Враг неизвестен. "x-unit" (СИ) - Бирюшев Руслан - Страница 105

— Ученые, эти яйцеголовые, — рассказывал как-то Ларс МакКензи, когда ненадолго увлёкся эзотерикой, — давно всё разложили по полочкам, установили, как распределяется внимание в полёте, отметили пределы восприятия. Но одну вещь они не учли. Какую? Влияние пилота на пространственно-временной континуум. Постой-постой, не спеши отмахиваться! Сам посуди: энергетика космоса в небе на порядок выше, чем на поверхности планеты. Космос влияет на ауру, делает ее сильнее, причем, сам пилот может этого не осознавать. Добавь сюда, что управление идёт в измененном состоянии сознания, когда на пилота выплескивается лавинообразный поток информации, который он должен почти мгновенно проанализировать, среагировать на него. Транс, помноженный на повышенный энергетический потенциал, и даёт иную степень влияния! Потому в небе за мыслями нужно следить, а то мало ли…

Ларс прав в одном, думал Пенг, когда они поднялись ночью, легли на крыло — мир не так прост, как может показаться на первый взгляд. До определенной поры Пенгфей не верил в инопланетян, но они есть, так почему же не быть энергии космоса?

Пока один транспорт уходил за другим, они с МакКензи патрулировали. Киу улетела в одной из последних групп, теперь пришла и очередь Пенга вернуться на Родину. Какие чувства он испытывал? Однозначно лётчик не смог бы ответить, но чувства возвращения домой точно не было. Его домом стала старая подземная база, и сердце щемило, когда они сделали с Ларсом прощальный круг над ней, и взяли курс к границе Поднебесной.

Когда огоньки реактивных двигателей растаяли в ночном небе Якутии, человек в деловом костюме, сидевший на пне в сотне метров от чёрных зевов подземных ВПП, поднялся и поправил галстук. Не тратя более времени, он подхватил свой плоский чемоданчик и зашагал прочь от покинутой базы — а за его спиной с глухим рокотом земля сперва вздулась, повторяя очертания туннелей и коридоров объекта, а потом осела, взметнув высоко вверх, к самым звёздам, облака пыли…

Интересная это вещь — горы. Казалось бы, суровые, опасные, часто неприступные. Но издревле они притягивали людей, всегда находились желающие покорить очередную вершину. Сейчас, когда Штреллер лежал на уступе и разглядывал звёзды, ему казалось, что всё дело здесь — в небе. Верующие искали в небе Царствие Божие, ученые видели бесконечную Вселенную, а мечтатели всех мастей — свои самые невероятные фантазии, от крылатых людей до межзвёздных армад. А горы, они ведь на полпути к небу. Недаром мудрецы и праведники часто искали уединения в горах, презрев возможные лишения.

Маркус отлично их понимал. Здесь, на краю пропасти, под звёздным небом, мысли текли плавно и размеренно, давая возможность обдумать события последних дней.

Проанализировать все ухищрения по маскировке, призванные представить долину неофициальным имением «серого» голландского концерна. Со стороны, с воздуха или соседних склонов, всегда можно было расмотреть взлётную полосу для лёгких самолетов, вертолётную площадку, несколько палаток и домиков, и большую, но вялотекущую стройку непонятного назначения. На самом видном месте был бар, в который персонал приходилось назначать по нарядам. Возможно, это была лишняя перестраховка, но против наблюдателей-людей вполне вышел бы толк. Да и многие сотрудники скучали по посиделкам в столовой старой базы, так что бар стал не только элементом маскировки, но и некой отдушиной. А отдушина была необходима. Совсем недавно казалось, что у проекта всё идёт замечательно — оперативники одерживали победу за победой, разработки двигались семимильными шагами. После атаки же… Формально они вновь выиграли, и погибло совсем не много. Но, как казалось сейчас Штреллеру, последняя битва во многом изменила людей. Мало того, что они потеряли место, ставшее вторым домом, потеряли частичку коллективной души. Именно в момент триумфа многие осознали, насколько грозная сила им противостоит. Против такой мощи не выстоять, Земле не отсидеться в обороне, и единственный шанс людей — контратака. Все понимали, что с каждой минутой шансы на внезапный удар тают, и потому работали как проклятые, без привычного смеха и перепалок. И Мишель, всегда жизнерадостная Мишель, готовая поддержать уставших товарищей, тоже всё реже улыбалась, всё горше шутила, и в глазах её не было прежнего огня.

Скатиться в унылое оцепенение проекту не давала по большей части инженерная служба — вот уж у кого дел оставалось невпроворот. Вовсю готовились оружие и броня. Маркус был уверен, что новейшего снаряжения хватит на весь отряд. Конструктора занимались доводкой нового БМП и дронов, на базе двух джипов HMMWV строились мобильные оружейные платформы. Гэллегер со своей командой поставил на прикол истребители, пообещав отдать «птички» способными воевать даже в космосе. Штреллер сомневался, что это проще, чем спроектировать космический истребитель с нуля, но авиаконструктору, очевидно, было виднее. В любом случае, основным транспортом и ударной силой на пути к Марсу оставался захваченный в Южной Америке крейсер. Тот понемногу переделывался под нужды землян. Рабочие места экипажа подверглись некоторой переработке, ещё четыре поста добавили около генераторов — для службы инженерного контроля. Информация с этих постов будет поступать на главный инженерный пульт, расположенный на мостике. За него отвечал Батлер. Кресла второго пилота-навигатора и координатора огня заняли пилоты «второй смены». Капитанское кресло, разумеется, оставалось за единственным в команде настоящим космонавтом — полковником Красновым. Работы на борту космолёта ещё не были завершены — предстояло оборудовать его удобствами для будущего десанта. Однако этим Штреллер собирался заняться уже после того, как корабль прибудет в свой новый «порт приписки»…

— Все системы работают в штатном режиме. К старту готовы. — Доложил Батлер. Краснов вывел на свой экран информацию с инженерного пульта. Не сказать, чтобы он не доверял учёному, просто хотелось всё видеть своими глазами. Удовлетворенно кивнув, Краснов переключился на ручное управление кораблем. Проговорил, прижав ладонью наушник:

— Курс через Тихий океан, максимальная высота — пятьдесят метров. — И широко улыбнулся. — Поехали!

— Первая спутниковая группировка докладывает — воздушное пространство по маршруту следования чисто. Вторая спутниковая группировка докладывает — воздушное пространство по маршруту следования чисто. «Сентри» докладывают — воздушное пространство по маршруту следования чисто. Непосредственное воздушное сопровождение докладывает — воздушное пространство по маршруту следования чисто. Первая спутниковая группировка… — Монотонно, через равные промежутки времени, повторяла в микрофон лейтенант Лян, не обращая внимания на собравшуюся в палатке связи толпу офицеров.

— Пока всё нормально. — В пустоту сказал Штреллер, покусывая ноготь.

— Даст Бог. — Ответил ему Барсов настолько естественно-равнодушным, спокойным тоном, что в его искусственности можно было не сомневаться.

— Спутником в квадрате шесть-восемь-гамма замечен вошедший в атмосферу средний разведчик. — Прервала череду повторов Киу, и большинство присутствующих затаили дыхание. — Корректировка курса — семь к северо-востоку, поднять скорость до…

…К тому моменту, когда в ночном небе над лагерем зависла гигантская тёмная масса трофейного крейсера, большинство гостей палатки вконец извелись и отправились кто в бар, кто спать. Корабль садился бесшумно, и лишь немногие обитатели временного пристанища «X-UNIT» видели, как это случилось. Формально к тому моменту уже наступил шестнадцатый день июня.

Этим же утром, сразу после завтрака, командующий собрал офицеров в большой штабной палатке, и с довольно забавной напыщенностью сообщил им:

— Друзья мои, благодаря всем вам человечество получило шанс на победу. Шанс поразить врага в его логове. Мы получили оружие невиданной мощи, которое позволит осуществить это. Вы, конечно, поняли, что я имею в виду боевой корабль пришельцев. И не важно, что он сошел не с земной верфи, как у любого корабля у него должно быть имя. Потому я собрал вас здесь и сейчас. Мы добыли корабль сообща, сообща мы и его и окрестим. Я готов выслушать любые идеи.