…Или право имею… Лучшие из худших - 2 (СИ) - Бочков Александр Петрович "Алекс" - Страница 72

Ужинать я не пошел – не было настроения. Ну почему так – оба честные, преданные делу, да и мне тоже, а порой вот так накуролесят – и не знаешь, что делать. И ведь опять помирятся, будут друг друга подначивать, а командир из-за них cтрадай ! В дверь постучали – Товарищ командир – я вам поужинать принесла…

- Не хочу я ужинать – буркнул я. Морозова поставила на стол поднос, подошла ко мне. – Опять я вас подвела – тяжело вздохнула она. - Ну почему я такая дура ! Очень самокритично… И как после такой самокритики ее ругать ? Да и ругать то по сути не за что. – Ну этот то ладно, а еще майор, но остальные ? Ведь все так ясно и понятно, а они его поддерживают… Вот я с сорвалась товарищ командир.

– Девочка моя – начал я проникновенно. – Вы на меня не сердитесь ! – обрадовалась Катя. – Еще как сержусь ! Но разьяснить тебе должен. Первое – злость плохой советчик, а еще более худший помощник. Запомни это накрепко. Все надо делать на холодную голову – не поддаваясь гневу. – Я поняла товарищ командир. Второе – ты мыслила по государственному, а они по военному. По государственному – это: как решить поставленную задачу, а по военному – как выручить… Конники в рейде, потери большие, боеприпасов мало, все устали – их надо выручать в первую очередь. А то, что после этого возникнут проблемы и трудности у других – это военных волнует меньше всего: главное – выручить… Поэтому они и были за Сергея. И еще. Тебе скажу – ты не выдашь, не проболтаешься, не подведешь… Ты наверное уже давно заметила, что то, что мы имеем никак не может быть сделано здесь. – Да я давно это поняла, но раз вы не говорите – об этом и думать незачем. - Откуда все это ? – продолжил я. Советский Союз ввел войска в Афганистан, а всякая интеллигентная сволочь долго поливала грязью всех: и тех, кто принял это решение и тех, кто там воевал… По разным подсчетам там погибло от десяти тысяч, до ста. 100 тысяч – это подсчеты той самой интеллигенции. Но многие были недовольны введением войск, я не говорю уже про семьи погибших. Только большая часть погибла не в сражениях, а в засадах, по глупости или жадности, но больше всего из-за тупости и предательств военных чинов. Как впрочем и у нас здесь. Но я не об этом хочу сказать. Там, в Афганистане испытывалась в военных условиях боевая техника и по результатам тех испытаний многие из наших вооружений до сих пор лучшие в мире. Только и это не главное. Наши не пустили туда американцев. Иначе американцы поставили бы там свои базы и Советскому Союзу пришлось бы ставить здесь мощную оборону – а это такие деньжищи… И прямая угроза оказаться под ракетными ударами. А все это по государственному мышлению – то есть в интересах государства – намного выше, чем жизнь десяти и больше тысяч человек. Могли бы погибнуть миллионы. Вот такая арифметика, о которой простой обыватель не знает, да и не задумывается. Катя сидела притихшая.

– А у нас сейчас также ? – Да никакого отличия. Возьми к примеру танк Т-35. Пять башен, три орудия. Какая огневая мощь ! А толку от него в настоящей войне ? Никакой… - Тогда зачем его делали ? - возмутилась она.

- Многое на этой войне работает не так, как надо. Это уже вредительство, саботаж и измена. А ты на бедного майора накинулась с такими словами. Морозова опустила голову. – Но мириться я с ним не пойду ! – вскинулась она. Посидела немного и стала заглядывать в глаза – Но вы же нас простите ? – Ни за что ! Я был тверд, как скала. – Хотя, если в ноги бухнетесь, да повинитесь, да скажете, что больше не будете… Катерина даже не дослушала – только ботинки простучали по ступенькам… Вот ведь неугомонная – ну как на такую сердиться ?...

Через несколько минут по ступенькам затопало, Морозова попросила разрешения зайти и втолкнула в землянку ворчащего Сергея. Ловкой подсечкой свалила его на колени, бухнулась рядом сама, ткнула его в под дых локтем, отчего тот согнулся ткнувшись лбом в пол и наклонившись сама заголосила:

– Товарищ командир простите нас глупых и неразумных. Мы больше не будем ! Обернувшись к сипящему, распрямляющемуся Сергею вскрикнула – А ты что молчишь, проси прощения ! И влепила такой подзатыльник ,что бедолага снова ткнулся головой в пол. – Морозова – ты с ума сошла ? Ты что вытворяешь ? – Хочу, чтобы вы нас простили, хотя бы меня… А этот пусть сидит на базе – я же из-за него страдаю !

– А ну встали оба ! – рявкнул я. Цирк мне тут устроили… Катя вскочила, Сергей встал, с трудом распрямившись – удар у ЗИМЫ еще тот ! – Морозова ты все поняла ? - Так точно товарищ командир ! - Одинцов – а ты ? Тот что то пытался посипеть, но только развел руками. – Да понял он все товарищ командир ! – Ты понял ОДИН ? – угрожающий тон Морозовой не обещал ничего хорошего в случае непонимания. – Если понял – кивни. Сергей закивал.

- Ладно, клоуны – подойдите к столу. Вот карта месторасположения конников и немцев. Ваша задача – разработать план операции уничтожения немцев и освобождения наших. План должен быть готов к 22.00. Вы еще здесь ??? Катя схватила карту со стола и метнулась к двери Одинцов, как истинный джентльмен открыл дверь, пропуская даму вперед.

– Нечего на меня пялиться сзади – иди вперед – толкнула его к дверям Морозова. – Да на что там пялиться - то ? – Вот и нечего – раздался ее голос уже за дверью. Что то пробухтел Сергей, ответила Катя… Как пела одна известная певица : Главней всего – погода в доме, все остальное – суета… Все вроде бы устаканилось… В 22.00 план лежал у меня на столе, а двое непрощенных поедали командира глазами, выказывая служебное рвение (это скорее всего наука Сергея). Не стал разочаровывать: хмурился, хмыкал, кривился, потом небрежно отбросил их разработку на стол с недовольной миной:

– А не прогуляться ли нам к командиру окруженного полка ? – задумчиво произнес я. И посмотрел вопросительно на стоящих. Или вы так пойдете к немцам ? Катя взвизгнула, метнулась ко мне ,чмокнула в щеку и рванула из землянки. – Ну а тебе чмокать меня не надо – ухмыльнулся я. Сергей рванул следом…

117ый стрелковый полк взяла в кольцо целая дивизия. Правда дивизией ее можно было назвать с большой натяжкой. Из двух полков хорошо если наберется больше одного. Есть, правда, потрепанный танковый батальон из двух рот – 26 танков Т-2 и Т-3.Это грозная сила, если нет противотанковых пушек. Но и они разбросаны по периметру. Второй эшелон: саперы, связисты, обслуга почти в полном составе, но это не воины, хотя в какой стороны из винтовки стрелять и как заряжать они знают… Только все они растянуты по окружности вокруг полка и тоже не полного. А мы имеем только восемь двухвзводных рот – 580 бойцов с моим взводом. На 4000 немцев. Маловато… Но на нашей стороне внезапность, стремительность и вооружение. Должно уровнять силы. Как бы еще без потерь обойтись…

Стрелковый полк прижали грамотно: выгнали из леса в перелесок – с юга речка такая поганая: шириной метров двадцать – двадцать пять, но берега топкие по пять метров с каждой стороны, да взгорок с той стороны метрах в двухстах. Между ним и берегом низинка: ни кустика – все, как на ладони. И на том берегу на взгорке – немцы с пулеметами. Сзади, с запада, немцы напирают с танками, да не по-глупому, как в начале войны – гансы быстро учатся, в отличие от наших генералов в штабах. Может потому, что наши генералы все время в этих штабах и просидели ? Долбят артиллерией, с воздуха "Штуками" бомбят, а затем танки пускают с пехотой. Получат по зубам и по новой – пушки, самолеты, танки… А полк пятится – даже побежать нельзя, сомнут вмиг… Вот и загнали в ловушку. С востока поставили заслон: танки, пушки, пулеметы и немцы в окопах. Они в атаку на русские пулеметы не бросаются – ждут, когда это сделают русские… Один путь – на север, в лес, но перед ним овраг глубокий и длинный: та же река, только без воды. Но в овраге мины – много мин, всяких: кто туда сунется – там и останется. Еще в лесу минометы расставлены, пристрелянные по оврагу. Калибр небольшой, но их много. Так что пути два – не запад, или на восток. А там ждут и горячо встретят… Именно об этом думал командир полка полковник Хижняк. Надо что то решать: завтра начнется мясорубка и будет молоть до тех пор, пока всех не перемелет… Полог штабной палатки откинулся и внутрь шагнул военный, а сзади него еще двое: девушка и здоровяк. Все в незнакомой форме. Начштаба поднял от карты чуть позже комполка.