Психоанализ и бессознательное. Порнография и непристойность - Лоуренс Дэвид Герберт - Страница 65

С моей точки зрения — и в этом я убежден, — жизнь, и одна только жизнь является ключом к Вселенной. А живой индивид является ключом к жизни. Так было всегда, и так всегда будет.

Когда индивид умирает, начинается царство смерти. Начинаются все эти вещи — материя, элементы, атомы, силы, Солнце, Луна, Земля, звезды и т. д. и т. п. Словом, начинается внешняя Вселенная, космос. Космос — это, по сути, не что иное, как скопище мертвых тел и высвобожденной энергии уснувших вечным сном индивидов. Мертвые тела, как известно, разлагаются на элементы, составляющие землю, воздух, воду, тепло, излучение, свободное электричество и многое другое, о чем нам так толково рассказывает наука. Мертвые души тоже разлагаются, хотя далеко не все. Если разлагаются, то не на элементы материи или физической энергии, а на некие метафизические элементы, переходящие в психическую реальность и потенциальную волю, которые вновь возвращаются в живую психику живых индивидов. Живая душа впитывает в себя мертвые души точно так же, как грудь впитывает в себя воздух и как кровь впитывает в себя солнце. Душа и индивидуальность человека не могут после его физической смерти распасться на материальные составляющие. Мертвая душа остается все той же душой, сохраняя все свои индивидуальные качества. И она не разлагается, а вступает в живую душу и в ней продолжает жить, являясь одновременно и свидетелем смерти, и агентом жизни. Как правило, однако, она не получает права на отдельное существование, она лишь инкорпорирована в живую, индивидуальную душу. Но в некоторых экстраординарных случаях мертвая душа может существовать и действовать независимо от живой души.

Как все это происходит и каковы законы взаимоотношений между жизнью и смертью — этого я не знаю. Но то, что такие взаимоотношения существуют, и именно в том виде, в каком описаны мною, — в этом я твердо уверен. И я так же твердо уверен в том, что если мы сосредоточим на этом свое живое внимание, вместо того чтобы исследовать какие-то абсурдные атомы, то перед нами откроется целая Вселенная знаний. Вселенная жизни и смерти, о которой мы, непосредственно участвующие в этой жизни и смерти, до сих пор ничего не знаем. В то же время относительно мертвой Вселенной, Вселенной материи и энергии, мы накопили целую кучу заумных теорий, попутно сделав массу сомнительных и даже опасных изобретений и открытий, таких, как машины и пресловутые отравляющие газы, без которых человечеству жилось бы намного лучше.

Раз уж нам привелось родиться, мы должны жить, а не играться в машины или идеалы. А жизнь — это, в сущности, спонтанная живая душа, из которой, как из главного центра, и возникает реальность жизни. Спонтанная, живая, индивидуальная душа — вот ключ ко всему сущему, единственный ключ. Все остальное — производное от нее.

Каким образом индивидуальная душа оказалась в центре всего, потеснив даже само Солнце, — этого я не знаю. Но это так. Свое, особенное динамическое напряжение живой души в каждом сорняке, в каждом зверьке и в каждой букашке, отдельно и индивидуально поляризованное по отношению к огромному полюсу Солнца, — вот на чем держится жизнь самого Солнца. Ибо Солнце мы можем принять за большой симпатический центр окружающего нас неживого мира. И можем считать, что дыхание Солнцу дает эманация всего того, что живет и умирает. В космосе пульсируют бесчисленные вибрации живого, которые и есть основа всей материи. Эти вибрации, эти элементы выдыхаются умирающими и мертвыми, выходят во внешний мир и снова вдыхаются живыми существами. Душа Солнца незрима. Само Солнце есть душа неживого мира, совокупный ключ к смерти материальной субстанции, если можно так выразиться. Солнце — это большой активный полюс симпатической деятельности смерти. К нему устремляются вибрации молекул большого симпатического потока смерти, в нем они обновляются и возвращаются назад как огромное достояние, которым активный полюс симпатической деятельности смерти одаривает жизнь и все живое. Но не на мертвой субстанции в действительности держится жизнь самого Солнца. Она держится на динамических взаимоотношениях между солнечными сплетениями индивидов и его собственным, солнечным ядром — держится за счет этой совершенной циркуляции. Материально Солнце состоит из всей отлетающей к нему эманации мертвого. Но живое ядро Солнца поляризовано всем живым и живущим, поляризовано динамическими взаимоотношениями с ядром жизни всего живого, в особенности с солнечными сплетениями людей. Между моим солнечным сплетением и Солнцем существует непосредственная динамическая связь.

Точно так же, как Солнце является великим огненным, животворящим полюсом неживой Вселенной, Луна является другим ее великим полюсом — холодным, не испускающим тепло, но также животворящим, связанным каким-то образом с волевым полюсом всего живого. Мы живем в поляризованных потоках Солнца и Луны. А сама Луна поляризована поясничными ганглиями, прежде всего человеческими. Солнце и Луна динамически поляризованы по отношению к нашей живой материи, на которую они непрерывно оказывают свое влияние.

Луна по самой своей сути является полюсом нашего особенного, земного волеизъявления во Вселенной. Землю на ее космической орбите поддерживает, во-первых, великое динамическое тяготение к Солнцу, а во-вторых, противоположное отталкивание в независимое, отдельное существование, и это отталкивание поляризовано Луной. Луна есть ключ к нашей земной индивидуальной идентичности в необозримых просторах Вселенной.

Луна — мощный центр магнетизма. Совершенно несправедливо считают ее мертвым и мерзлым миром с безжизненными кратерами и тому подобным. На самом деле она состоит из живых, излучающих энергию элементов, таких как фосфор или радий, обладающих мощной химической, кинетической и магнетической активностью, воздействующей на нас из космоса.

То, что мы видим на небе, — это не Солнце. Это входящая и исходящая вибрация — и та, которую смерть извлекает из тела жизни, и та, что возвращается в тело жизни. Не исключено даже, что мертвые души успевают совершить путешествие к Солнцу и обратно, прежде чем мы вдохнем их в свои живые души. Та эманация живого, что мы выдыхаем, также отправляется к Солнцу и возвращается назад, чтобы мы снова ее вдохнули. Точно так же поднимаются прямо к Солнцу и возвращаются назад водные испарения. То, что мы видим, когда смотрим на Солнце, — это огромный, золотой, идущий от земли поток, дыхание смерти, заслоняющее от нас невидимое живое ядро, подобно тому, как туча пчел, повисшая над ульем, закрывает от нас свою королеву. Вот что мы видим, когда смотрим на Солнце. Центр же его мы никогда не сможем увидеть.

То же самое и с Луной. Она навек обращена к нам спиной. Вовсе не лицом, как нам нравится думать, а спиной. Луна точно так же, как Солнце, притягивает воду. Но только не путем испарения, а при помощи той магнитной силы, которую мы называем гравитацией. И вовсе не той, как в случае Ньютонова яблока: пытаясь уподобить эти два явления, мы на самом деле оказываемся дальше от понимания движения океанских вод, чем были до того, как пресловутый плод упал на голову сэра Исаака. Тут мы конечно же имеем не такой простой случай, когда «большой предмет» притягивает к себе «маленький предмет». В лунной гравитации есть нечто особенное и таинственное. Сила этой гравитации оказывает воздействие и на водные субстанции, и на фосфор, и на соль, и на известняк. Динамическая энергия соленой воды коренным образом отличается от динамической энергии чистой воды. Именно динамическую энергию соленой воды отдает море, именно она связывает его с Луной. А Луна — это некий странный сгусток таких веществ, как соль, фосфор, сода. И уж конечно, она не мертвый мерзлый мир и не тот мир, куда, по представлениям многих, уходит холод нашего земного мира. Все это полный нонсенс. Лунный шар состоит из таких динамических субстанций, как радий или фосфор, коагулированных в некий живой полюс энергии, и этот полюс энергии непосредственно поляризован по отношению к нашей Земле, в оппозиции к Солнцу.

Луна рождается из смерти индивидов. Все, что индивидуально, все, что единственно, все, что находится в общности с чистой, универсальной единственностью, испаряется и как бы в едином выдохе летит к Солнцу. Даже древние, осыпающиеся скалы в дневное время суток делают выдох своей каменной смерти, направленный к Солнцу небес.