Небо, земля и что-то еще… (СИ) - Варенников Александр - Страница 9

Плюшевый медведь. Исчезнувший самолет, на котором она должна была находиться. Случайность, которая могла стоить ей жизни. Нет! – твердо сказала себе Алина, стоя на крыльце в одиночестве. Это просто фантазии. Еще рано делать выводы. Но куда мог пропасть целый самолет? И как эта чертова игрушка могла оказаться вне салона?

– Пойдем, Алина, – окликнула ее Елена, старший бортпроводник. Она окинула коллегу взглядом карих глаз, отчасти скрытых челкой. – Нам пора в автобус.

– Да, конечно.

Тревожный гул разносился по бетонному полю. Десятки сотрудников наземных служб готовили к вылетам самолеты. Курсировали по своим маршрутам автобусы с пассажирами. Привычная суета аэропорта. Взгляд изнутри.

Алина проверяла салон. Чуть заметная дрожь ее рук никому особо в глаза не бросалась. Все были заняты своими делами.

– Тут плед забыли положить…

Но вот к трапу подъехал автобус с пассажирами. Началась посадка. Тишину салона наполнил шум голосов.

– Добро пожаловать…

Улыбка. Алина слышала от одной из коллег историю о том, как однажды пассажиры небольшого самолета решили устроить необычный флэш-моб. Они улыбались на протяжении всего полета. Отдали дань уважения стюардессам. Бывает же…

– Ваше место 18В…

Она думала о тех улыбках, что видела в своей жизни. Ей хотелось думать о чем-то хорошем, да вот только сердце ее тревожно билось в груди в предчувствии чего-то нехорошего. Дрожь не унималась. Будто ее душа знала что-то, чего не знал ее разум.

Сотый пассажир. Еще половина. Боль внутри не унять. Алине хотелось забиться в угол и расплакаться. От одной лишь мысли об этом ее воротило. Как маленькая девочка, – повторяла она про себя. Соберись!

Но вот все на своих местах. Закрытая дверь. Рукоятка в положении «Автомат». Самолет может начинать руление.

Алина стояла в начале салона со спасательным жилетом, надетым поверх формы. Легкими движениями рук она показывала пассажирам, как пользоваться жилетом в случае приводнения. Рутина, на которую многие не обращают внимания. Тем временем самолет уже выруливал по полосе. Впереди его ожидал взлет. Долгое, тревожное ожидание взлета.

– Дамы и господа. Просьба пристегнуть ремни, привести столики и спинки кресел в вертикальное положение…

Плюшевый медведь в руках маленькой девочки. Ничем не примечательная игрушка с добрыми глазками и маленьким ротиком. Алина, увидев ее, чуть не захлебнулась собственным волнением. Огромных усилий стоило ей продолжить демонстрацию с улыбкой на лице. Конечно, многие пассажиры обратили внимание на изменения, но никто не придал этому значения.

Откидное кресло. Ремни безопасности. Тревога, зародившаяся внутри Алины, не угасала ни на минуту. Она набирала мощь, как набирают мощь двигатели самолета перед взлетом. Еще немного, и она готова была закричать на глазах у сотен пассажиров. Поделиться своим страхом с другими людьми. Непростительная ошибка для бортпроводника, да и для человека, пожалуй.

Она закрыла лицо руками. Ей казалось, что так она хоть немного укроет себя от той невнятной угрозы, что нависла над ней. Нет, ей срочно нужно было коснуться земли, почувствовать ее стопами ног. Нет, ей нельзя было лететь тем рейсом!

– Я не могу… – тихо простонала она.

– Алина, что с тобой? – взволнованно спросила Маша. – Алина, ты меня слышишь?

Возросли обороты. Пилот медленно отодвигал от себя рычаг управления двигателями. Показания приборов были подтверждением возрастающей силы, готовой вознести к небу сотни человеческих жизней.

– Нет, я не могу…

Голос Алины принял тон агрессивный. Она готова была разорвать себя на части. Лишиться твердой оболочки, в которую была заключена вся ее внутренняя структура, такая сложная и такая хрупкая одновременно.

– Алина, что с тобой? Ты вся горишь! Алина!

Никак не отреагировав на вопросы Маши, Алина отстегнула ремень безопасности, вскочила и направилась в сторону кабины пилотов. Плюшевый медведь. Рев двигателей. Она уже мало что понимала.

Хорошенько замахнувшись, она постучала по металлической двери, ведущей в кабину пилотов. Повторила действие. На третий раз ее остановила старшая бортпроводница.

– Что ты тут устроила? – возмущенно спросила она. Публика позади нее разразилась громкими разговорами.

– Я не хочу лететь, – тихо отозвалась Алина. На ее глазах проступили слезы. – Я не знаю, что со мной…

– Пойдем, – резко бросила Елена и взяла коллегу под руку. – Маша, принеси воды!

Маша мигом побежала на кухню, где раздобыла бутылку воды без газа. Тем временем самолет остановился. Пилоты сообщили о внештатной ситуации диспетчерам.

– Попей воды, – приказным тоном посоветовала коллеге Елена. – Вот так.

Алина жадно втянула в себя полбутылки воды. Жар внутри ее тела чуть угомонился, но тревога все так же ворочала ее мысли, оставляя вместо них отголоски пустоты.

– Спасибо…

Она протянула бутылку Маше, с ужасом смотрящей то на старшую бортпроводницу, то на саму Алину.

– Что случилось? – спросила Елена. – Ты ведь всех пассажиров напугала!

– Я не могу лететь. Не знаю, как это объяснить. Просто выпустите меня.

– Как тебя выпустить? Самолет на полосе, взлет практически! Возьми себя в руки и сядь на место!

Алина тяжело выдохнула. Она бы и рада была взять себя в руки. Да, не думала она, что подобное может произойти с ней. Сотрясаясь и истекая потом на кухне, она по-прежнему не верила в происходящее.

– Что тут у вас стряслось? – войдя на кухню, с негодованием в голосе спросил командир экипажа. Он направил свой острый взгляд на Алину. – Что с тобой?

– Я не знаю, Андрей. Мне просто стало страшно…

– Так! Я возвращаю самолет. Чертовщина какая-то!

Елена посмотрела на командира экипажа с нескрываемой тревогой. Все прекрасно понимали, чем закончится эта история. Понимала и Алина.

– Все согласно инструкции, – пояснил Андрей. – Я не могу поступить иначе. Мне потом голову оторвут и попрут из летного отряда.

– Я понимаю, – сказала Елена.

Маша тем временем пыталась привести Алину в чувства. Она гладила ее по голове и что-то тихо шептала на ухо. В ту секунду она была нежна как никогда. Будто страх, разлитый по окружающему ее пространству, воздействовал на какие-то особые участки ее мозга, отвечающие за материнские чувства.

– Все будет хорошо. Все будет…

Командир экипажа скрылся за дверями кабины пилотов. Спустя несколько минут огромная махина продолжила свой путь по полосе. Пробежала чуть вперед, повернула. И снова ряды самолетов, неказистые рукава терминалов. Полет окончился, не успев начаться.

– Уважаемые дамы и господа. Из-за внештатной ситуации мы были вынуждены вернуться к терминалу аэропорта. Просим вас не покидать свои посадочные места…

***

Алина сидела на твердой кушетке в кабинете врача. Ее окружали белые стены, украшенные дипломами и свидетельствами. Сквозь приоткрытое окно в кабинет проникал свежий воздух. Ни пылинки в свете полуденного солнца. Стерильно чисто.

Другой день, другое настроение. От былого напряжения, казалось, не осталось и следа. Да вот только взмывающий в небо самолет, который она увидела, когда стояла на крыльце и курила вторую сигарету подряд, заставил ее сердце трепетать. Она боялась, или она стремилась? Алина и сама не знала правды.

А вот врач-психотерапевт знал правду. Паническое расстройство. Страх, застрявший где-то в глубине души, под самым сердцем.

– Временно вы будете освобождены от работы, – сказал он беспристрастно, так, как и должен говорить врач. – Я говорю о месяце, по истечению которого будет проведен повторный сеанс. Ну а там можно будет говорить о возвращении на работу. С анализом крови у вас все в порядке. Есть, правда, некоторые отклонения в работе желез, но все в пределах нормы.

Он чуть помедлил. Поправил очки, украшающие его аккуратное лицо, обрамленное густой шевелюрой и небольшими бакенбардами. Он был похож на красавчика из 70-х годов 20-го столетия. Широкий ворот его рубашки лишь подчеркивал ретро-стиль.