История Гарри (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 63

-Она очень похожа на твою, - добавил вдруг Невилл. - Не один в один, но что-то общее есть... И я еще подумал, что там, в подземелье, струна Квиррелла ощущалась почти так же... ну, пока из него Волдеморт не полез.

-Погоди-погоди... - Гермиона пристально уставилась на тетрадку, потом на меня, снова на тетрадку... - А ведь Невилл прав! И как это я сама не сообразила...

-Я тебе просто глаза намозолил, вот ты и не заметила очевидного, - великодушно сказал я. - А я свою струну вовсе не вижу, не могу сравнить.

-Так... - она вскочила и прошлась туда-сюда, заложив руки за спину (опять-таки, в точности, как Снейп). - То есть, если в Квиррелле сидел Волдеморт, а ощущался так же, то и в тетрадке может быть что-то подобное. Следовательно, наши выводы верны.

-Осталось придумать, как выковырнуть его оттуда, - добавил я, а сам подумал, что не хочу опять обниматься с Волдемортом. Мне не понравилось.

-Смотрите! - позвал нас Невилл, который под шумок завладел тетрадкой. - Надпись исчезает!

-Мы уже видели, - мрачно сказала Гермиона.

-Да нет, то были исчезающие чернила, а это обычные!

Мы переглянулись, а я выразительно постучал себя по лбу. Это ж надо было, а? Мы эту тетрадку чуть ли не рентгеном просвечивали (и просветили бы, если б он нашелся в больничном крыле), а написать что-нибудь обыкновенными чернилами не додумались...

Слова «Меня зовут Невилл Лонгботтом» медленно исчезли, как будто впитывались в страницу. А потом чернила словно вытекли обратно, составив другую фразу: «Привет, Невилл. Меня зовут Том Риддл. Как ты нашел мой дневник?»

«Кто-то спустил его в унитаз, но неудачно», - честно ответил Невилл.

«Хорошо, что я записал свои воспоминания кое-чем, что продержится дольше, чем чернила. Я всегда знал, что найдутся люди, которым не захочется, чтобы мой дневник прочли», - был ответ.

«Так ты правда Волдеморт?» - спросила Гермиона, отобрав у Невилла перо и сказав, что он будет тянуть до второго пришествия. Причем неважно, кого, Христа или этого самого Волдеморта.

Тетрадка не отвечала.

-Ну вот, ты его спугнула, - с досадой произнес я, но тут на чистой странице снова появились слова.

«Том Марволо Риддл», - выдала тетрадка. Потом буквы перемешались, и получилось «Я - лорд Волдеморт».

«А как ты догадался? - спросила заключенная в ней сущность вдогонку. - Хотя постой, ты ведь не Невилл...»

«Долго рассказывать, - написала Гермиона, удивленно округлив глаза. И то, тетрадка различала, кто именно в ней пишет! - Но ты прав, нас тут двое. Меня зовут Джейн Эдвардс».

-Не хочу называть ему настоящее имя, - пояснила она. - А ты вообще побудь пока в запасе с этим своим шрамом.

Я кивнул. Становилось все интереснее!

«Скажи, это ты открыл Тайную комнату пятьдесят лет назад?» - Гермиона явно решила брать быка за рога, то есть Волдеморта за жабры. Главное, чтобы он нас ни за что не взял...

«Почему вы так решили?» - после паузы удивился дневник.

«Это просто, - написала она. - Называется - метод дедукции. Мы собрали доступную информацию, сличили даты и выяснили, что тогда исключили Хагрида, и он сам сказал, почему - из-за Тайной комнаты и монстра. Монстр у него и правда был, но не тот. Потом мы расспросили привидение Миртл. Она помнит два больших желтых глаза, а у монстра Хагрида их было восемь и черных. Так что убил ее не акромантул. Вдобавок они не умеют убивать взглядом! Он бы ее просто склацал. Вот все и сошлось!»

«Что именно?» - уточнил дневник.

Гермиона вздохнула, вслух посетовала на такую непробиваемость и написала:

«Том Риддл подставил Хагрида. Вдобавок Волдеморт умел говорить со змеями, это всем известно, а вход в Тайную комнату открывается, только если приказать по-змеиному. Ты сам признался, что ты - Волдеморт, следовательно, это ты открыл комнату и выпустил василиска, из-за тебя погибла Миртл. А потом ты свалил все на Хагрида и затаился. Так было дело?»

«Так», - последовал короткий ответ.

«А кто ты сейчас? - написал вдруг Невилл, отобрав тетрадку у Гермионы. - Привидение?»

«Я воспоминание, заключенное в этом дневнике», - ответил Риддл.

-Ты очень бодрое воспоминание, - пробормотал я. - Гермиона, спроси его, кто на этот раз открыл Тайную комнату. Не сам же он!

-Я и так знаю, - буркнула она.

-Я тоже, но все-таки спроси его!

«Скажи, кто выпустил василиска в этом году?» - послушно написала она.

«Догадайся», - ответил дневник, и Гермиона вспылила.

«Джинни Уизли, да?» - она так нажала на перо, что едва не порвала страницу.

«Почему ты так решила?»

«Долго объяснять! Вычислила все тем же дедуктивным методом, - ответила Гермиона. - Ты с ней тоже общался, верно?»

«Конечно».

«А почему она решила от тебя избавиться? Это ведь она выкинула тетрадку в унитаз?»

Тетрадка надолго замолчала, а потом Риддла будто прорвало.

«Маленькая Джинни писала в моем дневнике месяц за месяцем, - полились на страницу слова, - рассказывая мне о своих жалких переживаниях: как её братцы дразнят её, как ей пришлось идти в школу в поношенной одежде и с подержанными учебниками, что... что вряд ли она когда-нибудь понравится знаменитому, хорошему, великому Гарри Поттеру!»

Я аж подскочил.

-А кто это? - удивленно спросил Невилл, и на этот раз подпрыгнула Гермиона.

-Ты что, с неба свалился? - она покрутила пальцем у виска. - Это же наш Гарри!

-Но он Эванс, - нахмурился тот.

-А, ну да, - фыркнул я. - Тебе, наверно, бабушка не рассказала. Я вообще-то Поттер, но меня тетя усыновила и дала свою девичью фамилию. Невилл, ты что, прошлый год забыл? Квиррелл меня Поттером называл!

-Я так испугался, что почти ничего не запомнил, - честно ответил он. - Ничего себе! Так, значит, ты и есть мальчик-который-выжил?!

-Да, и это явно секрет Полишинеля, - буркнул я. - Преподаватели знают, вы вот знаете... Кентавры с гоблинами сразу меня опознают, даже Малфой догадался. Хорошо еще, у него язык за зубами держится!

-А откуда Джинни знает, кто ты на самом деле? - спросила Гермиона.

-Наверняка ей родители рассказали, - пожал я плечами. - Либо она подслушала... Да, скорее всего, подслушала, иначе близнецы и Рон тоже были бы в курсе, но они ни разу не дали понять, что знают мою настоящую фамилию!

-Сходится, - подумав, кивнула она. - В прошлом году она одна из детей дома оставалась, а родители могли не подумать, что Джинни их слышит, и что-нибудь обсуждали. Они же из Ордена Феникса, Невилл рассказывал... Значит, точно в курсе. Может, речь шла о том нашем приключении в подземелье...

-Неважно, - перебил я, - главное, она знала и рассказала об этом дневнику. Глядите, он все еще что-то строчит!

«Как же скучно слушать о глупых маленьких проблемах одиннадцатилетней девочки, - продолжал Риддл, который слышать нас, конечно, не мог. - Но я был терпелив. Я писал ей в ответ, я сочувствовал ей, я был добр. Джинни просто полюбила меня. Никто никогда не понимал меня так, как ты, Том… Я так счастлива, что у меня есть такой дневник, которому я могу довериться… Это как друг, которого я могу носить с собой в кармане… Ха! Ха! Ха!»

Увидев этот злодейский смех, как в комиксе, я сам невольно заржал, а за мной и прочие.

«Мне всегда удавалось очаровывать нужных людей, - писал Риддл. - Поэтому и Джинни излила мне свою душу, и её душа оказалась именно тем, чего я желал. Я становился сильнее и сильнее, питаясь её самыми глубоко запрятанными страхами, самыми тёмными тайнами. Я становился могущественней, намного могущественней, чем маленькая мисс Уизли. Достаточно могущественным, чтобы начать открывать ей некоторые из моих тайн, показывая маленькие частички моей души…»

«То есть моя догадка верна?» - написала Гермиона.

«Да. Это Джинни Уизли открыла Тайную комнату. Она душила школьных петухов и писала на стенах. Она натравила змею Слизерина на грязнокровок и кошку сквиба».

-Круто... - прошептал я. - Вот это, я понимаю, манипуляция сознанием! Какие там сектанты!