Не магией единой (СИ) - Петровский Александр Владимирович "Алекс" - Страница 12

— Но ведь королевские сыщики проверяют, настоящий ли был подвиг.

— Во как! Значит, вдобавок ко всему этому жёны и любовницы сыщиков получат дорогие подарки, да и сами сыщики внакладе не останутся.

— Ты так правдоподобно рассказываешь, будто знаешь, что так уже кто-то делал.

— Наверняка кто-то покупал титул. Если товар готовы купить, он обязательно появляется на рынке.

— В смысле, на базаре?

— Я имею в виду, тогда товар начинают продавать. Спрос рождает предложение, это закон экономики, от него никуда не деться.

— А кто покупал, не знаешь?

— Нет. Никогда этим не интересовался.

— А ты сам, Ник, точно не хочешь стать благородным? А то я подумала, что ты именно за этим пошёл в стражники. Совершишь настоящий подвиг — и ты сэр.

— У тебя романтическая труха в голове, благородная леди Алиса. Ничего, в твоём возрасте это не страшно. Нет, я не хочу совершать никаких подвигов. Совсем не хочу.

— Почему? Все мальчишки мечтают о подвигах!

— Мальчишки, — презрительно протянул он. — К тому же, благородные. Им не понять, что во взрослой жизни подвиги никому не нужны. Если охранники всё делают правильно, разбойники не посмеют напасть, и незачем творить чудеса, чтобы от них отбиться.

— Неужели у тебя никогда не случается чего-нибудь непредвиденного? Тебе не скучно так жить? Я вот немного владею ясновидением, и то будущего не знаю. И не хочу знать.

— Ну, форс-мажора никто не отменял.

— Чего?

— Купеческий термин. Неблагоприятные события непреодолимой силы, которые невозможно предвидеть. Например, землетрясение в той местности, где их никогда раньше никогда не бывало. Но я больше люблю приятные сюрпризы. Из-за них подвиги совершать не нужно.

— А если бы ты смог стать благородным без всяких подвигов? Ты бы этого хотел?

— Нет, не хочу. Но допустим, подвиг совершит мой папа, и если он станет сэром, мне, хочешь или не хочешь, придётся получить благородство.

— И что ты будешь делать?

— Без понятия. А что делают остальные благородные? Наверно, и мне придётся делать то же самое.

— А ты знаешь, какие возможности даёт благородное происхождение?

— Знаю. Я смогу жениться на благородной девушке, дочке сэра или лорда с мелким титулом. На такой, как ты.

— И ты этого не хочешь?

— Нет. Подрасти сначала.

— Я уже три года как взрослая.

— В каком смысле?

— В обычном. Женщина становится взрослой, когда уже может отяжелеть. Ты что, не знал? Так вот, я — могу. Хотя ещё не разу не пробовала.

— Рано тебе беременеть. Сама говоришь — ещё в куклы не наигралась.

— Уже очень скоро наиграюсь.

— Вот тогда это и обсудим. Если доживём. А пока — не морочь мне голову.

За разговором время пролетело быстро, и мы сами не заметили, как подъехали к воротам школы. Тут же откуда-то появился патруль королевской стражи, четверо с пиками и один с арбалетом. Я подумала, что их послала мама, и они должны схватить и допросить Ника. Или только схватить, а допрашивать будут сыщики, которых не надо было никуда посылать, они и так безвылазно торчат в школе уже который день. Ник, похоже, подумал то же самое, потому что его рука легла на рукоять кинжала.

Но беспокоились мы зря. Узнав меня, старший из них, тот, что с арбалетом, подъехал и доложил, что их прислали в школу ещё вчера, чтобы на всякий случай были под рукой у сыщиков. Внутри, среди благородных, им скучно, вот командир и решил, что раз делать всё равно нечего, почему бы им не патрулировать ближние дороги. Разбойников тут и без того не встретишь, но хоть какое-то занятие.

Стражник явно считал меня своим начальством, и я не стала его разубеждать. Похвалила за усердие, и приказала продолжать в том же духе. Ещё поинтересовалась, хорошо ли их кормят, и нормальный ли дали ночлег. Командир ответил, что всё даже лучше, чем можно было ожидать, и патруль куда-то умчался. Задавать вопросы моему спутнику стражникам и в голову не пришло.

— Они подчинятся твоим приказам, если что? — заинтересованно спросил Ник.

— Ты о чём? Мама или кто-то из её заместителей отправил их сюда, в распоряжение сыщиков. У меня в министерстве пока нет никакой должности. Они обязаны подчиняться мне, как благородной леди, вот и всё. А по службе я им не начальник.

— На благородство полагаться нельзя. В этой школе куда не плюнь, непременно попадёшь в благородного. И у большинства из них титулы покруче твоего. Зато стражники знают, что рано или поздно ты станешь их начальником, и уже сейчас считают тебя заместителем матери, даже если по уставу ты им никто. Глупо этим не воспользоваться. Пятеро подготовленных бойцов во главе с толковым командиром — это серьёзная сила.

— Так что ты предлагаешь?

— Прикажи их старшему ничего необычного не делать без твоего разрешения, кто бы ему ни приказал. Для своей матери и короля в этом вопросе можешь сделать исключение. Можно и для принца тоже. И пусть постоянно будут готовы сделать то, что ты им прикажешь. Договорись, как тебе с ними держать связь. У них есть эти волшебные хрустальные штуки?

— Конечно.

— Очень хорошо. Связь нам необходима. А можно вызвать спящего?

— Это очень сложно, но у меня иногда получается, — похвасталась я.

— А сейчас можешь их позвать?

— Нет. Нужно составить связующее заклинание между нашими шарами, а для этого нужны они оба. Потом легко свяжусь, как только захочу.

— Тогда ждём их здесь. Такие переговоры лучше вести не там, где множество демонов могут подслушать.

— А сыщиков тоже переподчинить себе?

— Не нужно. Пусть беспрепятственно продолжают пинать балду.

— Кого пинать?

— Я хотел сказать, ерундой заниматься. Изображать, что ведут расследование. Ты же не думаешь, что они делают что-то полезное? В таких случаях людям лучше не мешать.

Стражники вернулись к воротам примерно через полчаса. Я думала, что договориться с ними удастся легко, но не тут-то было.

— Леди Алиса, когда вы станете министром, мы будем беспрекословно подчиняться вам, — пообещал старший стражник. — Но сейчас нами командует ваша матушка. Вы — не она. Проявить уважение, доложить, как дела, ответить на вопросы — это завсегда пожалуйста. Что-то большее — извините, но нет. Вот если леди министр прикажет слушаться вас — тогда другое дело.

Пришлось звать маму. Её пришлось долго уговаривать, но в конце концов она сдалась. Я думаю, потому, что не смогла выяснить, кто из купцов отец Ника. Сыщики, которые следили за посольством, не видели вчера никаких купцов. Банкир, который переводил деньги за обучение Ника в школе, отказался отвечать на мамины вопросы, ссылаясь на какой-то из королевских указов о банковской тайне. Правда, мама на него как следует надавила, и он всё рассказал. Оказывается, деньги внёс молодой парень, семнадцати-восемнадцати лет, худощавого, но крепкого телосложения, волосы светлые, лицо бритое. Мама решила, что это Ник, я подумала точно так же. Поговорив с мамой, стражник почтительно обратился ко мне:

— Леди Алиса, с этой минуты я и мои люди в вашем полном распоряжении. До тех пор, пока приказ не отмените вы, или леди министр, или Его Величество. Что нам делать?

— Продолжайте патрулировать, — распорядилась я. — И ждите моего вызова по хрустальному шару.

— Слушаюсь, леди Алиса! — откликнулся командир патруля, и стражники вновь исчезли где-то в густом лесу.

Конюх с отвращением отверг моё предложение заработать пару монет, других слуг поблизости не оказалось, и мне пришлось самой тащить вещи в свою комнату. Я надеялась, что поможет Ник, но у него тоже были две сумки, и вдобавок он зачем-то потащил с собой седло. Сказал, что оно дорогое, и будет очень неприятно, если его украдут. Ведь потом ничего не найти, вокруг одни благородные, их даже заподозрить в краже ни в коем случае нельзя — обидятся.

Он умчался, а я поплелась в свою комнату на втором этаже. Там раньше жила та самая убитая девушка, леди Эльза, дочь герцога, а теперь буду жить я. Сумки показались мне тяжелее, чем днём, хотя они, наоборот, должны были полегчать, ведь мы с Ником съели всю еду, что дала мне замковая кухарка. Попыталась применить магию, но ничего не получилось — мой багаж, конечно, взлетел, но держать его в воздухе магически оказалось ещё тяжелее, чем руками.