Фэнтези-2003 - Зорич Александр - Страница 110

С утра зазвонили в сельской церкви. В осеннем воздухе звон далеко слышен, до самых укромных укрывищ достигает.

— Звонят — воду мутят, — ворчала Кика.

Вообще от колокольного звона не было ей ни жарко ни холодно, но сегодня все не так. Трезвонили к свадьбе, дролечка Степа женился на гугнивой Малушке. Как-то там посестренка убивается?.. Не показывает чудесное окно деревни, праздничных людей, румяные лица. Лишь бряканье железного била в медный колокольный бок доносится в затинок. И сколько ни смотри, увидишь только приснеженную топь, исчахлые деревца и девчонку, что, прижав кулачки к груди, бежит, не увязая в подмерзшем мху.

У болота цепкая память, сверху может декабрь трещать, а под моховым одеялом прячется воспоминание об июньской жаре. Тепла трясина и гостеприимна.

Кика встретила беглянку на полпути к незамерзающим окнам.

— Куда ты, подруженька?

Анюта остановилась, кинулась в ноги болотной хозяйке.

— Кикушка, родная, помоги! Я знаю, ты говорила — у тебя средство есть. Забыть его хочу!

— Есть средство, как не быть. От всего на свете есть средство, — Кика достала заботливо припасенную слезу. — На, вот, глони. Полегчает.

Ни мгновения не колеблясь, девушка проглотила прозрачную каплю.

Кто знает, о чем плачут среди травы скользкие болотные слизни?

Взгляд Анюты стал спокойным и отрешенным. Не приведи судьба никому из живых смотреть на мир таким взглядом.

Кика ухватила названую сестру за руку, повела к знакомому топкому месту.

— Вот и хорошо, — твердила она, — вот и ладненько. Пошли, сестренка, домой, в затиночек. Ты, главное, пока сквозь трясину плыть будем, зажмурься и не дыши. А там — Стынь-камень всякую боль остудит.

Мамочка

— Мамочка, а это когда будет?

— Скоро, я же тебе говорила.

— Прямо сегодня?

— Ну, не совсем сегодня… в полночь.

— Все равно, это уже почти сегодня. А другие ведьмы на посвящение придут?

— Нет. Только мы с тобой.

— Ой, как здорово! А идти далеко? Или мы полетим?

— Мы пойдем пешочком. Это совсем близко, почти здесь.

— Жалко… Я бы хотела лететь как настоящая ведьма.

— Ведьмы тоже не все умеют летать, а только самые сильные.

— Ты у меня самая-самая сильная!

— Ладно, болтушка, собираться пора. На вот, держи.

— Ой, мамочка, что это?

— Твое новое платье. Нельзя же тебе сегодня быть замарашкой.

— Какое красивое! Мамочка, а разве ведьме можно белое платье надевать?

— Ты же у меня еще не ведьма.

— Но когда я пройду посвящение, его будет нельзя. Хотя ну и пусть, я его какой-нибудь бедной девочке подарю… только сначала оно в шкафу повисит, а я буду иногда любоваться. Ну как, мама, хорошо?

— Просто замечательно! Пройдись по комнате, я погляжу… оно тебе очень к лицу.

— А можно я брошку с незабудками возьму?

— Можно.

— А это ничего, что она серебряная?

— Надевай, не бойся. Или ты собираешься стать вампиршей?

— Ой, мамочка, ты как скажешь! Вампирши, они же противные! Холодные как лягушки. Брр!..

— Готово? Только накинь пелеринку, а то на улице уже прохладно.

— Мам, а почему ты дверь не запираешь? Ты ее заговорила, да?

— Легонечко, совсем чуть-чуть. Ты смотри, какие звезды! Сегодня безлунная ночь и самые яркие звезды в году.

— Деревенские говорят, что звезды — это глаза ангелов, которые следят, чтобы люди не грешили.

— Глупости. Тогда бы все грешили днем, когда звезды не горят. Звезды — это небесные огни, поставленные, чтобы находить дорогу. Днем нельзя высоко летать, солнце сожжет, а ночью — самое лучшее время. А чтобы не заблудиться, на небе загораются звезды. Большой ковш, Малый ковш, а вон — Чертовы вилы, люди называют их Волосы Вероники. А это — След метлы, или Млечный Путь.

— Это дорога, по которой мы будем летать на шабаш?

— Нет. Так высоко могут подниматься только великие колдуньи, да и то это происходит очень редко. Тогда на небе виден настоящий след метлы, и люди говорят, что явилась комета. Огненная звезда полыхает на небесах много ночей подряд, и никто не знает, что повело чародейку в такую даль, какие дела она вершит. Помыслы великих сокрыты от простых людей, да и колдунов тоже. Ведьмы низших степеней могут лишь смотреть в эту высоту и завидовать.

— Мамочка, а ты какой степени?

— Я — ученая ведьма. Это почти самое высокое звание. Обычные, природные ведьмы бывают двух видов: те, которые умеют только вредить, — это самые слабые, и те, которые умеют лечить. Еще бывают люди с зеленой рукой, но это уже почти не ведуньи, просто у них, что ни посадят, все растет. А иные знают петушиное слово, их тогда никакой зверь не трогает, даже цепной пес к такому ласкаться станет. Ученые ведьмы гораздо сильнее их всех, они и лечить могут, и вредить, если понадобится. По ночам летают только ученые ведьмы, потому что им подвластна вся природная магия, а не часть, как обычным колдуньям.

— Я тоже буду ученой ведьмой. Это так здорово — все уметь, чтобы люди просили помочь им… вот как та красивая тетя, что приходила к тебе недавно. Она так кланялась, так кланялась, мне было ужасно жалко, что у нее заболел мальчик, и я радовалась, что ты его вылечишь.

— С чего ты взяла, будто у нее заболел мальчик?

— А потому что девочки слушаются мам и с ними никогда ничего не случается. Ну, может, горлышко заболит, и надо будет лежать в постельке и глотать сладкую микстуру. А мальчишки везде бегают и ломают ноги. И если им не поможет ученая ведьма, то они так и останутся хромыми.

— А!.. Понятно. Только у этой тети нет ни мальчиков, ни девочек. Она просила, чтобы я извела ее старого, ревнивого мужа, из-за которого она не может часто встречаться со своим ухажером. Она думает, что, когда овдовеет, ухажер женится на ней. А я знаю, что он все равно бросит ее через месяц, потому что собирается жениться на другой. И тогда эта дама придет и станет просить, чтобы я свела в могилу ее бывшего любовника. Просто из мести. Люди всегда так: делают одну мерзость за другой, то из любви, то из ненависти, но во всем непременно винят нас. Твоя красивая тетя тоже не понимает, что это она убийца, а я — всего лишь ученая ведьма, которая хорошо выполняет свою работу.

— Никакая она не моя, и не красивая, а очень даже противная. И на шее у нее вовсе не родинка, а бородавка. Ее вообще в жабу надо превратить. Почему ты ей помогаешь, когда ее надо превратить в жабу?

— Ну, во-первых, не умею превращать в жаб людей, даже таких нехороших. Это могут делать только великие ведьмы. И потом… мне просто приказали выполнить ее просьбу. Ученым ведьмам подвластны природные явления, но ведь есть еще инфернальные силы, а им могут приказывать лишь великие. Я, конечно, была вправе отказаться, но такие вещи могут плохо кончиться. С потусторонним лучше не шутить.

— Тогда скорее становись великой ведьмой.

— Эх ты, глупышка… Чтобы стать великой ведьмой, надо пройти через непредставимые испытания. А во время посвящения приходится приносить ужасные жертвы, так что все великие до конца своих дней остаются несчастными.

— Мамочка, но ведь у тебя буду я! Мы обе станем великими ведьмами и будем лететь среди звезд по своим никому не ведомым делам. Люди начнут глядеть в небо и говорить: «Смотрите, там две кометы разом — большая и маленькая! Такого еще не бывало, не иначе нам грозит эпидемия насморка и другие ужасные бедствия!» А маленькие дети будут играть, будто в небе летает комета-мама и комета-дочка. Они будут правы, но этого никто не узнает. Правда я замечательно придумала?

— Да, конечно. Ну вот мы и пришли.

— Мамочка, но это же просто дом! Я думала, мы пойдем в какой-нибудь склеп или заброшенную церковь.

— Склеп годится только для грязных некромантских извращений, а церкви давно облюбовала мелкая нечисть. Нам нечего там делать. Все серьезные дела происходят в самых обычных домах. Осторожнее, здесь ступеньки… Ну вот, теперь можно зажечь свет. Пелеринку повесь вот сюда и дай я тебя причешу…