Пестрая бабочка 3. Безумие Абао (СИ) - Белозерцева Кристина - Страница 42

Мы почти миновали пролет, когда показалась первая фигура в сером балахоне. Ветра не было, но ткань колыхалась, словно бы сама по себе. Хм-м... Может это существо дышит всем телом? Из того места, где у человека должны быть спина и плечи, росли какие-то полупрозрачные сверкающие выросты, похожие на кораллы. А вот интересно, если наломать и сделать ожерелье? Да какой же бред в голову лезет.

- Что ты тут делаешь?

- Иду, - дурацкий вопрос - дурацкий ответ.

- Только светлая душа может пройти, не отягощенная ненавистью и безумием.

- Глаза разуй, - буркнул кто-то у моего плеча, - а то сам не видишь, какая душа.

Я обернулась и увидела черноволосого широкоплечего красавца, очень похожего на молодого Даро, только с эриковскими зелеными глазами.

- Шепот, - представился он, ухмыляясь, - и лично я дальше идти не могу. Что? Да, тебе повезло. Все самое веселое в тебе - это я. И да, здесь я могу от тебя отделиться. Буду ждать тебя внизу, удачи.

Я уже ничему не удивлялась.

- Это не по правилам! - заволновалось существо, мимо которого мы просто прошли.

- Какие, в Бездну, правила! - завелся Шепот. - Мы тут на хрен мир спасаем!

Страж принялся яростно спорить о чем-то со вторым порождением моей шизофрении, внезапно от меня отделившимся, и мы дошли до конца пролета. Я остановилась передохнуть и оперлась на перила, тяжело дыша. А чего? Не так все и плохо пока. Хоть драться ни с кем не нужно.

Второй страж остановил нас буквально через пару ступеней. Его балахон был цвета черного жемчуга.

- Ты слишком тяжелая, - мрачно проговорил он, - страстей слишком много. Лестница тебя не выдержит.

- А у кого их нет? - пожала я плечами, держа Абао за руку.

Оно перестало быть таким зыбким и напоминать призрака, теперь существо казалось лишь полупрозрачным, а кожа, волосы и щупальца начали немного отличаться цветом.

- У святых, - буркнул страж, - для них дорогу делали.

- Так зато я рабом страстей не становлюсь, - пожала я плечами, - я к ним легко отношусь, понимаешь? Легко относиться к тяжелому - большое искусство!

Существо оторопело.

- Ты что, не понимаешь, насколько это серьезно?

- Вот только уволь меня от пафоса.

Страж покачал головой, чуть отодвинувшись, - на свой страх и риск, мол - и мы двинулись дальше.

Еще один представитель встречающей делегации держал в руках блестящие бронзовые весы, чуть покачивающиеся в длинных пальцах, которых, кстати, было семь. Он без спросу сунул руку куда-то мне в шею и вытащил пригоршню красных, бурых и черных камней. Это было не больно, но немного щекотно. Я отшатнулась, чуть не потеряв равновесие, но Абао удержало меня. Голос нового персонажа был скрипучим, как старая лестница, и казенным, как кабинет Кловера.

- Что у нас тут самое темное? Ага... Ревность, - констатировал он, кидая на чашку камни, - ненависть, убийства, впрочем, это самозащита, ну и так еще по мелочи. И вот это...

От антрацитово-черного кристалла шла тонкая золотая цепочка к Абао. Похоже, так выглядит отчаяние. Вот он какой, Камень Скорби. Весы, надо сказать, преизрядно накренились вбок.

- Поищи что-то для равновесия, - шепнуло Абао, наклонившись к моему уху, и теперь у него уже было легкое теплое дыхание.

Я поколебалась миг, а потом сунула руку в горло и тоже извлекла горсть кристаллов.

- Раскаяние, - начала я с бледно-голубого топаза, - дружба, сострадание, милосердие, бескорыстная помощь, а это что такое оранжевенькое...

- Храбрость, - мрачно был вынужден подсказать страж, когда чаши весов дрогнули.

- Хорошо, пусть будет храбрость. А еще самопожертвование и любовь - видишь, красненький какой камень! Да он бы и один все перевесил!

- Любовь? - фыркнул страж. - Такого цвета? Страсть - не больше того!

- Ты на весы смотри, - посоветовала я, - или будем торговаться? Мы что - на базаре?

- Не хами.

- А ты уйди с дороги.

Существо отошло в сторону, не говоря больше ни слова, только головой покачало. А я только посетовала про себя, что не нашла камешка с надписью "уравновешенность". Цепочка, ведущая к антрацитовому кристаллу, замерцала и рассыпалась прахом. Вот и чудно, похоже, полдела сделано, да и Абао после этого заметно ожило.

В конце пролета от нас отстал Лусус, оказавшийся блондином с карими эльфийскими глазами, он потрепал меня по плечу и принялся отвлекать еще одного типа в капюшоне. Абао обрело плотность, цвет, жизнь. Его щупальца мерцали радугой, а в глазах светились галактики.

- Ты не пройдешь! - возвестила фигура на голову выше предыдущих. - Этот выход строили для тех, кто чист и предан добру! Завеса не пропустит тебя!

Я пожала плечами, не понимая, что несет очередной пафосный безумец, и пошла мимо, ведя Абао за руку. Вокруг начали тесниться еще фигуры, перешептывающиеся между собой.

- Но ты - не добра! - крикнул кто-то из них.

- А что есть добро?- полюбопытствовала я, останавливаясь и вспоминая лекцию Дэвлина о пауках и мухах. - Ловушка дуализма. А с весами, как мы недавно выяснили, у меня все в порядке.

- Она действительно не видит разницы, - ахнул кто-то, - не прибегает к софистике, а искренне не видит различий!

- Ага, - проворчал низкий голос, - да она эту преграду даже не заметила!

- Не увидела!

- Поверни назад!

До красивого беломраморного балкона оставалось несколько ступеней.

- Зачем?

- Побойся богов, запечатавших этот мир! Их правила...

- Вот не надо о богах, - прервала я говорившего, начиная заводиться, что придало мне сил еще на несколько шагов, - с одним я пью, двоим служу, а одна мечтала заполучить мою голову на Зимнее Солнцестояние. Боги меня не пугают. Озадачивают - трандец как, но не пугают.

- Одна ступенька, - грустно улыбнулось Абао, - нам пора прощаться, моя хрупкая Пестрая Бабочка. Ты и правда больше не испытываешь той ненависти к миру. Я больше не связано, я - свободно!

- Куда ты теперь?

- Куда угодно! Туда где тепло, светло и нет границ! Прости, я ничем не могу отблагодарить тебя, как подобает.

- Одна ступень еще, - этот страж был в переливающейся всеми цветами мантии, - и ее ты не сможешь перешагнуть, смертная. Эта ступень - страх! Это место не для людей! Что если ты сделаешь еще шаг и исчезнешь? Что если ты вернешься, и твой демон выпьет тебя? Или ты увидишь, как умирают все, кого ты любишь? Снова?

Я помолчала немного.

- Всем когда-то приходит срок, - проговорила я, облизнув губы и почти повиснув на перилах, - все, что я могу сделать, это провести все возможное время рядом с теми, кто мне дорог, не отравляя их жизнь ссорами, обидами и прочими глупостями. Эта мысль успокаивает меня, я делаю все, что могу, - тут мне снова вспомнилось, как Эрик впервые вернулся из мертвых, - а иногда даже больше, чем могу.

- Ты сама-то веришь в то, о чем говоришь?

Я немного подумала, перебарывая смертельную усталость. Храбриться больше сил не было.

- Да пошли вы все, - выдохнула я, - вера, правила, боги, судьба... Как же вы все задрали уже со своим пафосом. Душа! Геомантия! Я - человек. Я просто делаю то, что должна, и будь, что будет. Мне вообще что, слишком много надо? Я искала что ли силы? Или власти? Или пыталась переделать мир? Да мне нужно просто спокойно жить рядом с теми, кого я люблю, и защищать их, как умею. Это же трандец как мало! А все остальное делают такие, как вы! Великие, мать вашу, и возвышенные! Боюсь я? Да конечно, боюсь, я же человек! Но знаете, что? Страх - это хорошо, он заставляет меня действовать. И я пройду эту вашу мертвячью лестницу, даже если сдохну тут к мертвякам лысым!

- А если ангел прав? И ты вместо того, чтобы прожить свою жизнь, простой инструмент без свободы воли? - вкрадчиво поинтересовалось существо, пытаясь нащупать нужные струнки, но оно определенно опоздало.

- А знаешь что? - больше всего мне хотелось сейчас закурить и выдохнуть ему в лицо клуб дыма, да покрепче. - Нахрен рассуждения о свободе воли, ясно? Нахрен гребаную рефлексию! Я тупо хочу домой, и мне глубоко по барабану, почему именно я этого хочу.