Контракт (СИ) - "Mr Abomination" - Страница 64

— Интересно, что будет если Это окажется в тебе, — задумчиво проговорил он. — Ради такого я и оружия не пожалею, — ухмыльнулся эльф.

Бэллит сглотнул. Ох, как не понравился ему этот взгляд. Слишком холодный. Слишком злой. Фанатичный…

— Ты не посмеешь! — просипел эльф, дергая ремень и тем самым стараясь освободить руки. Не тут-то было. Слишком тугие узлы и не думали поддаваться, а прочный ремень из кожи дракона лишь тихо скрипел, не планируя рваться как минимум в этом столетии.

— Посмотрите, как мы занервничали! Не понимаю только, почему? Тебе ведь нравится, когда тебе вставляют. И плевать, кто это будет... или что… — Ирис присел на кровать перед соратником и тут же получил от него мощный пинок в грудь. Бэллиту идея лидера совсем не понравилась, потому он собирался отстаивать свою честь до последнего! А это самое «последнее» наступило уже через пару мгновений! Ирис выудил из кармана тонкую, но очень прочную серебряную веревку и привязал ею щиколотки Бэллита к его бедрам, заставляя его тем самым принять крайне неудобную, но при этом откровенную позу. Изящные изгибы его тела, даже самые интимные места оказались как на ладони.

- Морщишься, будто тебе все это неприятно. Но Он говорит об обратном, – хмыкнул Ирис, кончиком указательного пальца нажимая на головку вставшего члена Бэллита. Дроу в ответ, закусив губы, тихо застонал. Несмотря на то, что происходящее грозило Бэллиту не самыми приятными последствиями, парень не мог не признать, что все это его ужасно возбуждало.

Прикосновения холодных пальцев тем временем перекочевали с члена к ягодицам парня. Подушечки пальцев нащупали нежную кожу. Бэллит вздрогнул, шипя сквозь зубы нечто еле различимое:

— Не с-с-с-с-смей этого делать!...

— В наш прошлый раз я был еще наивным дураком, который почему-то решил, что он у тебя Первый. Я даже не подозревал, что все это лишь твоя глупая игра, — произнося это, Ирис меланхолично жонглировал саблей, даже не смотря в сторону прикованного к кровати эльфа. — Теперь же мне становится тошно каждый раз, когда я вспоминаю, что когда-то что-то испытывал к тебе. Тошно, понимаешь? Даже представить не могу, насколько гнилая душа кроется за твоим миленьким личиком.

— Ты, можно подумать, ангел во плоти, — фыркнул дроу, все еще не теряя надежды освободить руки. Струйки крови уже ползли по его запястьям к локтям, но ремень по-прежнему не поддавался.

— Да, благодаря тебе… — Ирис, перестав жонглировать саблей, вновь облизнул оплетенную шелковым шнуром рукоять.

— Ты себе этого не простишь! Понимаешь ты это или нет?! — лихорадочно зашептал Бэллит, впервые поддавшись эмоциям.

— Понимаю. Ну и что? — с этими словами темный эльф двумя пальцами резко растянув отверстие, довольно грубо ввел в него угловатый конец ручки. Бэллит взвизгнул. Такого унижения испытывать ему еще не приходилось.

— Больно! Ублюдок! Извращенец! Скотина! Отпусти меня! Немедленно! – ощущая, как твердый предмет с силой проникает все глубже, царапая стенки кожей и плетением, раздирая нежные ткани. — Ирис, пожалуйста…. — теряя силы, взмолился темный эльф.

Но лидер, любуясь выгибающимся от боли безупречным телом, винтом с нажимом продолжал вводить рукоять до основания, игнорируя болезненные стоны и кровь, пропитавшую светлое покрывало.

— Выглядишь неплохо, — прокомментировал он, когда рукоять вошла в Бэллита полностью. Дроу тяжело дышал, стараясь прийти в себя от полученной как физической, так и моральной травмы. Лидер же, отойдя от кровати к противоположной стене, будто художник сощурил один глаз, из больших и указательных пальцев соорудил прямоугольник, в который и заключил раскрывающуюся перед ним картину.

— Жаль, рисовать не умею. Я бы запечатлел на полотне сей знаменательный момент, — ухмыльнулся он, ожидая мгновенного язвительного ответа. Но Бэллит молчал. Неуклюже отвернувшись к стене настолько, насколько ему позволял пояс на руках, он, кажется... Плакал?

“Не ведись, идиот, он снова играет с тобой… Ведь играешь же, правда?» — темный эльф резко подошел к кровати и, не смотря на слабые сопротивления, повернул Бэллита к себе. Мокрые от слез щеки и ненавидящий взгляд красных глаз, наполненный стыдом, полоснул Ириса не хуже ножа.

— Не трогай меня! — прошипел он, отдергивая подбородок и вновь утыкаясь в стену. Нет. Это вовсе не игра. Это по-настоящему. Впервые за столько лет Ирис наблюдал за тем, как Бэллит плачет. И лидеру это не понравилось.

«Не поддавайся. Ведь он с тобой поступил куда хуже! И должен поплатиться за это. Шлюха!»

Мысли Ириса прервал внезапный скрип двери: Ёис, отчего-то в одних трусах и с охапкой мокрой одежды в руках, зашел в комнату и, как вкопанный, остановился у порога:

— Я, кажется, не вовремя, — просипел он, шумно сглатывая. Его удивлённый взгляд скользнул от Ириса к прикованному к постели Бэллиту, из которого торчала...

— Какой догадливый. Вон отсюда! — процедил Ирис сквозь зубы. Дважды Ёиса просить не пришлось. Парень пулей вылетел из комнаты, не забыв захлопнуть за собой дверь. Бэллит же, тихо всхлипнув, внезапно разрыдался в голос. Еще бы. Его увидели. Таким беспомощным. Таким... Нет, терпеть это больше не было сил.

— Не думай, что слезы спасут тебя, — холодно проговорил Ирис, размещаясь между ног Бэллита и касаясь острого лезвия сабли. Оно мерцало и переливалось в свете солнечных лучей, что пробивались сквозь неплотно задвинутые шторы.

— Отпусти меня... Хватит... Довольно... Уже и так...

— Почему же? — приподняв брови, наигранно удивился Ирис. — Посмотри, ведь твой друг еще стоит, а, значит, ты еще не удовлетворен! А как же я могу оставить тебя без десерта. Ведь в прошлый раз ты так расстроился!

— Нет... Ничего мне не надо... Ирис... Господи! Хватит уже!

Но молодой мужчина оставался непреклонным. Осторожно взявшись за лезвие, он медленно потянул саблю на себя. Послышался протяжный болезненный стон Бэллита. Когда окровавленная рукоять показалась почти наполовину, Ирис вновь вогнал ручку вглубь. После чего сначала медленно, потом чуть увеличивая ритм, он начал повторять несложные манипуляции, наблюдая, как ничего больше не говоривший Бэллит каждый раз выгибается на постели, когда предмет насилия проникал в него до основания. Лидеру очень хотелось закончить все самому, извлечь рукоять сабли и вставить дроу по самые гланды, но это в его первоначальные планы не входило, а потому седовласому оставалось лишь до боли кусать губы и терпеть.

“Держи себя в руках!” — но пальцы уже сами собой тянулись к члену Бэллита, ласкали головку, нежно массировали ствол, повторяя вновь и вновь мягкие рывкообразные движения. Тело Бэллита против его воли реагировало на касания Ириса даже слишком ярко. Возможно, это было связано с нервным напряжением парня, или с ужасающей болью, которая могла обострить его ощущения. К болезненным стонам начали примешиваться сладкие нотки, тогда как рукоять сабли входила в эльфа уже без особого труда. Чтобы закрепить достигнутый эффект, лидер, убрав длинные волосы за уши, наклонился к паху Бэллита, втянул ни с чем не сравнимый запах его тела и крови, после чего провел языком по члену парня, а потом и вовсе взял его в рот настолько глубоко, насколько мог.

— Ты... Психопат!... — прохрипел Бэллит, нервно облизывая пересохшие губы. Его сознание будто плавало на границе между сном и реальностью, разум обессилел, воспринимая лишь самые стандартные ощущения: физическую боль и удовольствие. Что же касается эмоций, здесь царил такой раздрай и хаос, что внешне это походило на равнодушную меланхолию.

Когда язык Ириса в очередной раз прошелся по щели на головке члена, Бэллит вскрикнул громче прежнего. Нарастающие ощущения пронзали его тело одно за другим. Пока, наконец...

— Вот и умница, — ухмыльнулся Ирис, стирая попавшие на лицо бело-прозрачные капли. Миссия по полному разгрому личности Бэллита завершилась. Лидер удовлетворенно извлек саблю, которая в этот же миг растворилась в его руках, будто ее и не было.

— А говорил, что не понравится, — хмыкнул темный эльф, освобождая парня от пут, а затем направляясь в ванную комнату. Бэллит молчал. Длинная малиновая челка закрывала его глаза. Дрожащими руками он натянул на себя простынку, свернулся в калачик и уткнулся в стену. И без того израненную душу разорвали на части. И эта боль... Эта тупая боль в груди...