Пропавший канцлер. Испытания (СИ) - "atat" - Страница 128

– К-какую историю?.. – растерялся Ликс.

– Э… я что-то… меня занесло, прошу прощения. Не обращайте на меня внимания, я, пожалуй, пойду, у меня столько дел сегодня, столько дел, – и Стасис поспешно ретировался.

– Подождите, а как же с ответом? – крикнул Ликс ему вдогонку.

– Вечером, молодой человек, всё вечером, вам вредно волноваться, и вообще, мы же договаривались, что вы будете хорошо питаться, – бросил хитрец от медицины и уже на верхней ступеньке лестницы спросил: – Кстати, а как ваше самочувствие?

– А? – опешил Ликс. – Нормально.

– Вот и отличненько, тогда до вечера. Сочиняйте ответ, мой юный друг, а вечером мы его отправим.

Ликс вернулся в комнату, сел на постель, и вновь развернул листок. Наверное, он совсем дурак, раз думал о Борцэусе так плохо – никто не собирался его бросать, просто дело там слишком сложное, потруднее даже будет, чем с Молчуном. Хорошо было бы сейчас оказаться там, помочь, поддержать… хотя нет, будет только хуже. Наверное, Борцэусу всё же виднее, что для них сейчас лучше. Для них…

Парень прижал письмо к груди и тихо лёг на бок, память очень кстати подбросила воспоминания бала, историю с двойником и бабочкой, поиски оборотня, морока, считывающего его воспоминания. Морок… Встрепенувшись, Ликс сел в кровати и стал искать перстень с синим камнем, тот нашелся в ящике тумбочки. Повертев тяжёлое украшение, надел на палец и тут же услышал далёкий тихий свист, или это было лишь в голове? Но на душе почему-то стало спокойнее, и подумалось, что всё не так уж и плохо, как казалось ночью.

========== Глава 4. ==========

Перед тем как отправиться по вызовам, Стасис вновь навестил своего главного пациента, то, как тот слетел с постели и при этом даже не поморщился, напомнило давнюю историю с покалеченным Зэфусом, тот был переломан сильнее, ещё и порван, а уже через сутки чувствовал себя довольно сносно, а ещё через такой же промежуток времени уже увивался вокруг Далии.

– Ликс, мне надо вас осмотреть, – заявил лекарь, стремительно входя в комнату.

– Почему такая срочность? – парень поспешно спрятал письмо под подушку, но перстень оставил сверкать на пальце.

– У меня есть одна теория, хочу её проверить.

– Пожалуйста, осматривайте, – кивнул Ликс и довольно легко сел в постели, а потом и встал. – Повязку снимать будете?

– Э, буду, – Стасис помог снять ночную сорочку и осмотрел повязку на груди, та немного ослабла и съехала ниже.

Когда Ликс остался обнажённым, лекарь осторожно ощупал его кости, прошелся пальцами по тем местам, где ещё накануне были синяки, осмотрел горло.

– Так больно?

– Нет.

– А так?

– Нет.

– А здесь?

– Уй, щекотно! – поёжился парень.

– Понятно. А здесь болит? – Стасис провёл пальцами по горлу, где должны были остаться следы укусов – кожа там была девственно чиста, ни точек, ни припухлости.

– Здесь чешется, – Ликс попытался поскрести кожу, но лекарь не дал, и пальцы скользнули выше. – Вот незадача, щетина отросла, а мой крем остался во дворце.

– Не расстраивайтесь, воспользуйтесь пока бритвой, а потом я вам другой крем сделаю.

– Благодарю вас, – улыбнулся парень. – Так что там со мной, жить буду?

– Будете, молодой человек, ещё как будете, – усмехнулся Стасис и, отступив на шаг, с новым интересом осмотрел стройное тело, – ещё всех нас переживёте, даже устанете жить.

– Это как?

– Это вы у Борцэуса спросите, он вам расскажет, а пока лишь скажу, что вы здоровы.

– Что, уже?! – ахнул парень.

– А разве вы не чувствуете?

– Э, вообще-то, да, – вынужден был тот согласиться. – Голова уже не кружится, шишка на затылке исчезла, да и грудь почти не болит.

– Вот именно «почти», – поднял вверх палец лекарь. – Сломанные рёбра только схватились между собой, так что до полного выздоровления вам надо поберечься ещё два-три дня.

– А потом?

– Потом можете делать всё, что захотите.

– А тренироваться? С Граном.

– Вот с Граном ещё рано – рука у него ещё долго будет заживать, но если он может махать мечом другой рукой…

– Может.

– Тогда возражений нет, – улыбнулся Стасис и ещё разок пробежался пальцами по груди и горлу пациента, оттянул нижние веки, заставил открыть рот, высунуть язык и сказать «а».

– А, – протянул Ликс и закрыл рот.

– Отлично, – наконец выпустил свою «жертву» Стасис. – Отдыхайте, сочиняйте ответ, и до вечера.

– А почему нельзя сейчас ответ отправить, я же теперь здоров и от еды не отказываюсь? – спросил Ликс.

– Потому что если вас не сдерживать, то вы забросаете Борцэуса письмами, а тому больше нечем будет заниматься, как на них отвечать. И потом, у меня не так много слуг, чтобы гонять их по нескольку раз во дворец и обратно. Так что, до вечера?

– До вечера, – кивнул покрасневший парень.

Сочинять ответ он не стал, и так знал, что напишет, а вот прогуляться хотелось невыносимо. Надев сорочку и халат, подвязал волосы, посмотрелся в небольшое зеркало и пошёл на выход. В коридоре ещё никого не было, или уже не было, рыскать по комнатам в поисках учителя было неразумно, ещё нарвёшься на кого-нибудь в неглиже. Решил идти куда глаза глядят, авось кто-нибудь да попадётся.

Всех обитателей дома он нашёл внизу – провожали Стасиса. Ликс остановился позади и спросил:

– Отчего такие проводы, ведь Стасис вернётся к вечеру?

Все живо к нему обернулись и дружно приветствовали.

– Вы уже ходите?

– Хорошо выглядите.

– Халат вам очень идёт.

– Ты крепче, чем я думал, – это уже Гран сказал и потрепал Ликса по плечу.

– Сам не ожидал, – ответил парень, одновременно улыбаясь и пожимая руки всем желающим. – Но лекарь сказал, что я здоров, даже рёбра уже срослись.

– Рёбра?! – ахнул Гран и недоверчиво покачал головой. – Может, они не были сломаны? Не могут кости срастись за два дня.

– Я ему то же самое сказал.

– И что?

– Ничего, – пожал плечами Ликс, – сказал спросить у принца, мол, тот знает все ответы.

– Понятно, – моргнул рыцарь, – точнее, ничего не понятно. Но ты сам-то как себя чувствуешь?

– Нормально, будто и не было ничего. Стасис, кстати, разрешил нам с тобой тренировки с мечом.

– Что, уже?!

– Нет, через три дня, – уточнил парень, – а тебе – исключительно здоровой рукой.

– Ясно, – кивнул Гран. – Что ж, и то хоть развлечение будет, а то я тут скоро пылью покроюсь, лекарской.

Ликс рассмеялся и легко ткнул гиганта кулаком в грудь. Стоящая рядом Лили спросила:

– Ликс, а вы кем планируете всё время быть, самим собой или Мирой?

– Быть?.. – растерялся парень. – Ах да, Борцэус тоже спрашивал, Мирой, конечно.

– Понятно, – улыбнулась девушка. – Тогда хочу сказать вам, что не забывайте вести себя как девушка.

– Вы о чём?

– Об этом, – Лили изобразила тычок кулаком в грудь Грана.

– А, я понял! – рассмеялся парень. – Да, немного забылся, но спасибо, буду за собой следить. Но… как же тогда с тренировками?

– Во дворе места много, а с улицы не видно, – быстро нашлась девушка, – а женское платье легко можно приспособить под тренировочный костюм.

– Зачем? – удивился Ликс.

– Затем, что вы дама, особенная, но дама, улавливаете?

– Э, кажется, да, – неуверенно кивнул Ликс.

– Тогда всё в порядке, Мира, – и Лили протянула ладонь, а парень пожал её и машинально присел, будто и правда был девушкой.

Лили удовлетворённо кивнула и ушла в дом, а Ликс посмотрел на Грана и вздохнул:

– Что ж, значит, это моя судьба – ходить в женском.

– Но ведь тебе же нравится, – прищурился рыцарь.

– Вот именно, нравится, – согласился Ликс. – Эх, если бы ты видел, какое платье мне подарил Борцэус, мм, мечта! Персиковое, с белыми кружевами, довольно открытое, но то, что груди нет, совсем не заметно.

– И где оно?

– Платье?

– Да.

– Оно убито, – вздохнул Ликс.

– Как это убито?

– Так – я в нём упал в лужу. Сначала, конечно, упал на голову морока, а потом уже в лужу.