Фэнтези-2003 - Зорич Александр - Страница 56

Но тут Туриг вспомнил, что сейчас именно он — последняя страховка юноши. Он не имел права обмануть Фрохалька. Это значит, что он снова будет неподвижно стоять на огромном камне, стараясь не прозевать мгновение, когда сраженный врагами могучий соквоорг падет на мост и более не сможет подняться.

Командор Голубой колонны Ноцайр и Глаз Йирха Бугаш до поздней ночи обсуждали сложившуюся ситуацию. Они сидели в шатре бывшего тысячника Непобедимой тысячи Поркуша. Поркуш был разжалован и связан. Его дальнейшая судьба была незамысловата — стать козлом отпущения на предстоящем судилище в Бодаше. Судьба весьма незавидная.

Но ситуация на перевале до сих пор оставалась туманной и какой-то дурацкой. Реанский герой-одиночка — уму непостижимо! — успешно сдерживал на узком мосту лучшую хархскую армию. Очевидцы говорили, что он якобы не человек. Возможно, демон или же пришедший на помощь своим детям реанский бог.

Тщательное дознание почти ничего не дало. Бугаш и Ноцайр допрашивали выбранных по жребию солдат из двух разгромленных сотен. В то время как храмовые палачи потихоньку поливали их кипящим маслом, они, вопя и визжа, рассказали все подробности этого поистине невероятного боя.

Собранные таким способом сведения сводились к следующему. Сила колдуна просто невероятная — одним ударом разрубил четверых. Быстрота — ловит рукой стрелы на лету. И оружие, и панцирь из серебра. Но это особо прочное серебро. Оно легко рубит большие щиты. И осталось совершенно непонятным, в чем же уязвимое место этого воина или демона.

Ноцайр с Бугашем так и не пришли к единому мнению. Пока они решили просто держаться проверенной в битвах тактики. И посмотреть на чудо-воина собственными глазами.

Барабаны все били и били, шеренги копейщиков шли и шли вперед, а соквоорг работал и работал своим страшным мечом. Это даже нельзя было назвать битвой. Это была изматывающая, чрезвычайно кровавая работа. Скучная и монотонная.

Соквоорг методично совершал челночные перемещения поперек моста — туда-сюда, туда-сюда. За один проход он уничтожал одну шеренгу солдат. Эти солдаты, совершенно не боялись смерти. Даже когда над ними молнией взлетал безжалостный меч, они тупо продолжали ломиться вперед, лишь наконечники копий поднимались и старались ткнуть соквоорга. Поэтому первым ударом соквоорг обрубал наконечники, а вторым — рубил наступающих солдат. За все это время только чуть больше десятка вражеских воинов избежало его страшного меча. Он отдал их своим, не сожалея.

Чужие солдаты все шли, и глаза их оставались такими же пустыми. Наконец поперек моста вырос кровавый вал, через который наступающим стало трудно перебираться. Они спотыкались и падали, а соквоорг все так же методично отнимал у них жизни.

Туда-сюда, туда-сюда…

И барабаны, признав поражение, замолкли.

— Они не врали, — мрачно выдавил Ноцайр, — он и вправду не человек. Здесь наверняка замешано какое-то колдовство. Как ты полагаешь, Бугаш?

Бугаш медленно отвернулся и долго смотрел на вздымающиеся слева гигантские горы. Это было красивое, величественное зрелище, и оно помогало Бугашу успокоиться.

— Говоришь, колдовство? Ну-ну… Если ты, Ноцайр, задумаешь объяснять перед Хухаром свою неудачу колдовством, сам знаешь, лучше приготовить достаточно веские доказательства. Иначе непременно придется доказывать это собственной шкурой. Запомни, варенной в масле шкурой… Знаешь, о чем мне сейчас подумалось?

— О собственной шкуре?

— Не совсем. Ты видел, как он легко разделывался с копейщиками? Ты видел?

— У копейщиков не было шансов. Ни одного.

— Но почему? Потому, Ноцайр, что они кололи по очереди. Только по мере того, как он добирался до них. Но представь, Ноцайр, что у них в руках не копья, а луки!

— Луки?.. Идущие фалангами лучники? Бугаш, это даже не смешно! Ни один командир…

— Да знаю, знаю, Ноцайр! Что так никто никогда не делает. Однако… Вспомни, никто и никогда еще не попадал в такое положение, когда один боец уничтожает армию. Твою армию! А если ему и дальше позволять это — уничтожит полностью. Уничтожит! И тогда ты, дружище Ноцайр, с подобающими случаю криками пойдешь жертвовать свою кожу Йирху.

— Ну, хорошо. Допустим, у них луки. И что?

— Хм… Хотя бы то, что вся шеренга сможет наносить удары. Представь, сразу вся шеренга! А не только те, кто ближе к нему. Я думаю, в этом случае вторая и третья шеренга тоже смогут поддержать первую. Понял? Кто-нибудь да попадет!

— Наверное. Умно, Бугаш. Но знаешь… вчера он легко разделался с лучшей стрелковой сотней. Что от нее осталось?

— Паника! В сотне началась паника. Они не сопротивлялись. Они бежали, а он резал их сзади, как волк ягнят.

— Как ты думаешь избежать паники, Бугаш? Не давать же лучникам сойру. От сойры все плывет перед глазами, можно только копьем тыкать… Хотя, конечно, я понимаю, все в воле Иирха! Авось кто-то и попадет…

— Не тревожь имя Иирха всуе! Помни, именно нашими руками вершит Иирх свою волю. И мы обязаны не жалеть усилий. Сойра, конечно, плоха. В этом главная сложность. Но существует еще один способ. Хотя это мое дело! Ты же расставь сотни полторы лучников и хорошо объясни им задачу. Прямо сейчас!

— Ладно… сделаю.

— Сделаешь, если желаешь, чтобы твоя кожа и дальше оставалась на тебе, дружище Ноцайр!

Соквоорг делал все как надо. Он не пропустил врагов к своим, и враги отдали ему положенную дань. Он посмотрел на недавно сотворенный им высокий вал кровавых тел.

Все идет как надо!

Но что-то уже было не так. Изменения начались в нем самом. Все сильнее чувствовалась отвратительная тянущая боль в руках и ногах. Он неожиданно понял, что безвозвратно потерял ощущение легкости и точности движений. Особое ощущение, которое и делало его тем, кем он был. Страшная правда молнией пронзила его — он начал умирать! Откуда он знал о приближении смерти? Нет, над этим вопросом он не думал. Однако принял очередное испытание, как подобает сыну Воорга, — стоя на боевом посту.

Единственным его желанием было уничтожить возможно больше врагов. Чтобы помочь своим.

А глупые враги торопливо строились, очевидно, снова собираясь идти в атаку. В стане врагов поднялась суета. Солдаты встали плечом к плечу и подняли над головами бронзовые щиты. На образовавшейся из этих щитов площадке появился человек. Он воздел руку и заговорил, а солдаты встречали каждую его фразу восторженными криками. Группа воинов стала затаскивать наверх какой-то завернутый в голубую ткань предмет. Предмет установили на щитах и сорвали с него ткань.

Взору присутствующих открылась тонкая, ярко-голубого цвета колонна, вокруг которой обвивался толстый розовый червь. Червь угрожающе поднял увенчанную золотой короной голову. Из его широко раскрытой пасти торчали острые зубы.

— Йирх! — завопила толпа. — Йирх! О-о-о-о!..

Со своего валуна Туриг наблюдал, как соквоорг противостоял затяжному, воистину нескончаемому штурму хархов. Подобно несокрушимому утесу, демон перегородил Тайранский мост. И враги оказались бессильны.

Но ощущение безнадежности не покидало стротана Турига. Он со своего места отлично видел ждущую своего часа хищную голубую змею. Он понимал, что количество солдат у противника почти не уменьшилось.

И еще он знал, что демон соквоорг скоро умрет.

Чувство безысходности придавливало стротана Турига к каменистой земле, грызло его душу. Острыми зубами оно вцепилось стротану в самое сердце…

Стротан будто наяву увидел пылающие дома реанцев, слышал их мольбы о помощи. Хархи не пощадят их!

«Интересно, — задумался он, — смог бы я пожертвовать своей бессмертной душой, чтобы спасти Реану?»

Спасти Реану!.. Спасти Реану!.. Спасти!.. — билась и билась в голове отчаянная мысль.

И тут он увидел, как над толпой вражеских солдат вознеслась колонна с обвившимся вокруг нее Червем Иирхом.

Соквоорг увидел своего главного врага и теперь был в полной растерянности. Он совершенно не знал, что ему делать дальше. Он узнал хищный оскал Отца Тьмы Свеирга на этом вознесшемся над головами солдат идоле. И он серьезно засомневался в правильности своей цели.