Ручная пластика - Волынкин Юрий Андреевич - Страница 82

Не «пускает» к пониманию страх выпасть из «массовости«, «системы», общепринятого понимания «престижа-надежности» (уж если обманули в фитнессе, так ведь всех обманули, не меня одну), а тут - метод никто не знает (я одна, как дура), да и специалист один, хоть бы коллектив был, филиалы, ученики (совсем труба).

Начало разговора с выяснения критериев «престижа-надежности» сразу говорит о том, что человек, задающий подробные вопросы о «популярности метода» или «престиже заведения», находится не на самом гребне новых тенденций культуры.

Самые прогрессивные люди сегодня уже понимают, что началось сдвижение в сторону ценности человеческого интеллекта, в отличие от недавнего технотронного, а, в сущности - от «системного» к «индивидуальному». «Угар» технического и коллективного даже в науке постепенно угасает.

Самые прогрессивные создатели брэндов и имиджей для какой-нибудь продукции уже теперь ломают голову, как ее дифференцировать, позиционировать, как они выражаются и по возможности выискать хоть мало-мальское отличие от остальной похожей продукции. Более того, как ни парадоксально, сегодня стремятся заузить сферу рынка, а не расширить. (Так как известно, что много компаний с мировыми именами, такие как Дженерал Моторе и другие, имевшие когда-то уникальность в своей продукции, а затем попытавшиеся расшириться «для всех», потерпели крах).

И совсем уже новое - повышается интерес не столько к конкретному открытию, сколько к личности, стоящей за этим открытием. Самый ценный товар будущего, о чем стали говорить лишь недавно в статьях, прогнозирующих будущие состояния общественной жизни, это будет товар, выраженный в таланте человеческой индивидуальности и нераскрытых человеческих способностях.

Характеристики личностей, делавших открытия, и этим двигавших прогресс, стали сегодня более интересными, чем сами научные открытия - ими уже пресытились.

Теперь хотят понять, что двигало в душе человека к открытию, хотят знать все подробности и душевные нюансы создателя, чтобы таким образом протянуть нить /пока никому невидимую/ между сутью изобретения и душой изобретателя. И таким образом разгадать давно мучающую человечество тайну - тайну таланта, а затем создать, /как мечтают особенно американцы/ систему, метод, путь, чтобы каждый мог стать талантом.

Это совсем новая тенденция в среде интеллигенции и не всем понятная.

«Знатоки».

«Про целлюлит я знаю все. У меня - первая степень». - «Вы лучше скажите, как выглядит ваша проблема фигуры, своими словами«. -

«У меня нет никаких проблем. Я не пью, не курю, не ем мяса, веду спортивный образ жизни. Вылечите целлюлит». - «Мы не лечим целлюлит». - «А куда я попала? Это медицинский центр»?

Консультация с такой женщиной, одержимой сверхцелью быть «сверх человеком» по всем статьям, чистым и «изнутри», и «снаружи», очевидно, ничем не кончится.

Это сегодня случается часто. Причина - в современных направлениях «идеологической» медицины, в основном - американской. Это попытка слить воедино два совершенно разных понятия - красоту и здоровье, что является тупиковой и бессмысленной затеей, идея, которая носит чисто идеологический характер. В США медицину пытаются включить не только в один из факторов социальной защиты (это уже привычная вещь), но и в облик национальной идеи.

- «Мне на компьютере установили вторую степень целлюлита. Мне не помогут мягкие методы, у вас радикальный, я согласна лечиться некомфортным способом». - «Объясните вашу проблему своими словами, а то трудно определить, что такое вторая степень». - «Вы что не в курсе, что целлюлит - это заболевание? Вы что, ничего не читаете?» - «Вы хотите выровнять поверхность?» - «Да нет же, у меня совсем маленькие «ушки», вылечите их». - «Мы можем их только удалить, но не вылечить». - «Я не хочу ничего удалять, это противоестественно». - «Не удаляйте, это не заболевание. Живите, как жили».

«Знатоки», пришедшие к нам на обработки, в процессе обязательно проявят свою компетентность и знания и в вопросе коррекции. «Что-то эритема у меня была слабее, чем в первый раз. Вы работали не так качественно! Я сотрудник салона и, поверьте, знаю права клиента хорошо. Больше я не позволю вам халтурить!» Работа со второй зоной проводилась те же 3 часа и так же добросовестно, как и с первой. Но реагирование симметричных зон может быть разным по интенсивности и времени, это частый и вполне естественный процесс, закономерно объяснимый - из-за неравномерности отложения жировой ткани или ее разной плотности. Организм иногда непредсказуемо производит неидентичный процесс отекообразования и его схождения на симметричных зонах. Многие женщины это замечали, но интуитивно понимали и даже не поднимали этот вопрос.

«Знатоками» становятся и в процессе - те, кто желает расширить свои «права потребителя». - «Я не буду лежать в такой позе, как вы говорите. Мне лучше знать, как я чувствую». (Обычно, просто избегают боли, поворачиваясь так, чтобы на жировое образование было воздействие слабее, оно как бы «убегает» вглубь). - «Но тогда мы не уложимся в установленные сроки, и результат будет не такой, как вы заказывали. К тому же эти ваши рекомендации уже известны, опробованы и проверены в течение многих лет».

Переубедить женщин в их твердых убеждениях о правильном «лечении целлюлита» бывает просто невозможно. «Ну что ж у меня со здоровьем не так? Такие маленькие «ушки» никак не получалось самой вылечить, пришлось к вам ходить». - «Но ведь вы получили фигуру, какую хотели, сами признаетесь, что такой она у вас была в 14 лет. Что же вам еще нужно?» - «Все-таки обидно, другим же удается самим, а у меня, значит, что-то не так с обменом веществ».

Мы стараемся никогда не употреблять слова «целлюлит» в рекламных текстах, чтобы избежать путаницы, которая сложилось сегодня, особенно в нашей стране. Абсолютно у всех наших клиенток не было «целлюлита» в том понимании, которое диагностирует, например, Элизабет Дэнси, представляющая официальную медицину, даже на первой стадии генеза. Вовсе не потому, что мы отсеивали сложные случаи. Такого «целлюлита», действительно, нет у худых и молодых и в европейской или американской медицине, кстати напомним, наше «эстетическое меньшинство» лечилось бы совсем в другом кабинете - у психотерапевта.

Можно употребить словосочетание «упорный жир» для упрощения и сказать - методом убирается плотный глубинный «упорный жир«, так как мягкого «упорного жира» по мнению автора не бывает - это пока что простой жир, который можно убрать самостоятельно.

«Подозрительные».

«А у вас есть лицензия?» - «Конечно, это медицинский центр. У метода есть и патент». - «Да сейчас все можно купить и патент тоже».

Попробуйте.

Подача заявления о новом изобретении требует строгой аргументации и изложения сути изобретения, которое занимает не один десяток страниц. Без этого никто не станет осуществлять международный поиск и патентовать, который, кстати, должен длиться не менее двух лет, и выдавать официально зарегистрированные разрешения на выдачу патента.

«Да сейчас столько контор развелась! Только платите и сделают, что захотите!» - «Контора» по патентам - одна, и в каждом государстве мира, как один парламент, одна Дума, один совет правительства».

«Я бы к вам пришла. Да сколько я не узнавала, никто о вас ничего не

знает».

«Можно посоветовать в этом случае только одно - подождать. Хотя бы несколько лет. Следует предположить, что после выхода книги в Интернете известность будет больше».

Сколько бы ни появлялось новых конструктивных мыслителей, способных отделить истинное от ложного, в старых теориях и синтезировать новые теории, всегда необходимо время и достаточно длительное, чтобы это стало широким достоянием. Все открытия и направления когда-то начинались с непонимания, особенно в медицине. Достаточно вспомнить Шелтона, который даже сидел в тюрьме, и других пионеров-гигиенистов, смелых врачей и хирургов, пробивавших десятилетиями свои методы. Так всегда было и всегда будет. И только по истечению определенного времени какие-то открытия и изобретения становились общедоступными, понятными, становились направлением или системой. Но в начале, у истоков, всегда стоит человеческая личность, чья-то конкретная жизнь, с проблемами, драмами и трагедиями.