять. Строгое убранство говорило о том, что Виген сам человек не слишком многословный и полностью погружённый в своё дело.

Начальник стражи сидел за столом и изучал длинные списки – похоже, с именами. Время от времени поднимал руку с пером и делал какие-то пометки.

— Можешь уделить мне толику своего бесценного времени, Виген? — Хальвдан обошёл его со спины и беззастенчиво уставился в бумаги. Тот тут же свернул их и убрал подальше от глаз. Стало быть, там указаны не только стражники.

— Ты нечастый гость у меня, Хальвдан, поэтому я слушаю тебя со всем вниманием, — легкая улыбка расплылась на лице Вигена, отчего жесткие складки на его щеках стали ещё глубже.

 Иногда Хальвдан сомневался в возрасте начальника стражи: он казался довольно молодым, но вечно подозрительный взгляд и твёрдо поджатые губы говорили о большом опыте и большой ответственности, которая на нём лежала.

— Можешь считать это личной просьбой кнеза… — начал Хальвдан, усаживаясь в кресло рядом с Вигеном.

— Но это всё же твоя просьба… — прервал его тот, заставив снисходительно улыбнуться.

— Да, это моя просьба, но только в интересах Кирилла. Я хотел, чтобы ты проследил за Гестой с особым вниманием.

— С чего же мне следить за невестой князя, Хальвдан? Я знаю о твоих с ней давних разногласиях и не хочу участвовать в вашей ссоре, — Виген откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе.

— Поверь, Виген, это дело не имеет к нашим с Гестой разногласиям никакого отношения, — терпеливо возразил Хальвдан. — Не настолько я глуп, чтобы использовать твои связи для мелких пакостей. В конце концов, я и сам могу их выдумать, если понадобится.

— Тогда откуда такая просьба?

— Сегодня я слышал, что Квохар собирается наведаться в покои невесты князя и о чём-то с ней поговорить, — Хальвдан коротко глянул на него. Тот едва заметно качнул головой. Значит, ему уже давно обо всём известно. — Хотелось бы знать, что скрывается за этой… Дружбой? Если всего лишь телесное удовольствие — то, ради всех Богов, пусть развлекаются. Если же они затевают что-то против кнеза или кого-то ещё в этом доме, то, сам понимаешь, я должен знать об этом. Может, ты сразу сможешь что-то мне рассказать?

— Боюсь, что нет, — Виген развел руками. — И только во имя вашей с Кириллом дружбы, я выясню всё, что удастся.

— Вижу,  ты давно знаешь, что они встречаются… Почему не сообщил Кириллу? — пожалуй, слишком резким тоном поинтересовался Хальвдан.

Начальник стражи скривил губы в ухмылке.

— Думаю, Кирилла это не тронуло бы настолько, чтобы я лишний раз доносил на кого-то. Знаешь ведь, моя основная задача — охранять город и детинец. А остальное — так… баловство.

Хорошо же баловство…

Хальвдан недоверчиво дёрнул бровью и поднялся.

— Когда мне ждать известий?

— Не беспокойся. Я сообщу.

[1] (верегс.) Здрав будь

[2] Вои – всё войско князя, включая ополчение.

Глава 13

– Что, Бажан, вы так и уедете, ничего не решив с вельдским мальчишкой? – Млада в очередной раз обошла воеводу, когда тот отвернулся, и встала перед ним.

Конюшонок, который крутился рядом, держа в руках солидную седельную сумку Бажана, посторонился, но тут же спешно отошёл подальше от задних копыт его  косматого жеребца. Такой лягнёт – и душонка вылетит быстрее, чем на землю упадёшь. Гнедой конь, мощногрудый и хмурый, был харласской породы. Там издревле выращивали таких лошадей, чтобы враги во время битвы в страхе рассыпались от них в стороны. Он недобро косился на Младу и всё норовил цапнуть за плечо.

– Утро на дворе, а ты меня уже утомила, блоха, – вздохнул Бажан. Он, решительно отодвинув её в сторону, забрал у отрока сумку и закинул на круп коня. – С чего тебе печься о вельдчонке? Он пленник, а не княжич – никто его на перину не уложит и ножки мыть не станет.

– Вы его угробить решили в темнице? Я слышала, как он кашляет. Загнётся ещё до зимы.

– Даже если и так, что с того?

– Я думала, он ещё вам пригодится. Когда мы на вельдов пойдём. Я, конечно, кое-что заметила в лагере, но пробыла там недолго. Он всё равно знает больше. А вы его отжали, как тряпку – и выкинуть?

– Послушай… – Бажан опустил руки и, сдвинув брови, посмотрел на Младу. – Мне думалось, ты вельдов терпеть не можешь – да и кто тут их любит. Но, раздери меня босоркун, ты и мёртвого с ума сведёшь с этим мальчишкой. Считаешь, хорошее дело его выпускать? Он, кажись, по-прежнему враг нам. Стало быть, его место в темнице.

Млада закатила глаза и отвернулась, покусывая губу. Решимость заступиться за вельдчонка окрепла после того, как она проведала его в темнице. А всё потому, что выглядел он до крайности паршиво. Отощал, глаза ввалились и стали совсем нездоровые. К тому же кашлял очень нехорошо – оно и не удивительно в такой сырости. И в тот же миг Младе вспомнилась его необычайная для пленника верность на пути в детинец: Рогл не сбежал, не попытался с ней расправиться, хоть знал, что она ранена, а потому не столь сильна, как обычно. И, скрывшись в лесу от Рысей, сделал ровно так, как ему было велено: пошёл к старосте, рискуя быть убитым. Будто верил ей беспрекословно, пусть она сама не раз грозилась прикончить его по дороге. И дай повод – так и поступила бы без единого укола совести.