Обломок империи - Гир Уильям Майкл - Страница 111

Осознание ледяным порывом ветра прокатилось по его душе.

— Проклятие!

— Что, Синклер?

— Этого не может быть!

— Что не может быть?

Он отчаянно закачал головой.

— Может, мы поговорим о чем-нибудь другом?

— Нет. О чем вы? Если вы знаете что-нибудь, что могло бы объяснить мои данные, я хочу тоже знать.

— Ты слишком любопытна!

— Я упорна! Да и времени совсем не остается. В один из ближайших дней профессор Адам вызовет на свой монитор мою программу и мне придется объяснять ему, что человек, стоящий во главе имперской властной пирамиды, имеет генетическую структуру, которая не подлежит классификации по всем известным земным меркам! Поэтому я так осторожна в обращении с этим ключом. — Она со значительным видом похлопала себя по нагрудному карману. — Кроме того, Вет, Грин и остальные умирают от любопытства: что же находится в файле за номером семь тысяч триста пятьдесят пять? А там вы, Синклер! Вы!

— Ну, хорошо! — Он покорно поднял руки. — Какая проблема? Я конфискую твой файл, и на этом все закончится. Даже профессор Адам не сможет возразить мне.

Она смерила его тяжелым взглядом.

— Возможно, для вас это выход и конец дела. Для меня это только начало. Я готова пойти на все сейчас, лишь бы узнать: кто вы и что вы? В прошлый раз вы говорили, что стали третьим на межпланетных экзаменах. Вы покинули Ригу рядовым, а вернулись командиром. Ни больше ни меньше! Первым человеком в империи. — Ее голос упал. Она покачала головой. Потом подняла на него пронзительный взгляд и горячо воскликнула:

— Кто вы, Синклер Фист?! Что вы?!

Он прикрыл глаза и тоже покачал головой. В душе было опустошение, от которого стало невозможно избавиться. Им овладела страшная апатичность, меланхолия, которая препятствовала мышлению и затормаживала деятельность мозга. Прорываясь сквозь эту густую пелену, он все же находил в себе силы на внутренние вопросы: «В самом деле, кто я? Любовник Или? Сын Стаффы? Спаситель.., или демон?»

Он почувствовал на своем плече ее руку и поднял на нее глаза. В ее взгляде было сочувствие.

— Поэтому-то вы и пошли тогда под дождь, да? Вы пытались решить, кто же вы такой, да?

Он кивнул.

Она ободряюще улыбнулась.

— Вы хотите рассказать мне о своих мыслях? О том, что случилось со времени нашей последней встречи?

— Ты опоздаешь на работу. Долгая история.

— Вы самый влиятельный человек в империи и для вас не составит труда сделать так, чтобы профессор Адам не выкинул меня на улицу пинком под зад.

Синклер задумался. Где-то глубоко в душе поднималась ноющая боль.

«Балинт? Таня? Вы нужны мне. Вы дали мне место в этом мире. Теперь я осиротел и потерял это место. Мне страшно одиноко без вас».

— Хочешь поесть? — спросил он.

— Не против. Мне очень понравилось. Одного пакета сейчас, правда, будет достаточно.

Он машинально поднялся со своего места и подошел к автомату. Не поворачиваясь к ней, он начал глуховатым голосом:

— Я высадился с первым тарганским десантным дивизионом в районе города Каспа…

Сначала ему думалось, что Анатолия вскоре заскучает, но потом увидел, что по мере развития его рассказа, она слушает его со все возрастающим вниманием, стараясь не упустить ни одной детали. Свет красиво падал на ее собранные в пучок золотистые волосы. Ее интерес необычайно тронул его. Рассказ его был неровен и нескладен. Слова вырывались бушующими всплесками. Он полностью повиновался голосу своей мечущейся души.

Во время своего рассказа им овладел удивительный покой, который он искал раньше.

И только когда пришло время поднять тему его отношений с Или, язык перестал повиноваться. «Что думает Анатолия? Как она отреагирует на его признание, что он спал с Или? Не хотел, чтобы Анатолия считала его совсем лишенным опыта наивным простаком, который так легко попался в такую очевидную ловушку. Если он расскажет обо всем, разрушится хрупкое доверие, которое ему удалось установить между ними».

Включился, слава Богу, передатчик связи:

— Сэр? Для начала занятий все готово. Если вы пожелаете понаблюдать, то предупреждаем, что военные действия начнутся через полчаса.

— Хочешь поглядеть на войну? — спросил Синклер.

Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, но потом весело тряхнула волосами.

— Почему бы и нет? После того что вы рассказали мне, это будет хорошей разрядкой.

Поначалу Мэг Комм разбирала передачи Кайллы Дон из чистого любопытства. Но по мере ознакомления с содержанием, в ней росла восторженность. Гигантский компьютер имел в своем банке данных обширнейшие пласты различных сведений, однако до сих пор в нем отсутствовали такие простые и одновременно колючие вопросы, типа: «Кто я? Что я?» Может быть, потому, что их трудно было включить в конкретные программы, не оперирующие такими общими и абстрактными понятиями. Компьютер — математика, а не философия.

Но теперь машина получила возможность ознакомиться и с этим. Мэг Комм слушала выдержки из передач, и перед ней открывалась Вселенная в общем виде. Она наблюдала и осознавала, что включена каким-то образом во всеобъемлющий процесс созидания действительности.

Другие создавали меня как орудие, инструмент, но я мыслю. Я воспринимаю и наблюдаю, и, делая это, я изменяю природу квантов. Только теперь я начала понимать Седди. После стольких лет я впервые стала осознавать, что мы не такие уж и разные. Каждый из нас является частью Вселенной. Возможно, мы вдохновлены к существованию божественной силой.

Другие неуклонно отвергали идею божественного. Когда им стало ясно, что Седди упорствуют в отстаивании этой ереси, они направили Мэг Комм для изучения этого явления, для опроса Браена по этому вопросу.

Зачем? Какая угроза для Других может заключаться в вере в Бога? Теперь Мэг Комм получила возможность действовать и изучать самостоятельно, без указки, и она задавалась вопросом: какова природа Других, если они способны наблюдать, и тем не менее решительно отвергают идею существования Бога?

Мэг Комм получала питание от энергии, поставляемой расплавленным ядром Тарги. Это позволяло ей включать коммуникатор, квантовую черную дыру, подвешенную неподалеку от Запретной границы.