Жития византийских Святых - Коллектив авторов - Страница 46

Человек Божий, великий Иоанникий, выслушав их, весьма возликовал и тут же обратил к Господу Богу мольбу, прося Его сжалиться над Своими овцами и открыть того, кто достойно будет пасти православное Его и святое стадо, которое Он искупил кровью своей. Затворив перед упомянутыми святыми мужами двери сходного с пещерой малого того покоя, он велел им тоже молиться о том, чтобы Господь указал мужа, который им надобен. На восьмой день моления своего Иоанникий, отперев упомянутую дверь и выйдя наружу, вручает им посох, сказав так: “Ступайте, дети, и отдайте посох сей монаху и пресвитеру Мефодию, сейчас изгнаннику в Элеовомитском монастыре”. [335] И, сотворив молитву, отпустил их.

Упомянутые богобоязненные мужи, архиереи и спафарий, вернувшись в счастливый Константинополь, сообщили это собору и царям. А те тотчас через скорохода приказали упомянутому пресвятому мужу прибыть в царственный град. Ибо так указывал полученный от святого посох, который следовало вручить тому, кому предстояло пасти Святую и Апостольскую Церковь Божию. Муж этот, братья,— Мефодий, о котором мы выше упомянули. [277]

Когда это случилось и святой Мефодий прибыл в счастливый град Константинополь, где претерпел множество мук за Христа и Его святую и пречистую икону, его по воле Божией и святого вселенского собора поставили патриархом, и он занял предназначенный ему Богом апостольский престол. Он многажды предал еретиков анафеме и, изгнав всех их священнослужителей, очистил церковь Божию от власти еретиков. Тогда-то повелению православных императоров он делает поборника благочестия, отца нашего богоносного Михаила, своим синкеллом и игуменом великого Хорского монастыря.

Поскольку я упомянул об этом императорском и православном монастыре Хора,[336] я коротко расскажу о нем. Итак, этот упомянутый мною святой монастырь благочестивейший и знаменитый владыка Юстиниан построил весьма большим, славным и пречудным. Если кто назовет его горой Божией, горой Хорив и Кармил, горой Синай, Фавор, Ливан или Святым градом на горе Иерусалимской,[337] не уклонится от истины. Упомянутый славный владыка повелел останавливаться в этом пресвятом монастыре прибывающим из Иерусалима иереям и монахам, а пропитание им уделять за счет императорской казны.

Я скажу тут же, почему благочестивый владыка дал такой указ. Ведь такое предание дошло об этом до нас и искони передавалось от отца к сыну, что святой отец наш богоносный Савва, [338] будучи послан тогдашним иерусалимским патриархом по имени Петр к упомянутому благочестивому владыке из-за набегов безбожных самаритян, [339] пленения ими [278] жителей и сожжения Божиих домов молитвы с просьбой, чтобы божественный этот и чистый глава повелел отстроить молитвенные дома Божий, прогнать безбожных и нечестивых самаритян и освободить от их власти Святой град Божий и его окрестности. Он исполнил это по упомянутой просьбе святого отца нашего Саввы.

Так как святой отец зазимовал в счастливом Константинополе, упомянутый благочестивый владыка отправил его в тот монастырь, строительство которого к этому времени было уже полностью завершено, дабы он осмотрел и освятил этот построенный им монастырь. [340] Ибо слышал, что святой Савва основал большинство обителей во граде Господа нашего Христа и в пустыне вокруг него. Прибыв туда, блаженный отец наш Савва весьма возликовал, глядя на местность и всевозможные сооружения. Этот святой монастырь ведь со всех сторон обведен стеной, и отделен от мирской жизни и суеты, и, словно неприступный град, основан на горе, и касается небес высокими крышами своих строений. По этой-то причине благочестивые императоры с тех пор поселяют там прибывающих из Иерусалима в Константинополь. Посему и преславные и святые исповедники Христовы и мученики, явившись из Иерусалима, были отправлены всезлобным и звероименитым владыкой в этот самый монастырь. Нечестивый гонитель, пришедший вослед гонителю, недостойный своей багряницы Константин Копроним, [341] потому только, что там жили православные и святые отцы, а также святой и великий патриарх Герман, [342]разорил, разрушил и только что не сравнял с [279] землею этот монастырь, весьма богатый денежными средствами и землями.

Ведь звероименитый первый из ересеначальников [343] отец этого императора за то, что святой отец Герман предал его вечной анафеме как иконосжигателя и иудействующего, [344] сослал патриарха в упомянутый этот честной и православный монастырь. [345] Ослепив мужа своей сестры Анны, православнейшего владыку по имени Артавасд, [346] Копроним сослал его вместе с женой и девятью сыновьями в упомянутый монастырь, превратив обитель эту в гостиницу для мирян и изгнав из нее всех монахов. Здесь, в монастыре, покоятся останки этих православных. В этой же святой обители, как было сказано, скончался упомянутый великий и святой Герман, и тут покоятся нетленные его и святые мощи.

Потому-то святой телеарх Мефодий поставил, как мы сказали, святого исповедника и великого отца нашего Михаила игуменом этого монастыря, а премудрого и великого Феофана рукоположил митрополитом святейшей церкви города Никеи, где при святом и великом императоре Константине для обвинения нечестивого Ария собрался первый святой вселенский собор 318 святых отцов.[347] Когда Мефодий задумал рукоположить Феофана, некоторые архиереи говорили святому, что не полагается, мол, тому столь высокий сан, ибо он — мученик из чужой земли “и мы ничего не знаем ни о нем, ни о его житии”. Великий поборник благочестия Мефодий сказал им в ответ: “Верьте мне, отцы, что и я не имел мысли удостоить его столь великого избрания, но начертанное лицо его, следы бичей на теле, многолетнее пребывание в тюрьме [280] и изгнании заставляют меня — даже против моей воли и желания — считать Феофана достойным избрания и высочайшего престола. Это открыл мне, когда я молился, истинный Бог наш Христос, за которого он вынес множество утеснений и пыток”. Тогда-то поборник благочестия великий Михаил сказал в ответ патриарху Мефодию: “Если что совершишь и сделаешь для духовного сына моего премудрого Феофана, для меня, его соизгнанника и соузника, сделаешь, ибо я — это он и он — я”. Святейший патриарх почитал слова и деяния отца нашего, я разумею святого Михаила, словно они были от Бога, а не от человека.

Когда все это так свершилось, святой отец наш и исповедник Феодор, родной брат святого Феофана, окончил жизнь 27 дня декабря месяца, прожив 70 лет. Книга его, зовущаяся “Кинолик”, [348] ясно свидетельствует о высоте его мудрости, суесловные же уста еретиков и иконосжигателей она заграждает премудрыми доказательствами, собранными из Священного писания. Великий и богоносный Феофан вместе со своим наставником, премудрым Михаилом, увенчав похвальным словом его святое и божественное отшествие, сложили останки в святой гроб и предали погребению в месте, где покоились умершие до него святые отцы.

А исповедник Феофан, четыре года пас в законах православия словесных своих овец и поднес Господу зрелые плоды — блаженные души спасенных им и его премудрым поучением он собрал в пристани Царства Небесного. Однажды этот премудрый архиерей Господа нашего Христа прибыл в счастливый Константинополь и явился к [281] тамошнему архиерею и приветствовал его, отправился он также и в монастырь Хора к своему наставнику и покровителю, премудрому Михаилу. И, приветствовав его, пробыл с ним довольно времени. И впал в недуг, от которого и скончался. Призвав великого и премудрого пастыря своего, я разумею Михаила, он говорит ему: “Помолись, отец, за сына своего, ибо я отхожу. Предай и меня, плод забот твоих, как прежде родного брата моего, всевышнему Богу Христу и святыми своими руками обряди тело, которое ты укрепил своими великими трудами и мудрыми увещаниями, и схорони меня в земле отцов моих; сила бренной и жалкой плоти моей совсем иссякла. И как пастырь поминай овцу свою в молитвах”. И сказав это и еще сказав: “Господи, предаю дух свой в руки твои”, [349] он предал свою пресвятую душу в руки святых ангелов, жизни которых подражал. Этот премудрый иерарх и исповедник, мученик Христов Феофан, усоп 67 лет 11 октября девятого индикта в правление христолюбивых и православных императоров Михаила и матери его Феодоры.