Фэнтези-2003 - Зорич Александр - Страница 126

Будь клиент серьезным, Геральт вскочил бы как миленький. А так можно было позволить себе роскошь целых два часа валяться и ничего не делать. Разве что думать.

Например, о том, что жизнь ведьмака, в сущности, состоит из одинаковых повторяющихся блоков, только совершенно произвольно перемешанных. Взять хотя бы сегодняшнее пробуждение и «Эй, ведьмак, к тебе пришли». Сколько раз это уже происходило и сколько раз еще произойдет? Сколько раз Геральту и его коллегам — Ламберту, Эскелю, Койону — предстоит совершать одни и те же циклические действия? Получил аванс, разделался с каким-нибудь опасным механизмом, пошел искать очередное задание. Нашел очередную работенку, получил аванс, разделался с каким-нибудь опасным механизмом…

«Наверное, — думал Геральт, — бытие любого обывателя-живого тоже состоит из повторяющихся блоков. Таких же, как рабочие циклы заводских роботов, записанные на компакт. Разнится лишь способ записи да содержимое цикла. Чем обыкновенно занимаются простые живые, жители обыкновенных кварталов Большого Киева или Большой Москвы? Или любого мегаполиса Евразии?»

Некоторое время Геральт тщетно напрягал воображение. Потом даже сел в кровати от нахлынувшего удивления.

Он не мог вообразить — чем заняты день-деньской живые киевляне или москвичи? Или обитатели любого мегаполиса Евразии? Ну, там, жена-дети… Понятно. Но как они добывают пропитание? Как общаются друг с другом, с домашними? С женами, в конце концов?

Мир вокруг ведьмака состоял только из слепой злобы враждебных механизмов, скупости нанимателей да глухой неприязни окружающих — тех самых живых-обитателей, чья жизнь оказалась для Геральта непредставимой. Впервые в жизни Геральт осознал, насколько отличается от тех, чей покой призван хранить.

Но можно ли сказать, что у ведьмаков что-либо отняли? Для этого нужно как минимум иметь с чем сравнивать.

Что тот же Геральт знает о семье? Его семья — это такие же угрюмые одиночки, истребители механических чудовищ. Это старый Весемир и хромой Владзеж. Это сопливая пацанва в Арзамасе, еще не прошедшая испытания фармацевтикой, и подрастающие счастливчики, выжившие после клинического кабинета. Мутанты. Не-живые.

Семья ведьмака — верный ноутбук и глобальная сеть, вместилище знаний и слабо упорядоченной информации. Не раз выручавшая в самых немыслимых передрягах помповуха и простенький нож при поясе.

А что называют семьей остальные?

Сон как рукой сняло. Повалявшись еще минут десять и так и не найдя ответов, Геральт уныло поплелся в душ. Раз уж оплатил последними деньгами мирские удобства, надо использовать их на полную катушку.

Под струями горячей воды нежданно нахлынувшие вопросы и мысли отступили, уступив место простому физиологическому блаженству.

«А все-таки хорошо, что я мутант, — подумал Геральт, изнывая под душем. — Вряд ли обыватель настолько отчетливо и выпукло, каждой клеточкой кожи, каждым сенсором ощущает, насколько это здорово — быть чистым».

За минуту до полудня, когда Геральт, одетый и собранный, снова валялся на кровати, в дверь опять постучали.

— Да-да!

Вошел давешний коридорный.

— Э-э-э… — Коридорный стрельнул туда-сюда наметанным взглядом. — Я вижу, ты не станешь продлевать номер?

— Не стану.

Геральт поднялся, забросил на плечо выцветший рюкзачок и приладил к боку ружье.

— Ну, что же… Там, за дверью один живой дожидается. С самого утра. Я его до десяти не пускал.

— Правильно, что не пускал. Спасибо. Извини, на чай ничего не будет — деньги кончились.

Коридорный безрадостно вздохнул. А Геральт спустя пару секунд уже оказался вне номера.

У дверей, нервно переминаясь с ноги на ногу, дежурил щуплый тип довольно жалкого вида. Он был примерно одного роста с Геральтом и почти того же телосложения. Но если ведьмак производил впечатление живого целеустремленного, сильного, решительного и уверенного в себе, то потенциальный клиент выглядел жалким и издерганным. Он казался ниже, нежели был на самом деле, плечи безвольно опущены, взгляд заполошно бегает, губы дрожат…

Типичный нюня и неудачник.

— А… Здравствуйте…

Геральт молча смерил его взглядом.

— У меня… Простите, что беспокою… У меня к вам дело…

— В баре, — сухо, суше даже чем обычно, отозвался Геральт. — Поговорим за яичницей со шкварками и кружкой пива.

Глаза незнакомца забегали еще сильнее.

— Я… не могу… У меня нет денег… Совсем.

— В таком случае не могу быть полезен, — так же сухо отрезал Геральт.

«Проклятье, — подумал он. — Ни заработка, ни завтрака. А Весемир вчера звонил, намекал, что Арзамасу-16 нужно срочное вливание на счет…»

Что-то там у них накрылось из жизненно важной машинерии. Пока заказали в кредит, у Халькдаффа на Выставке. Но ведь за покупку придется вскоре расплачиваться. Причем чем раньше, тем лучше. А тут, как на грех, ни у одного из действующих ведьмаков ни единого заказа!

— Это выгодное дело, — мямлил нюня, семеня за Геральтом по коридору. Ведьмак ступал уверенно и бесшумно, а под нюней даже покрытый ковровой дорожкой пол противно постанывал и поскрипывал.

— Без предоплаты не работаю, — не оборачиваясь бросил ведьмак и замолчал, на этот раз надолго.

Всю дорогу до лестницы, на самой лестнице и в холле гостиницы нюня плелся позади и канючил, канючил, канючил… На месте ведьмака любой живой не выдержал бы и взорвался. Наорал бы, а то и приложил надоедливого нюню. И хорошо, если ладонью, а не кулаком. Но Геральт его просто перестал замечать. Будто выключил слух и позабыл о нервах.

Ведьмаков не так-то просто вывести из себя. Говоря по правде, это вообще вряд ли возможно.

На улице ведьмак на мгновение замер, оглядываясь и размышляя — куда бы пойти? Нюня едва не налетел на него со спины — в последний момент Геральт неуловимым движением ушел с пути нюни, едва заметно двинул ногами и полуобернулся.

Нюню пронесло мимо, а ведьмак принялся спускаться по лесенке.

Десять ступенек. Четыре секунды, если не торопиться.

Нюня снова пристроился следом, не прекращая увещеваний.

«Во привязался-то», — подумал Геральт без всякого раздражения.

Раздражаться по разным пустякам? Вот еще!

Под ложечкой начало противно посасывать — полдень уже миновал, и организм тактично напоминал о насущных потребностях. В принципе ведьмак легко мог голодать и день, и два, и больше — если потребуется. Но кто говорит, что это доставило бы ему хоть каплю удовольствия?

Он направился прочь от гостиницы, к автовокзалу. Привычные городские шумы поглощали бы голос никак не желающего угомониться нюни, если бы Геральт сам не отсек все посторонние звуки.

С торца к гостинице примыкал ухоженный скверик со скромным памятником в центре. Вокруг памятника, вплотную к подстриженным кустам, очень удачно разместились несколько лавочек.

«Во! — подумал Геральт с воодушевлением. — Самое то для поразмыслить и принять решение!»

Вскоре ведьмак уже вольготно расположился на лавочке, рядом со снятым рюкзачком. Вдохнул полной грудью… и обнаружил рядом упрямца-нюню.

— …Это действительно выгодное дело! Там денег на все хватит, и комплекс оплатить, и на ваш гонорар, и мне, чтобы откупиться. Даже останется еще! Там почти триста двадцать тысяч!

Названная цифра эхом отозвалась в мозгу Геральта. И заинтересовала.

— Триста двадцать тысяч чего? — уточнил ведьмак ровным голосом.

— Гривен! Триста двадцать тысяч гривен! Целое состояние, правда? — воодушевился нюня.

Его заметили! Его слушают!

— Осталось только добраться до комплекса и получить деньги! Я уверяю, дело верное!

— Стоп. — Геральт прищелкнул пальцами. Весемир вчера упомянул сумму в сто десять тысяч гривен, потому Геральт и заинтересовался. — С самого начала. Только коротко. Тебя как зовут?

— Лимон… Леха Лимон, — пробормотал человечек и неловко привстал. — К вашим услугам!

«Ага, — скептически подумал Геральт, не изменившись, впрочем, в лице. — Ты наслужишь… Месяц потом разгребать придется».