Сделка - Игра фантазий (Часть 2) (СИ) - Кузьминых Юлия - Страница 137

Крепкие мужские руки безвольно упали с пленительных изгибов ее тела.

- Он жив? - изменившись в лице, совершенно неузнаваемым голосом напряженно спросил Рикардо.

Мигель поспешно кивнул:

- Жив. Приступ миновал. Но он очень слаб. Док сказал, что ему сейчас может помочь только чудо.

На секунду прикрыв глаза ладонью, темноволосый мужчина сделал глубокий вдох.

Беда не приходит одна. Он знал это не понаслышке.

- Он также сказал, что пытался дозвониться до тебя, но твой телефон почему-то не отвеча...

- Я еду к нему, - решительно произнес Рикардо, сдергивая с шеи свой безупречный галстук. - Мне нужно лишь отдать несколько распоряжений, и я буду готов ринуться в путь. Свяжись с пилотом, пусть приготовит самолет к дальнему перелету.

Вновь посмотрев на стоящую перед ним девушку, Моретти тихо вздохнул:

- Так каков будет твой ответ: уезжаешь или остаешься?

Взволнованная услышанной новостью, Микелина слабо улыбнулась в ответ:

- Мне нужно подумать.

Нежно приподняв ее подбородок, Рикардо заглянул в светло-зеленые глаза:

- Только прошу, решайся быстрее. Мне нужно срочно ехать к отцу.

Резко отстранившись, он стремительно вышел за дверь.

Мигель тотчас ринулся следом, беззаботно оставляя ее в кабинете совершенно одну.

Микелина вновь вернулась к столу. Взяв с него свои личные вещи, она заглянула в заветную папку с подаренными отцом акциями, из-за которых вся ее жизнь перевернулась с ног на голову.

Протяжно вздохнув, девушка вышла за дверь, направляясь в свою прежнюю комнату. Теперь она отчетливо поняла, почему прежде не взяла с собой свою красную сумочку. Ей просто безумно хотелось ещё хотя бы раз вернуться.

Готова ли она уйти отсюда? Готова ли покинуть Рикардо... особенно в такой момент?

Все ещё ослабленная после произошедшего накануне, она заметила спускающегося по лестнице камердинера.

- Захарий, - остановив его, мягко улыбнулась обворожительная гостья, - не могли вы принести мне таблетку аспирина? Голова просто раскалывается.

Поспешно кивнув, мужчина направился выполнять поручение.

Безмолвно преодолев оставшуюся часть пути, Мике поспешно зашла в свою спальню, все ещё не до конца веря, что может задержаться в ней некоторое время.

Ещё раз взглянув на принесенные с собой вещи, она решительно убрала их в верхний ящик прикроватной тумбочки. Дом Рикардо охранялся лучше любого итальянского банка, так что она могла не беспокоиться за их сохранность. Торопливо направившись к шкафу, девушка с улыбкой на губах постаралась подобрать как можно более подходящий наряд для тропического климата. Выбрав красное платье в белый горошек с короткой юбкой-клеш, она подобрала к нему соломенную шляпку с широкими полями и, взяв с собой лишь свой паспорт, поспешила спуститься вниз.

Встретив на пути идущего ей навстречу слугу, девушка обрадованно улыбнулась.

- Ваш аспирин, синьорина Риччи.

Взяв с подноса небольшую таблетку со стаканом воды, Микелина быстро проглотила ее.

- Спасибо, Захарий, - отдав ему пустой стакан, с тихим смешком проговорила она. - Только вот синьорина Риччи более не живет в этом доме. Да здравствует синьорина Микелина Горнели!

Оставив позади недоуменного мужчину, зеленоглазая плутовка радостно рассмеялась, прямиком направляясь к главной зале.

Заметив Рикардо среди собравшихся в просторной комнате охранников, Мике игриво улыбнулась, шагнув на первую ступень широкой лестницы.

- Слышала, что в Колумбии довольно жарко в это время года, - поймав на себе недоверчивый взгляд темно-карих глаз, многозначительно произнесла она.

Жесткие губы медленно разошлись в радостной улыбке:

- Я обожаю вас, синьорина Горнели.

Ее лицо впервые за этот день осветилось лучезарной улыбкой влюбленной женщины. Поспешно спустившись вниз, она подбежала к Моретти и, не обращая внимания на окружающих их людей, крепко обняла стоящего перед ней мужчину.

Полностью разделяя ее внезапное желание, Рикардо наклонил голову, жадно впиваясь в ее рот своими губами.

Боже, как же сильно он истосковался по ней.

Отстраненно слыша раздающего приказы Мигеля, Микелина лишь сильнее обхватила шею Рикардо, желая никогда не размыкать свои объятия.