Враг неизвестен. "x-unit" (СИ) - Бирюшев Руслан - Страница 63

— Полковник сейчас говорит с Куратором — вам, вероятно, арендуют небольшой отель с пляжем за счёт организации. На Тасмании хорошие пляжи… — Впервые на памяти оперативников лейтенант Лян позволила себе неофициальные интонации во время переговоров. — Пользуйтесь моментом, вам действительно нужен отдых…

Когда последние транспортные «вертушки» покинули место захвата НЛО, унося в своих салонах мелкие трофеи и оперативников «X-UNIT», бледный человек в чёрном деловом костюме, сидящий на краю водонапорной башни фермы, посмотрел на часы, поправил узел галстука и встал, подхватив кейс. Ещё раз окинув взглядом место, где недавно стояла «летающая тарелка», он кивнул и направился к лесенке, ведущей с башни…

Глава 15. Маркус Штреллер. Полковник Краснов. Лейтенант Барсов

Для начала оперативников высадили на вспомогательном аэродроме около Давенпорта. Там усатый офицер очень британского облика тщательно проследил, чтобы сотрудники «X-UNIT» закрепили на свою форму все надлежащие знаки различия вооружённых сил Австралии, после чего, ворча, выдал им огромные спортивные сумки, в которых, по его словам, находились гражданская одежда и «всё необходимое». Кроме денег — офицер заверил, что в наличности нужды не возникнет.

Оттуда, уже одним вертолётом, всю группу перевезли на остров Флиндерс, в скромную гостиницу на берегу уютной лагуны неподалёку от Леди-Бэррон. Гостиница состояла из четырёхэтажного жилого корпуса и прилегающего пляжа с парой зонтиков-«грибков», от большей части острова её отрезала скальная гряда в форме дуги. Когда бойцы ступили на порог, свет в холле был зажжён, а на стойке регистратора рядком лежали ключи от номеров. Заглянувшая на кухню Мишель обнаружила, что кастрюли на погашенной плите ещё исходят паром — персонал и постояльцев эвакуировали оперативно… Штреллер, для соблюдения дисциплины, назначил бойца из «Альфы» дежурным в прихожей, после чего скомандовал отбой.

Сам Маркус в апартаменты не спешил — он только-только начал приходить в себя, осознавать, что всё кончилось. Ведь для него операция не завершилась после того, как стихли отзвуки последних выстрелов. Сначала эвакуация раненого, потом беглый осмотр трофеев в ожидании техников, краткий инструктаж прилетевших сотрудников инженерного — привычка контролировать всё, помноженная на остатки адреналина после боя, заставляла немца метаться от одной группы к другой, в десятый раз всё проверяя и уточняя. А тихий безлюдный отель на пустынном побережье будто выпустил из него пар, открыв невидимый клапан. Переодевшись в гражданское, Штреллер умылся, сложил экипировку под кровать в номере, и остаток дня лежал на песке, в одиночестве бродил по пляжу, изучал окрестности. А за ужином молча смотрел на Хенриксен — так, словно увидел канадку впервые. Оказалось, капитан очень красиво ела, с изяществом истинной леди, каким-то чудом не отставая при этом от привыкших к постоянной спешке бойцов — странно даже, что он раньше этого не замечал… После еды немец разрешил откупорить бутылку виски, и команда подняла рюмки за здоровье подстреленного товарища. Некоторые бойцы, у которых мондраж битвы схлынул окончательно, оставив лишь опустошение и усталость, после этого отправились спать, остальные же долго болтали за общим столом. Ни о чём, просто чтобы не молчать. Рассказывали анекдоты, обсуждали сражение, делились историями — настоящими и выдуманными. Маркуса тянуло в кровать, но инженер стоически держался, потягивая из рюмки и вполуха слушая солдатские байки. Впрочем, совершенно неожиданно одна из них, посвящённая огромному налиму и наваристой ухе, его зацепила — да так крепко, что с утра пораньше немец мобилизовал своих наёмников, заявив, что они сей же час должны отправиться на рыбалку. Солдаты определённо не разделяли его энтузиазма, однако смолчали — их гонорары были достаточно высоки, чтобы терпеть такие причуды. Вместе с Маркусом отправились двое.

Их лодка вернулась к обеду. Заметно посвежевший, немец наскоро перекусил и оккупировал кухню — аж до самых сумерек. Ко второму «мирному» ужину отряда Штреллер, не без помощи лейтенанта МакГрин и пары русских оперативников, наварил ухи и запёк в соли полтора десятка самых крупных рыбин по старинному португальскому рецепту. Мать еще готовила к ним двенадцать разных соусов, но половины ингредиентов на кухне не нашлось, так что Маркус ограничился пятью.

Этот вечер прошёл куда приятнее — напряжение сошло, в глазах солдат не было лихорадочного блеска. Место виски заняли шампанское и вполне приятное местное вино. Изменились и темы бесед после трапезы. Больше рассуждали на абстрактные темы — например, как изменится кино, когда мир узнает о пришельцах. Или, с подачи Мишель, обсуждали любимые книги. До полуночи на сей раз никто не засиделся — разошлись сразу после того, как сумерки окончательно превратились в ночь. Правда, спать легли не все — во многих окнах горел свет, из номеров доносились тихие голоса…

Штреллер, прежде чем подняться к себе, помог навести порядок на кухне — в конце концов, использовать столько соусов было его идеей, а тарелки они пачкают знатно. Выполнять команду «отбой» немец направился последним. Лампочки в коридорах уже были кем-то погашены, луна пока не взошла, и жёлтые полоски света, пробивающиеся из-под дверей, были единственным освещением — если не считать ярких южных звёзд.

Около одного из номеров он задержался — створка была приоткрыта, и из-за неё слышалось едва различимое пение:

— Kommt die Kunde, daß ich bin gefallen, daß ich schlafe in der Meeresflut, Weine nicht um mich, mein Schatz, und denke: FЭr das Vaterland, da floß mein Blut!..

Поколебавшись мгновенье, немец толкнул дверь и, не переступая порога, заметил:

— Теперь я могу вам сказать, что акцент ваш всё же скорее французский, нежели английский.

— Но я борюсь с этим! — Со смешком ответила Хенриксен. — Как раз сейчас и борюсь… Входите, я одета.

Капитан не то, чтобы соврала — она действительно была одета, просто… полегче, чем днём. Босая, в крошечных джинсовых шортах и канареечного цвета топике, канадка с ногами забралась на свою постель. Вторая была аккуратно застелена.

— Садитесь, не стойте. — Девушка с улыбкой подмигнула гостю и кивком указала на застеленную кровать. Взяла со столика жестяную банку. — Энн пригласили на карты ваши парни, это надолго. Пока всех не обчистит — не вернётся. Хотите пива? Из холодильника.

— Алкоголь? — Выгнул бровь Маркус, присаживаясь. Пиво в жёлтой банке определённо было не австралийское — кроме названия, все надписи на этикетке оказались сделаны иероглифами.

— Здесь содержание спирта как в кефире, я проверила. — Заверила снайпер, отпивая. — Зато холодное. Ненавижу жару. Как у вас дела? Я заметила — вы единственный поселились отдельно. Хотя с рыбалкой — хороший признак, но вы заработались, как мне кажется. И я чувствую себя виноватой, так что готова вас отвлечь. Не хотите просто поболтать с глазу на глаза? О чём угодно, и за пивом я могу сбегать…

— Какой же я немец, если откажусь от пива. — Маркус с улыбкой наблюдал, как Мишель ищет в мини-холодильнике ещё одну банку. — Спасибо. О, и правда, холодное! — Инженер сделал большой глоток, с наслаждением откинулся на спинку кровати. — В самый раз по такой погоде. А насчёт дел — вы верно заметили. Что-то я заработался. Раньше были хоть не мирные, но вполне обычные задания. Охрана, там, или посредничество в переговорах. Выкуп заложников, эскортирование, поставки снаряжения… Нормальная работа, в общем-то. И тут вдруг — пришельцы, секретность… — Штреллер шумно выдохнул, продолжил уже спокойнее. — Мы тут с ребятами из технического отдела разобрали пару трофейных инструментов… Просто хотели скопировать, чтоб всем хватило. Так вот, там по одной «отвёртке» для вскрытия электронных панелей можно штук пять патентов получить, а если повезет, то и премию Нобелевскую. А у них это просто инструменты, ширпотреб. Вот… как с такими бороться?