Сильвестр - версия адвоката - Карышев Валерий Михайлович - Страница 62

"Неужели они к этому причастны?! - думал я в ужасе. - Ну все, это война! И мы в этой войне не победим!" В то, что все происходящее является простым совпадением, мне верилось очень слабо. Единственное, что мешало мне с уверенностью сказать, что данное убийство дело рук наших-ребят, - это то, что я не считал Сильвестра способным на подобную акцию. Я не мог поверить, что Сильвестр решится на убийство Отари. Даже если отношения между ними стали весьма недоброжелательными, это еще не повод для того, чтобы убивать такого авторитетного человека. В конце концов славы и уважения это убийство Сильвестру не принесет. С этими мыслями я лег спать под теплый бок разобидевшейся Верки. Иванычу звонить на ночь глядя не было никакого смысла, а если честно, то я просто боялся узнать правду и тем самым подтвердить свои самые худшие опасения. Ни Вадим, ни Славка в эту ночь так и не объявились.

На следующий день рано утром, как это было у нас заведено, я позвонил Сильвестру.

- Иваныч, какие будут указания? - как ни в чем не бывало спросил я.

- Слышал вчера новость? - сам перешел к страшному для меня разговору Сильвестр.

- Да, - коротко ответил я.

- Мы с тобой проведем сегодня ряд встреч, - сказал мой шеф и наметил время, когда за ним нужно будет заехать. Я ничего не стал спрашивать-у него про Отари, зная, что если он захочет, то расскажет сам, а если нет, то пытаться что-то выведать у него - совершенно бесполезное занятие.

В этот же день объявились Вадим и Славка. Этот факт сам по себе несколько их оправдывал, так как если бы они были причастны к убийству Отари, то в данный момент отсиживались бы где-нибудь в тихом местечке. С другой стороны к такому выводу могли прийти и другие люди, подозревавшие, что убийство Квантришвили - дело рук Сильвестра, а значит, кое у кого подозрений должно поубавиться.

Два дня после "таинственной и загадочной гибели Отари Сильвестр провел на встречах с лидерами различных преступных структур и кланов. О чем он говорил с ними, я не знал, так как Сильвестр все разговоры проводил с глазу на глаз, не допуская близко даже своих телохранителей. Иваныч еще больше усилил охрану, поменял адрес, временно перебравшись в гостиницу.

Через три дня состоялись похороны Отари. Подступы к Ваганьковскому кладбищу были до отказа забиты иномарками. Проехать было невозможно. Команда Сильвестра приехала на трех машинах. С трудом нам удалось припарковать тачки на улшде, примыкающей к Ваганьковскому кладбищу. Сильвестр был в черном пальто, в черной водолазке, без головного убора. Мы медленно направились в сторону кладбища. Я шел по правую руку от Сильвестра, немного позади шагали остальные ребята. Братва из других районов почтительно расступалась, пропуская Иваныча вперед. Я понял, что сейчас для Сильвестра наступил звездный час - он стал крестным отцом. Но такой расклад будет существовать лишь до тех пор, пока люди не узнают, что именно он является виновником гибели Отари. Что будет, если информация об этом каким-либо образом просочится, мне даже думать не хотелось.

На похоронах было очень много знаменитостей - эстрадные певцы, артисты, шоумены, бизнесмены, депутаты, политические деятели. Братва была представлена в полном составе: братки из враждующих группировок стояли рядом друг с другом, отдавая последнюю дань уважения Отари Витальевичу. Братва действительно благоговела перед ним. Говорить о том, что он был крестным отцом, было бы, наверное, неправильно - он просто имел огромные связи во всех институтах власти и во всех слоях общества. С одинаковой легкостью находил общий язык с маститым политиком и с вором в законе. О связях, которые были у Отари в правоохранительных органах, даже не стоит говорить они были огромны. Братва к нему обращалась в основном с просьбой помочь по зоне, кого-то перевести из одной колонии в другую... Он практически никогда никому не отказывал, всем старался помочь. Действительно, наше общество понесло тяжелую и невосполнимую утрату.

После похорон, на которых известные люди говорили много хороших слов, мы не спеша покинули кладбище. Сильвестра провожали несколько, авторитетов. Он вел себя совершенно спокойно - по внешнему виду никак нельзя было догадаться, что этот человек только что очень лицемерно провожал в последний путь жертву своего собственного тщеславия, так как факт самого появления Сильвестра на кладбище для меня был верхом лицемерия. Однако иначе поступить Иваныч не мог, и я это пре - красно понимал. Если бы он не пришел сегодня на похороны Квантришвили, то все "косяки" неминуемо легли бы на него.

Наконец мы подошли к нашим машинам. Сильвестр только собрался сесть в свой "Мерседес", как сзади его окликнули:

- Сергей Иванович, одну минуточку!

Мы с Сильвестром обернулись почти одновременно. Сзади стояли двое неизвестных мужчин" Они были в темных пальто и без головных уборов. Оба улыбались. Их лица показались мне смутно знакомыми. "Где же я их видел? Стоп! Вспомнил. Это погоны, люди из органов, которые встречались с Сильвестром и Сережей Бородой около "Праги", конечно, это они!"

Сильвестр кивнул им и приказал мне подождать его в сторонке. Люди из органов подошли к Сильвестру, поздоровались и о чем-то стали с ним разговаривать. Говорили они недолго - минут пять-семь, не больше. Затем Сильвестр круто развернулся и, сделав мне знак рукой следовать за ним, направился "к машине. Когда он уже собирался захлопнуть дверцу, один из мужчин крикнул, обращаясь к нему:

- Сергей Иванович, береги свое здоровье! Жизнь, как видишь, опасна!

Сильвестр махнул им рукой и хлопнул дверцей с такой силой, что машина содрогнулась.

После похорон Квантришвили Сильвестр увеличил число встреч с авторитетами. Мы без устали мотались в разные концы Москвы и в Подмосковье. Иногда в день на машине наезжали сто пятьдесят - двести километров.

Как-то в штабное кафе, где Сильвестр отдыхал и ждал своих бригадиров, зашли курганцы. Среди них были Олег, Солоник и почему-то Андрей. Олег молча подошел к Сильвестру, обнялся с ним, поцеловал и неожиданно сказал:

- Ну что, Сильвестр, теперь ты первый! Принимай хозяйство! Принимай славянское движение! Теперь ты, Сильвестр, единственный в Москве обладаешь такой властью!,

Сильвестр непонимающе пожал плечами и ничего не ответил, однако смысл этих слов был достаточно серьезным. Ведь получалось так, что практически единственным, кто остался на хозяйстве в Москве из авторитетнейших фигур, был именно Сильвестр. Многие авторитеты, ниже его по рангу, уже выехали за границу по различным причинам - кто спасал свою жизнь, кто налаживал бизнес с заграничными партнерами, некоторые просто решили отдохнуть. Сильвестр же остался в Москве, следовательно, по всем параметрам Иваныч может быть первым, так сказать - крестным отцом...

Через некоторое время после гибели Отари Сильвестр предпринял ряд зарубежных поездок. В некоторые из них он брал с собой и меня. Но чаще всего я оставался в России.

Глава 19

В начале 1994 года Сильвестр летал в Израиль еще раз, уже самостоятельно. Вернулся он оттуда с новой схемой, разработанной Неймером. Теперь Григорий придумал план того, как можно кинуть одну очень крутую коммерческую фирму. К тому времени, в марте 1994 года, одной из крупнейших коммерческих фирм был "Всероссийский автомобильный альянс", сокращенно "AWA", возглавляемый Борисом Абрамовичем Березовским, и "ЛогоВАЗ". В мае 1994 года Московский торгово-кооперативный банк продал два своих векселя по 500 миллионов каждый "Всероссийскому автомобильному альянсу", со сроком погашения 16 апреля того же года, при условии выплаты 10 процентов по каждому векселю. Однако векселя, естественно, в срок погашены не были, а миллиард рублей был конвертирован в одном из банков и тут же переправлен по фиктивному контракту в Израиль. Люди, которые продавали эти векселя, тут же из Московского кооперативного банка, естественно, уволились. Служба безопасности "AWA" пыталась найти эти деньги. Они уже несколько месяцев пробивали так называемые концы - несколько раз приезжали в банк. Ольга Лабинская очень нервничала. Сильвестр в это время был за границей, но постоянно держал связь с Ольгой: Обязанности телохранителя Ольги выполнял я.