Цитадель - Грацкий Вячеслав Вениаминович - Страница 98

98

Глава 25

Многие полагают, что именно Хаген сыграл роковую роль в судьбе Цитадели. А многие прямо называют его разрушителем Цитадели. Некоторые, правда, приписывают сие Охотнику Логану. Ну и, наконец, есть мнение, что этот подвиг они совершили вдвоем.

Конечно же все эти выдумки не имеют ни малейшего отношения к действительности…

Из книги чародея Марвина «Хроники Черной Цитадели»

Мост выглядел как самый обычный каменный мост. Только очень широкий — по нему могли с легкостью проехать в ряд две-три дюжины всадников. И очень длинный — он убегал далеко вперед и тонул в туманной дымке, сквозь которую проступала темная громада замка.

Черная Цитадель.

Проклятый усмехнулся. На этот раз до нее можно добраться не только по воздуху. Теперь никто и ничто не остановит его!

— Мне тут не нравится, — пробормотала Дина.

Она во все глаза смотрела по сторонам. На багрово-черные облака, клубившиеся справа и слева от моста, на мелькающие среди них быстрые тени. Маленькие и очень маленькие, большие и очень большие, но всегда — уродливые.

Протяжно завывал ветер, пробирая до костей и заставляя зубы выбивать чечетку. Дина нахохлилась, обхватила себя руками, с завистью покосилась на Акселя. Тот стоял невозмутимый, словно вообще не чувствовал холода, и только полы его изорванного плаща встревоженно полоскались на ветру.

— Может, вернемся?

От ее энтузиазма не осталось и следа. Холод, страшноватые тени и мрачный силуэт Цитадели, от которого веяло такой жутью, что хотелось немедленно убраться куда-нибудь подальше.

Дина оглянулась на портал, багровевший на самом краю моста.

— Пока не поздно… — Она вздохнула. — Вернемся, а?

— Тебе лучше так и сделать, — повернулся к ней Проклятый.

— Знаю. — Дина снова вздохнула. — Но… Куда я без тебя? Да и ты… Как ты без меня?

Проклятый пожал плечами и пошел вперед. Догнав его, девочка засеменила рядом.

— Мы теперь как два сапога, — болтала она. — Куда один, туда и второй. Да и как иначе? Здесь, конечно, страшно… Но, знаешь, где теперь не страшно? Я ведь сирота, меня всякий может обидеть. А к тебе я уже привыкла, ты мой друг. Рядом с тобой я никого не боюсь.

Не прошли они и сотни шагов, как из багрово-черной пелены, цепляясь клешнями за мост, выползло крупное существо, похожее на краба. Между его клешнями щерилась в ухмылке человеческая голова.

— Ублюдки, заставляете себя ждать, — Проклятый схватился за меч.

С другого края показался еще один демон — гигантский «богомол». Сухо защелкал передними конечностями, будто разминаясь перед боем. Глядя на его жуткие шипы на лапах, Дина медленно отступила за спину Проклятого.

— Мне страшно, — прошептала она.

— Не бой… — Он не успел договорить.

Точно прорвав плотину, на мост со всех сторон хлынули демоны. Защелкали клешни и клювы, зашелестели, разворачиваясь, щупальца, зарычали и зарокотали звериные глотки.

В считаные секунды дорога к замку оказалась заполнена чудовищами. Или скорее переполнена. Демоны огрызались и кусались, теснили и сталкивали друг друга с моста, однако их налитые кровью глаза ни на мгновение не отрывались от людей. А потом вся эта рычащая и щелкающая масса как по команде кинулась на Проклятого.

— Возвращайся! — не оборачиваясь, бросил он. — Их слишком много, я не успею тебя прикрыть!

— Я… Не…

Широко распахнув глаза, Дина отступила на несколько шагов. Еще никогда в жизни она не видела столько демонов. По дороге сюда Проклятый сражался с ночными призраками и одержимыми, но все это не шло ни в какое сравнение с тем кошмаром, что надвигался сейчас на них. Даже тогда, в ту ночь, когда демоны уничтожили ее деревню, их было не так много.

— Уходи! Живо! — орал Проклятый.

Дина не двигалась. Она никогда не думала, что страх может быть настолько силен. Раньше, когда ей было страшно, она всегда убегала. Во время путешествия с Акселем она просто пряталась под его плащ. Но сейчас она не могла сделать ни того, ни другого. Страх как будто сковал ее по рукам и ногам. Она страстно желала убраться из этого места, но не могла шевельнуться.

— Какого дьявола ты еще здесь? — Проклятый обернулся. — Дуреха! Глупая никчемная девчонка! Пошла вон отсюда!

Но Дина больше не слышала его. Ее округлившиеся глаза были намертво прикованы к надвигающейся толпе чудовищ. Проклятый заскрежетал зубами. Конечно, он мог взять ее за шкирку и отнести обратно в замок Хагена. Даже если он успеет, даже если портал еще не закрылся, но… Успеет ли он потом вернуться? Или путь к Цитадели вновь окажется недоступным?

Проклятый зарычал от гнева и ярости. Нет! Он должен попасть в Цитадель! Любой ценой! Перехватив меч, он бросился вперед.

О девочке он больше не думал. Девочка больше не имела для него никакого значения. Цитадель была источником демонов. Цитадель была главной целью и предметом его ненависти. Хозяин Цитадели должен был умереть. Любой ценой.

Под мечом захрустели панцири демонов, зачавкала плоть, на мост посыпались кровоточащие куски конечностей. Под натиском Драконоубийцы ничто не могло устоять. Дымились вываливающиеся внутренности, разлетались ошметками человеческие головы, в Проклятого фонтанами била кровь.

Но и демоны не оставались в долгу. Несмотря на его смертоносный меч, несмотря на то, что Проклятый двигался невероятно ловко и быстро, то один, то другой Демон успевал дотянуться до него. Вскоре все: панцирь, наплечники, поножи, наручи — все это было изодрано на куски, и по его телу заструилась не только кровь демонов.

Но Проклятый не чувствовал боли. Клокотавшая в нем ярость могла дать фору любому демону. И он не собирался умирать прежде, чем перебьет их всех. Раны, оставляемые на его теле, все множились, превращаясь из невинных царапин и ушибов в серьезные и даже опасные. Но Проклятый будто не ведал усталости.

А потом пространство вокруг неожиданно расчистилось… Пользуясь драгоценными мгновениями передышки, Проклятый воткнул перед собой меч, оперся на него, тяжело дыша, огляделся. От толпы, преградившей ему путь, осталось уже меньше половины. А те, что остались, выглядели не лучшим образом: оборванные конечности, чудовищные порезы, хлещущая кровь. Пусть их плоть регенерировала прямо на глазах, но раны многих были слишком тяжелы даже для демонов. Бессмертные, неуязвимые, непобедимые демоны умирали у его ног. Умирали, сраженные рукой человека. На губах Проклятого появилась усмешка.