Цитадель - Грацкий Вячеслав Вениаминович - Страница 95

Епископ вскинул крест как можно выше и… Крест вдруг вспыхнул ослепительно ярким огнем. «Тарантул» с нутряным рыком попятился, из разверзшейся пасти посыпались куски плоти. Отхлынули прочь и другие демоны.

Вспыхнувший крест, однако, оказался полной неожиданностью и для самого прелата. Зажмурившись, епископ отшатнулся и упал бы, если бы его не поддержал телохранитель.

И тотчас ряды рыцарей взорвались радостным ревом и криками:

— С нами Бог!.. Слава Господу!..

Приободрился и святой отец, уверенный, что Бог явил им свой знак и благоволение. И хотя крест погас, лицо Титмара преисполнилось торжества.

— Проклятый поп! — послышался рык откуда-то сверху.

На спине «паука» показалась человеческая ипостась демона — мужской торс с руками и головой. Раздвинув длинную шерсть, он наклонился и вперил горящий ненавистью взгляд в епископа.

— Изыди, сатана!

Епископ снова вскинул крест, уверенный, что огонь небес немедля испепелит нечисть, но его опередили. Вспышка света от очередной молнии высветила взвившееся над толпой копье. В следующий миг дикий вопль заглушил шум ливня и гром. Человеческий торс демона откинулся назад, пробитый копьем, и исчез среди вздыбленной шерсти. Лапы демона задрожали, заставив гигантскую тушу сделать несколько неуверенных шагов в сторону, затем подогнулись, и чудовище тяжело рухнуло на мостовую.

Воины с яростными криками бросились вперед и принялись с остервенением рубить поверженного демона. Они напрочь забыли об остальных врагах. Но те, озабоченно косясь на епископа, на время отступили.

В пылу яростной рубки демона-паука, никто не обратил внимания как шевельнулась и поднялась одна из его уцелевших конечностей. Удар мохнатой лапы был страшен. Дюжина рыцарей и кнехтов покатились по мостовой точно игрушечные солдатики.

Из недр изломанного, изрубленного «паука» с рычанием вынырнула человеческая часть демона, сжимая вырванное из груди копье, от раны на теле остался лишь небольшой рубец.

— Добейте его! — рявкнул во всю силу легких капитан.

Мелькнули дротики и стрелы, но, наткнувшись на подставленную паучью лапу, бессильно осыпались. И тут демон метнул копье. Никто не успел разглядеть, куда оно нацелено, и только монах-телохранитель Титмара, не увидевший, но ощутивший опасность, успел оттолкнуть епископа. Копье пробило его насквозь и отшвырнуло на несколько шагов.

Глаза Титмара округлились, но в следующий миг он шагнул к демону, вознося над собой крест.

— Сейчас его убьют, — уверенно сообщил Марвин Рику.

— А как же…

— Смотри на крест!

Крест в руках епископа больше не горел. Впрочем, Титмар этого не видел. Он наступал на демона, уверенный в своей силе и божественном благословении. Поэтому, когда суставчатая лапа «паука» вонзилась ему в грудь, прелат умер с выражением невероятного изумления на лице.

— Но ведь крест горел?! — Рикерт повернулся к магу.

— Какое-то природное явление, — тот с улыбкой пожал плечами. — Никакой магии. И уж тем более божественных чудес!

Смерть епископа подорвала последние крохи отваги воинов. Многие озирались, с надеждой глядя на донжон. В первые ряды оборонявшихся бросился капитан Бран, надеясь воодушевить воинов. Но из-за дождя и грома на него мало кто обратил внимание. Да и усталость начала брать свое. Рыцари и кнехты отбивались вяло, на лицах читалась обреченность и равнодушие.

Разметав несколько человек, все тот же недобитый «паук» оказался прямо напротив Рикерта. Демон почти полностью восстановил свои силы, и только одна пара волочившихся за ним конечностей напоминала о том, что еще несколько минут назад он был грудой изрубленной плоти.

Рикерт бросил руку на рукоять меча, но Айрис больно впилась ему в плечо и заставила остановиться. Они стояли, по-прежнему полуобнявшись, и Рикерт ощутил, как она напряглась, как по всему ее телу взбугрились крепкие мышцы.

— Не шевелись и не двигайся! — пророкотала она.

Рикерт не видел ее лица, обращенного к демону, но хорошо понимал, что он мог сейчас увидеть.

«Паук» приблизился, его жвалы защелкали совсем близко. И тотчас откуда-то из недр потяжелевшего тела Айрис донесся низкий нутряной рык, от которого Рикерта бросило в дрожь. В его душе не было страха перед девушкой, но боялось само человеческое тело. Проснулись какие-то первобытные инстинкты, и Рик с трудом устоял на месте. Впрочем, даже если бы и не устоял, его удержала бы железная хватка Айрис.

«Паук» издал не менее ужасный рев, а его передние лапы зависли на расстоянии вытянутой руки. Острейшее ощущение смертельной опасности пронзило Рикерта с головы до пят. Пожалуй, никогда раньше это ощущение не было настолько резким.

Он изо всех сил стиснул рукоять меча, напружинился, готовый в любой момент взорваться стальным вихрем. Но его вмешательство не понадобилось. Демон отвлекся на Брана, а Рик отчетливо ощутил, как нависшая над ним опасность отступила, ворча, словно грозовая туча.

Слуги Хагена облепили окна, пытаясь разглядеть происходящее на площади, и никто не мешал девочке прогуливаться по коридорам и лестницам. В замке она еще не бывала ни разу, так что ее интересовало все. Но в особенности — как и где живет сеньор Хаген.

Недолго думая она поднялась на третий этаж, где находились покои графа, и сразу же услышала нечто странное. Из-за двери кабинета доносился низкий рокочущий голос. Там как будто кто-то молился. Или произносил заклинание.

Девочка размышляла недолго. Или, точнее, не размышляла вовсе. С некоторых пор, находясь рядом с Акселем, она не боялась почти ничего. Разве только того, что когда-нибудь он бросит ее.

То, что Проклятый сейчас занят несколько иным делом, ее ничуть не смущало. Она была искренне убеждена, что он всегда успеет ее спасти.

Медленно, боясь скрипнуть, она отворила дверь и остолбенела… В нескольких шагах от входа, спиной к ней стоял граф, а перед ним колыхалась, будто превратившись в желе, часть каменной стены.

Когда девочка опомнилась, граф уже с усмешкой смотрел на нее.

— Интересно?

Она кивнула, лихорадочно соображая, не пора ли бежать.

— Ты, кажется, подружка Проклятого?