Одним ударом (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 60

Магия затопила поляну, древняя и холодная. Я почувствовала ее даже сквозь тьму, так что крошечные волоски на затылке встали дыбом. Она растекалась среди Дразири, удерживая их на месте.

Позади меня скверна капала с потолка в лужицу на кухонном полу.

Арланд повернулся к созданию, только что бывшему Тони, фокусируясь на новой угрозе.

- Нет! - Мод всем своим весом повисла на руке Арланда с мечом.

- Вас судила Ассамблея, - сказал ад-ал. - И признала вас виновным.

Мрак просто стоял там с потерянным выражением лица. Никто не двигался.

Скверна выплеснулась из двери, поднимаясь, словно зловонное облако, излучающее свою гнилостную магию. Я рвалась сквозь темноту. Оно идет. Погляди! Погляди же, черт побери!

Кто-то закричал.

Зловонное облако заскользило по траве в сторону ад-ала. Оно больше не пряталось. Тони поднял руку. Его магия поднялась, чтобы заблокировать его, но скверна миновала барьер и продолжила наступать. Я чувствовала, как он выплескивает свою силу, а скверна поглощает ее и жаждет большего.

Она заразит его. Она хотела его все это время.

Шон встал между скверной и ад-алом, и поднял нож. Его глаза пылали чистым янтарем.

Скверна убьет его. Я потеряю его, а этого не может случиться. Я потеряла уже слишком многих. Я потеряла отца, маму и брата. Даже сестра какое-то время была потеряна. Я потеряла семя гостиницы.

Никто не отберет у меня Шона. Я любила его, он любил меня, и он был моим.

Нет. Не сегодня. Никогда.

Не в моей гостинице.

Могучая волна гнева охватила меня и прорвалась сквозь тьму. Запирающая меня стена развалилась, а ее обломки истаяли. Меня немедленно достигла вся сила Гертруды Хант, гостиница неожиданно восторжествовала, чувствуя легкое головокружение от того, что она, наконец-то, меня чувствует, и мы связаны. Метла приземлилась мне в руку. Я была на ногах, но не знала, когда или как вскочила. Я подняла метлу и выплеснула из нее всю силу гостиницы и своей магии.

Метла засияла ярко-голубым. Стена чистой магии взметнулась перед облаком скверны, бриллиантово-голубым барьером отделяя ее от Шона. Облако врезалось в него и отшатнулось.

Шон улыбнулся мне.

Призрачный ветер шевелил мои волосы и подол мантии - во мне росла магия гостиницы. Скверна съежилась, прижимаясь к земле, но бежать было некуда. Это была моя гостиница. Земля, деревья, воздух - все здесь было моим. Я обернула барьер вокруг скверны, запирая ее в магическую сферу.

Она вскочила, пытаясь сбежать, но я поймала ее в кулак своей силы и сжимала, сильнее и сильнее. Я сжимала ее, потому что любила Шона, потому что любила сестру и племянницу, потому что Дразири заставили меня пережить смерть маленькой гостиницы, потому что Хиру пожертвовали всем, и потому что никто и ничто не избежит расплаты после угроз мне, моей семье или гостям на земле Гертруды Хант.

Скверна поредела под натиском моей силы, саморазрушаясь.

Было больно, но я едва это замечала. Я сжимала. Я хотела почувствовать ее смерть.

Сфера пульсировала белым, сжимаясь.

Скверну внутри охватило голубое пламя. Она выла, сгорая, ее резкие вопли сильно и болезненно резали уши.

Никто не проронил ни слова.

Она горела, пока не превратилась в ничто.

Я посмотрела на Дразири. Моя мантия почернела, а лицо должно было быть ужасным, потому что даже пойманные силой ад-ала, они попытались отпрянуть назад. Он не позволил им тронуться с места.

- Гостиница ваша, хранительница, - произнес ад-ал.

- Можете начинать, - обратилась я к Закату.

Хиру спустились с крыльца медленными, мучительными шагами. Дразири и оборотни расступились, давая им широкий проход - кто-то по своей воле, кто-то оттесняемый ад-алом. Печальный голос Хиру эхом пронесся по двору, растворяясь в наступающих сумерках.

- Вы уничтожили наш дом. Вы погубили наши семьи. Вы почти погубили наш народ. Вы приговорили нас к вечным скитаниям, ведь ни одна другая планета нам не подходила. Сегодня вы узнаете, почему.

Девять цилиндров поднялись из земли, неся в себе членов Архивариуса. Пластиковые тубы погрузились обратно в грунт. Девять существ подняли перед собой руки и шагнули навстречу друг другу, образуя кольцо. Плоть потекла, словно вода, превращаясь в водоворот и сливаясь в одно целое.

Я искривила пространство, чтобы скрыть задний двор с улицы. Жители района Авалон явно не были к такому готовы.

Гигант опустился на одно колено. Он был в форме человека, но его голова не имела черт лица, кроме темной полоски рта. Его покрывала шерсть оборотня, каждая волосинка которой была длинной и прозрачной. Звезды и галактики заскользили по его меху и пернатой гриве Дразири, когда в нем отразились глубины бесконечного Космоса. Гребень Ку вырос на его голове. Иглы Острошипа прорезались на его плечах. Он раскрыл рот, и в его темноте сверкнули два вампирских клыка. Позади него распахнулась пара крыльев, мерцающих звездами. Архивариус отражал нас самих, подобно тому, как его тело отражало ночное небо.

- ВЫ ЗАДАЕТЕ ВОПРОС - произнес тихий голос. - У МЕНЯ ЕСТЬ ОТВЕТ.

Закат поднял голову.

- Сначала хранительница должна получить свою плату.

Космическое создание повернулось ко мне.

- ЗАДАВАЙ СВОЙ ВОПРОС, ХРАНИТЕЛЬНИЦА.

Я могла задать лишь один вопрос. Где... нет, что... нет...

- Как я могу найти моих родителей?

Архивариус задумался. Воцарилась тишина. Мое сердце билось слишком громко. Пожалуйста, пусть они будут живы.

- СЕБАСТЬЯН НОРТ.

Кем был Себастьян Норт? Что это значило?

Архивариус повернулся обратно к двум Хиру. Он был огромным, а Хиру казались такими маленькими рядом с ним: два муравья, говорящие с колоссом.

По периметру двора стали открываться порталы, и за каждым из них стояли Хиру, дюжины Хиру в ожидании. Мы смотрели на целую расу.

- Пожалуйста, - произнесла Лунный Свет. - Где наш новый дом?

Холодный порыв магии прошел через меня за секунду. Позади Архивариуса открылся портал, такой же высокий, как он сам. По ту сторону портала под захватывающим дух небом раскинулся прекрасный пейзаж. Сияющие цветы оттенка бирюзы и индиго цвели в тени величественных бордовых деревьев, чьи длинные плакучие ветви мерцали бледно-зелеными листочками. Странные цветы росли на лугу в серебристо-зеленой траве, которая мягко стелилась к морю. Вода в нем была настолько прозрачной, что каждая яркая вспышка цвета под водой была видна абсолютно ясно. Длинные изумрудно-зеленые морские водоросли возвышалась над зарослями усыпанных подводными растениями кремовых кораллов на мелководье. Яркие рыбки резвились в волнах, и над всем этим царило великолепное небо, переливающееся нежно-розовыми, голубыми и зеленоватыми тонами.

Закат сделал шаг вперед, направляясь к порталу, словно во сне. В пяти футах от него он остановился. Лязгнул металл. Его тело распалось на части. Посыпались куски механизмов, в траву упали зубчатые колеса, и пролилась густая смазка... и светящееся создание вылетело из остатков скафандра, воспаряя над травой. У меня перехватило дыхание.

Дразири закричали, когда их бог расправил хрупкую вуаль своих крыльев, пылая всеми цветами северного сияния. Крошечная сияющая нить свисала с его грациозной шеи. На ней болталась рождественская игрушка Хелен.

Закат повернулся и проскользнул сквозь портал, зависнув сразу за его границей, в ожидании.

Вокруг нас Хиру стали выходить из порталов на поляну, образуя длинную медленную вереницу. Лунный Свет, первая в ряду, шагнула к остаткам скафандра Заката. Ее металлическая оболочка распалась, и она вынырнула на свет, расправляя крылья, переливающиеся серебристым, черным и белым, словно лунный свет, даровавший ей имя. Она скользнула в портал.

Они шли один за одним, сбрасывая скафандры и представая сияющими и до боли прекрасными. Я осознала, что плачу, как вдруг рядом оказался Шон и взял меня за руку. Арланд усадил Хелен себе на плечи. Она смотрела, как Хиру принимают свой истинный облик, и в ее глазах отражались звезды.